"Фантастика 2024-68". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Фролов Андрей

— Или наоборот — это сам Глава решил все это затеять, а один из его расторопных подчиненных решил подсуетиться, да и воспользоваться ситуацией. Старого маразматика в утиль, эксперименты под корень и здравствуй предвыборная компания нового лидера, — усмехнулся полковник, расхаживая по подвалу из стороны в сторону, — благо у старика много косяков за душой накопилось — есть с чем выступить перед вампирским сообществом избирателей. На две предвыборные компании обличать хватит. Семен, гадать тут можно долго и также бесполезно. Вот только благодаря тем данным, за которые мы заплатили своей кровью и жизнями наших ребят, мы знаем чуть больше чем раньше. Клан Александра — это монолит. С жесткой вертикалью власти и абсолютным подчинением вышестоящим командирам. Именно это и помогало им выжить все эти годы в окружении врагов. Это и еще дружба с одним из самых могущественных европейских кланов, поддерживающим сейчас нейтралитет, но состоящим в военном союзе с Александром.

— И сейчас сын его главного союзника с битой рожей валяется у нас в грязном подвале, — догадался я.

— Это если не считать еще того факта, сколько вы завалили его друзей в позапрошлую ночь, — влез в разговор один из аспирантов.

— Хорошее начало для знакомства, — хмыкнул Семен.

— Хорошее или плохое, а сделанного уже не воротишь, — отрезал полковник, — и сейчас наша с вами главная задача — это сохранить пленных и выйти на связь с руководством российского клана. В идеале с самим Александром, но на такое везение я не могу рассчитывать. Открываться пешкам, что в большом количестве сейчас роются в округе — не вижу смысла. Слишком большой риск непредвиденных последствий.

— Отлично, — хмыкнул Семен, — теперь осталось дело за малым — разобраться в их иерархии и вычислить командиров. Борис, ты вообще как себе это представляешь?

— Замечательно, — успокоил его полковник, — из нашего отдела связи с московским руководством имел только я и Ремизов. Что с ним стало — неизвестно, но сейчас не об этом. Нужные телефоны я помню наизусть. Достаточно просто сделать звонок и…

— И нас запеленгуют в течение нескольких секунд, — хмыкнул Семен, — а через пятнадцать минут прочешут визорами всю ближайшую округу в радиусе трехсот километров. Да ты и сам знаешь, как работают наши службы — выбраться ты не успеешь ни из леса, ни из города. Так что затеряться не получится. Честно говоря, я вообще не понимаю, как нас до сих пор не нашли со спутника или наземными…

— Да сколько можно! — не выдержал Альцман, стукнув сухоньким кулачком по столу и отвлекаясь от внимательного изучения выдранного клыка под микроскопом. Слить кровь, смешанную с ферментом, он уже куда-то успел, — сколько можно вам повторять, что нельзя со спутника отличить одаренного от обычного человека! Нельзя! Да и визор не дает стопроцентной гарантии! Ты, — ткнул он пальцем в одного из своих подопечных, — каким резервом энергии располагает одаренный?

— Минимальным или максимальным? — растерялся от неожиданности аспирант.

— Средним!

— Ну… э…, - задумался тот, — в среднем это около 750 Ант.

— А какой резерв у обычного человека с неактивной альмой?

— Примерно столько же… 750–780…

— Вот! — довольно вскинул палец к потолку профессор, — даже он знает, что при подобном ничтожном отличии одаренные будут просто сливаться на фоне обычных людей. И массовые системы поиска тут будут совершенно неприменимы! Резерв ведь у нас практически один и тот же, и вся разница между вами и обычным человеком, заключается лишь в том, что одни умеют его применять, за счет активного отдела мозга, а другие — нет. И активность данного отдела можно обнаружить лишь с очень маленького расстояния и лишь таким же одаренным! Ну, если не считать те старые приборы, которыми надо тыкать практически в само тело, чтобы сделать, хоть сколько-нибудь адекватную съемку.

— Вот с последним бы я не согласился, — покачал головой полковник, — мы не знаем, какие технологии и что вообще существуют у тех, кто нас создавал или собирал по миру.

