— Послушай, Рэйдж, — сказал он тихо, приблизившись. — Я не могу идти. Ноги вообще не двигаются. Это всё от ночного бега.
— Мы привыкли верхом передвигаться, вот и расплата, — попробовал пошутить Котрил. — Идти всё равно нужно.
— Болт нас пристрелит из своего арбалета, — хмыкнул барон, глядя на готовящийся к выходу отряд. Костры были потушены и накрыты срезанным заранее дёрном, чтобы не оставлять видимые следы ночлега большого отряда.
Как будто увидев их замешательство, Болт направился к ним с непроницаемым лицом. Арбалет, к счастью, висел за спиной, а не был в руках.
— Сеньоры, у вас проблемы? — зыркнул он сначала на барона, потом на Котрила. — Я понимаю, что будет трудно. Идти всё равно нужно, хоть через силу. Несколько лиг мы пойдем спокойным маршем, чтобы дать возможность размять мышцы. А потом сами не заметите, как втянетесь. Это егеря и вояки привычные к длинным переходам.
— Спасибо, Болт, — неожиданно для Котрила поблагодарил проводника барон.
Тот лишь махнул рукой и отошёл в сторону, дожидаясь, когда отряд приготовится к походу.
* * *
К некрополю подошли к вечеру, как Болт и планировал. Чего это стоило Котрилу и барону, могли сказать только они. И тем не менее, остались живы, даже ощущение появилось, что прошли бы еще столько же. Отряд расположился на небольшом плато, похожим на каменный козырек, нависающий над долиной, где раскинулся огромный, поражающий воображение мёртвый город. В свете закатного солнца он выглядел мрачно-багровым, будто облитый кровью. От каменистых холмов, опоясывающих с запада на восток Спящие Пещеры, к гробницам и целым мемориальным комплексам из белоснежного известняка тянулись лиловые тени, постепенно поглощая все краски дня и погружая некрополь в серые сумерки.
Барон Шаттим долго смотрел на распростертый внизу огромный спящий могильник. Цель уже была близка, оставалось только протянуть руку и взять то, что навсегда изменит его жизнь. Или отнимет её безжалостно, как случается со всеми авантюристами. Он понимал: отказаться от похода в галереи уже невозможно. Как на него посмотрят люди, что подумает Котрил? Смалодушничал, испугался будущего…
Нет, обратного хода нет. Надо идти туда, пробраться в галереи, найти чёртов артефакт и покинуть навевающее смертную тоску кладбище.
— Ты подумал, как мы будем брать то, за чем пришли? — тихо спросил он у стоящего рядом компаньона. — У тебя есть решение? Надеюсь, не зря столько времени околачивался в Фарисе.
— Нам нужно проникнуть в галереи, — Котрил не хотел раскрывать план, пока находился где-то в нескольких лигах от вожделенной цели. — Но самое трудное: найти гробницы Норанов. Именно там лежит артефакт. Меня предупреждали об обманных захоронениях.
— Не понимаю, зачем компрометирующий нынешнюю власть предмет положили на самом видном месте, — пробурчал барон. — Будь я королем, давно бы уничтожил всё, что связано с Аллистерами и Норанами.
— Так первые Адальгримусы этим и занимались, — хмыкнул Котрил, вперив жадный взгляд на некрополь, полностью погрузившийся в сумрачную тень. Показалось, оттуда повеяло могильным холодом. — Умные люди, преданные Норанам, намеренно пустили слух о филактериях с кровью, якобы спрятанные в надёжных местах для потомков первой династии. И заодно с этим распространяли пророчества.
— Умно, — признал Шаттим. — А что там с филактериями?
— Их «находили» и уничтожали чуть ли не прилюдно, — хохотнул компаньон. — И знаете, ваша милость, сколько длились поиски, пока не обнаружили, якобы, последний?
— Нет, совершенно не представляю, — пожал плечами барон. — Я бы и про кровь Норанов, текущую в моих жилах, не знал, если бы не ты, проклятый авантюрист.
— Да бросьте, барон! Вы после моего появления ожили, в глазах блеск появился. А так бы продолжали покрываться пылью в своем замке. Простите, если обидел словами…
— Так сколько лет искали артефакты? — предпочел не касаться больной темы безрадостного бытия Шаттим. Ведь Котрил прав, чёрт его дери.
