Мне стало и смешно, и приятно. Поэтому я сгреб героинь в объятия, поблагодарил за самоотверженность, поцеловал в подставленные щечки, забрался на законное место, лег на спину, закрыл глаза и сообразил, что, по-хорошему, поддерживать надо не меня, а эту троицу. Ибо меня воспитывал Аллигатор и подготовил… ко всякому-разному, а мои верные напарницы — за исключением, разве что, Маши — весь прошлый вечер и всю ночь должны были ломать себя об колено.
Чувство стыда, ударившее в голову, походя снесло и последние тормоза, вот я и отжег — попросил Марину лечь на правый бок, задвинул ее вплотную к стене и вытребовал Красоток на мою правую руку. Костина, явно севшая на мою волну — то есть, сообразившая, что и почему я делаю — уступила самое козырное место Даше. А сама, рискуя грохнуться с недостаточно широкой полки, прижалась к ее спине и обняла за талию.
Я поймал ее взгляд, благодарно шевельнул ресницами, почувствовал, что она меня поняла, и дал волю чувствам:
— Девчат, вы — лучшее, что мне в принципе могла подарить жизнь…
— О-о-о!!! — восхитилась Темникова и принялась валять дурака: — Тор, держи себя в руках: если мы решим, что подобные признания зарабатываются только Большой Кровью, то начнем вырезать род за родом и, в конце концов, останемся единственными аристократами на всю Империю!
Марина тоже… хм… пошутила:
— Судя по энтузиазму, с которым ты вжимаешься в Йенсена грудью и животом, эта фраза должна звучать иначе…
— Я в порядке, девчат… — честно признался я, заметив в глазах Костиной знакомые смешинки и попытавшись не дать ей подхватить почин подруг. Но толку — блондиночка жаждала повеселиться, поэтому придралась к моему утверждению:
— Ты — может быть. А мы в полнейшем шоке: наше участие в воздаянии каким-то уродам порадовало тебя в разы больше, чем безграничная любовь, беззаветная преданность, непрестанная забо— …
— Ох, кто-то у меня сейчас дошутится… — грозно нахмурился я. Увы, этим ее было не остановить:
— А что именно я должна ляпнуть, чтобы гарантированно дошутиться?
Марина с Дашей расхохотались, а я капитулировал. В смысле, придумал альтернативный способ прервать начинающийся бардак и вздохнул. Ни разу не играя:
— Я вас люблю, уважаю и ценю ничуть не меньше, чем вы меня. Поэтому не готов ущемлять даже в мелочах и до вчерашнего полудня изводил себя попытками придумать способ забрать вас под свою руку, не загоняя ни в какие рамки. Увы, моих знаний для решения этой проблемы оказалось недостаточно. Слава богу, Татьяна Борисовна поинтересовалась, с какого перепугу я все еще не наложил на вас лапу, а мне хватило мозгов описать причины без купюр.
— И-и-и⁈ — хором спросили девчата и затаили дыхание.
Мучить их театральной паузой было бы жестоко, так что я обошелся без нее:
— Она предложила мне создать клан и принять в него три союзных рода — ваши.
Девчата заговорили практически одновременно. Темникова напомнила, что они — главы независимых ветвей, а не родов, Завадская заявила, что клан из четырех человек — это смешно, а Костина мрачно сообщила, что создать клан практически невозможно, ибо появление подобных объединений родов всегда меняет баланс сил, поэтому члены Тайного Совета, как правило, режут подобные инициативы еще на стадии обсуждения прошений на имя государя.
Тут я расплылся в ехидной улыбке, и блондиночка, сообразив, что это значит, ошарашенно выдохнула:
— Ты хочешь сказать, что Ромодановские помогут и с этим вопросом⁈
Я утвердительно кивнул:
— Императрица сказала буквально следующее: «Если ваши подружки согласятся с этим предложением — а они, насколько я знаю, умницы, каких поискать — то клан Йенсенов появится не позже первого декабря…»
Реакции на эту цитату тоже оказались разными — Марина предсказала, что нас возненавидят намного сильнее, Маша порадовалась «смешному» сроку ожидания, а Даша задала забавный вопрос:
— Может, ответим добром на добро, то есть, сгоняем в Новую Америку, выкрадем тех, кто пообещал адмиралу Меншикову политическое убежище, обвяжем красивой ленточкой и преподнесем государыне?