— А я не согласен со всем остальным, — хмыкнув, почесал бровь Семен, — проект «Поиск» разрабатывался довольно давно, и состоял он, насколько мне известно, не только из наших бойцов, регулярно отправляемых в командировки для нахождения нового материала. Большой спутниковый сканер, запущенный на орбиту пару лет назад, визоры-беспилотники, усовершенствованный «Кирлиан», зеркала Зырянова… все это тоже давало неплохие результаты.

— С такой дикой погрешностью, что даже говорить об этом не имеет смысла, — небрежно отмахнулся Альцман, возвращаясь к своей работе.

— Погрешность была и есть, — согласно кивнул оперативник, — но над ней работали. Точного позиционирования так и не добились, но сумели существенно улучшить технологию, позволив с помощью некоторых приспособлений, сузить поиск и хотя бы примерно, но локализовать наиболее вероятные точки нахождения неинициированных одаренных.

— Кстати да, — неожиданно вспомнил я, включаясь общий диалог, — об этом же еще год назад писали в том журнале, как его…

— «Техника и технология. IT-М», — подсказал мне Семен, — внутреннего пользования, естественно.

— Точно! Там как раз об этом говорилось об…

— Что?! — резко повернулся ко мне Иван Абрамович, чуть не перевернув микроскоп. При этом оторванный клык, аккуратно лежащий на стеклянной подложке, подскочил и укатился куда-то за монитор компьютера, — они сумели улучшить позиционирование?! На сколько?!

— Ну… — слегка растерялся под его напором я, — там вроде бы говорилось о пятикилометровой зоне и сорока процентах эффективности.

— И почему я об этом не знаю?! — повернулся к полковнику Иван Абрамович.

— Так вы же, профессор, считаете IT-технологии недостойными вашего внимания, — ехидно заметил черноволосый аспирант, — «что толкового могут сделать эти бездари-мышкоблудцы? Только и знают, что пить пиво, да тратить и так небольшой бюджет, на который можно было бы сделать столько настоящих исследований, на всякую ерунду…» — процитировал неизвестно кого он.

— Я такого не говорил! — взвился наш фанатик науки, — а как этим бездарям удалось такое провернуть??

— «С моим-то эклером разве что упомнишь»… — тихонько пробормотал из своего угла белобрысый паренек.

— Очень просто. А еще вы говорили, что… — вдохновенно начал, довольный, что смог уесть своего учителя аспирант.

— Отставить! — рявкнул полковник, — неосведомленность Ивана Абрамовича оставим на потом. Сейчас есть более важные задачи. Тем более, что данная технология еще два месяца назад находилась в стадии прототипа и до ее запуска в производство пройдет еще очень много времени, я уже молчу про отладку и прочие моменты.

— Да пусть даже и так. Вы всерьез думаете за все это время наши создатели не нашли надежного способа как отличить обычного человека от одаренного? — иронично приподнял брови Семен, — не предусмотрели способа как найти свой дорогостоящий эксперимент, если он вдруг решит сбежать от хозяев? А судя по тому, что ты мне рассказал сегодня в машине, Борис, про эти магические штучки…

— Я до сих пор не уверен в том, что видел, — покачал головой полковник, — возможно, это был обычный огнемет.

— От которого не осталось обломков, — ухмыльнулся тот.

— Нам некогда было их искать, — скрипнул зубами он, — часть наших ребят была уже убита, а остальные умирали буквально у меня на руках. Мне было как-то не до сбора улик.

— Прости, Боря, — вздохнул, опуская взгляд оперативник, — что-то меня понесло…

— Проехали. В любом случае, все кто был тогда рядом с тем местом либо мертвы, либо до сих пор плавают в регенерационных ваннах. Как только они очнутся — нам станет известно чуточку больше.

— Дык, можно же спросить у той сладкой парочки, — махнул рукой в сторону дальней стены черноволосый паренек, — уж они-то по любой должны знать!

— Их принц наотрез отказался давать любую информацию как о своем роде в частности, так и об их виде вообще. Почти все, что нам удалось от него узнать — вы уже услышали. Да и то, эту информацию он дал лишь для того, чтобы облегчить свою передачу обратно на родину.