— Почти столетие. В Грёзах обнаружили «последний», в подвале городской ратуши, и то замурованной в одну из стен. В «Городских летописях» это событие было отмечено тем, что на радостях король Эдди Адальгримус устроил трёхдневный пир.
— И кровь не испортилась?
— Магия. Кровь помещалась во флакон, полностью покрытый искусной вязью заклинаний, — пояснил всезнающий Котрил. — Они защищали от внешних повреждений, и заодно придавали крови свойства несвертываемости.
— Каким образом я должен проверить, что внутри — кровь моих предков?
— Уколите палец, капнете на флакон. Вязи должны засветиться. Но после этого вы с артефактом поедете в Фарис. Я назову имя человека, которому вы предъявите филактерий.
— А вы?
— А мой путь лежит в Рувилию, где я буду добиваться аудиенции у короля. Хочу увидеть его физиономию, когда он узнает о появлении истинного наследника дарсийского трона!
— Вам не поверят и вздёрнут на виселице как преступника и вымогателя.
— Ха! Я таков и есть в жизни. Чего мне терять? Не беспокойтесь, ваша милость. У меня будет великолепный аргумент, чтобы король Аммар понял, что шутки кончились.
Глава 4
Пути разные — цель одна
Я с облегчением вздохнул, разглядывая сверкающий шпиль ратуши, выглядывающий из-за кучерявящихся зеленью холмов, протянувшуюся вдоль берега слободку, деревянные причалы, снующих с корзинами баб, скачущих по лужайкам ребятишек, плавающих вдоль берега гусей — наконец-то первая половина пути пройдена. Два дня на разгрузку, ещё день на посещение трактиров и борделей, после чего караван со штабелями досок двинется обратно. Да, Пенберти нас огорошил, сказав, что получил задание от Максэнли не идти порожними, а закупить драгоценный в Скайдре пиломатериал. Дело в том, что градоначальник, руководствуясь прямым повелением короля, запретил вырубку лесов на восточном берегу города, чтобы предотвратить эрозию почв со стороны моря. И в самом деле, песчаные дюны могли в будущем стать угрозой для Скайдры. Поэтому умные головы сообразили, как не допустить подобного происшествия.
Шкипер Хубальд приказал снизить скорость до трёх узлов, огибая холмы, за которыми сразу открылся вид на Осхор — довольно оживлённый портовый город с каменными причалами, солидными купеческими лабазами, пожарной каланчой и ратушей. Домишки, прилепившиеся к портовой территории, были неказистыми, но чем дальше от берега, тем красивее становились здания, возведённые из камня. Чувствовалось, что Осхор является торговым городом.
Не доходя до пристани милю, караван бросил якорь. Следовало уладить все вопросы с таможней и прочими пошлинами. Да и негде было приткнуться. Несколько барков и грузовых кораблей заняли все причалы для погрузки-выгрузки. Еще два парусника виднелись чуть выше по Рокане. Жизнь кипела, а я задумался, насколько вся эта тягомотина затянется.
Пенберти со шкипером уехали на берег и сразу направились в административное здание с королевским и малым таможенным штандартами.
— Хорошо, если завтра на разгрузку встанем, — печально заявил Калифер, оставшийся за капитана. — А то еще на седмицу застрянем.
— Дружище Михель, не хочешь по городу прогуляться? — поинтересовался я у дона Ансело, с любопытством глядящего на вольно раскинувшийся Осхор и огромную дубовую рощу, подступавшую к окраинам с юга. — Да и парням надо дать возможность расслабиться.
— Рича возьмешь?
— Да, он же мой телохранитель, как-никак, — пошутил я. — Куда я без него. Клоп!
— Я здесь, командор! — штурмовик и сигнальщик по совместительству как будто находился за моей спиной и ожидал, когда я к нему обращусь.
— Бери шлюпку и дуй вдоль флотилии с приказом по отряду: с каждого корабля по пять штурмовиков отпустить на берег до утра. Десятники остаются на месте. Особый приказ Ричу. Прибыть на флагманский борт вместе с чародейкой.
— Понял, — обрадовался Клоп перспективе не сидеть на одном месте. — Разреши взять с собой Тью? Пусть учится грести.