— Идея веселенькая… — признал я и посерьезнел: — … но реализовывать ее мы не будем. Во-первых, потому, что отлов любителей обещать политические убежища уже поручен трем боевым двойкам и двум ОГСН Первого Отдела, а, во-вторых, охота на первых лиц государств на порядки сложнее, чем диверсии.
— Судя по выражению твоего лица, вторая составляющая для тебя в разы важнее, чем первая… — отметила Кара, и я согласно кивнул:
— Так и есть: я не собираюсь вами рисковать, поэтому амерами займутся «единички», а мы отблагодарим Татьяну Борисовну как-нибудь по-другому…
…Четыре захода в сауну и час расслабления в джакузи вернули меня в более-менее нормальное состояние. Да, страшно хотелось спать, но обещание, данное Инне, надо было выполнять, поэтому ровно в полдень я дал команду собираться, а в половине второго спустил команду к «Бореям», помог дамам забраться в кресло, запрыгнул в свое и тронул флаер с места. Тимофеевой позвонил на выходе из разгонного коридора и пригласил с нами отобедать, а потом сосредоточился на управлении, так как почувствовал, что засыпаю.
Минимальные боковые смещения, увы, не помогли. Зато веселая грызня, устроенная Костиной по своей личной инициативе, не только удержала меня в сознании, но и развеселила. Поэтому в свою квартиру я вошел во вменяемом состоянии и напросился на роль «подай-принеси». В общем, до звонка в дверь дожил, встретил гостью, взял протянутый торт и пригласил Инну в гостиную.
Во время обеда тоже боролся со сном — постепенно наполнявшийся желудок «давил на глаза», а обсуждение всякой ерунды не цепляло от слова «совсем». Но стоило уничтожить по куску торта, как Тимофеева подняла тему поинтереснее — заявила, что тоже не ложилась, так как висела в Сети, смотрела наши видеоотчеты и анализировала комментарии. А потом поделилась неожиданными выводами и уставилась мне в глаза:
— Тор Ульфович, вчера днем, разговаривая с похитителями, я сказала, что работаю на вас, так как чувствую себя не сотрудницей Императорского банка, а вашей слугой. И мечтаю ею стать на самом деле. Возьмите меня в свой род, пожалуйста. Или опишите критерии, требующиеся для того, чтобы заслужить эту честь.
Я задумчиво потер подбородок, еще раз оглядел девушку с головы до солнечного сплетения и решил обойтись без лирических отступлений, пафоса и тому подобной дребедени:
— В данный момент мой род состоит всего из одного человека, и мне пока некогда его развивать…
У Тимофеевой округлились глаза, и Даша сочла необходимым ответить на незаданный вопрос:
— Мы — подруги, напарницы и главы союзных независимых ветвей своих родов.
Инне мгновенно полегчало, и я продолжил объяснения:
— О критериях приема в свой род я еще не задумывался, тем не менее, вы заслужили наше уважение, и я готов предложить вам место моей помощницы в статусе Слуги рода. Но есть нюанс. Вернее, два. Во-первых, я в принципе не представляю, как на это отреагирует ваше руководство, и не исключаю, что официальное изменение статуса может лишить вас работы, и, во-вторых, моя команда перешла дорогу многим сильным мира сего, соответственно, переход в мой род превратит вас в один из потенциальных рычагов давления на меня и моих подруг.
«Соседка» пожала плечами:
— На мой уход в любой род, за исключением вашего, руководство банка отреагировало бы крайне негативно и выставило бы меня на улицу с волчьим билетом. А портить отношения с вами и, опосредованно, с Императором, его супругой, сыном и невесткой не рискнет. Поэтому, вероятнее всего, выплатит премию. Или поздравит. Дабы дать вам понять, что ценит настолько важного клиента. Наверняка пересмотрит и мои нынешние возможности, так что КПД моей работы даже вырастет. А по поводу всего остального скажу следующее: я не из тех, кто боится замарать руки, поэтому приходит на все готовенькое — я прекрасно понимаю, что легко не будет, и осознаю все риски, но уважаю вас и ваших подруг, мечтаю о месте вашей Слуги и буду вкладывать в развитие рода всю душу без остатка…
