"Фантастика 2026-48". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Шер Вениамин

– Ты теперь избранница двух богинь, – сказала Зета. – Дважды рождённая. Победившая смерть. Звёздный туман дал тебе новую жизнь. Ариллин – это сгустки тумана, насыщенного звёздным светом. Светом Гиамары. Некоторые люди умеют вызывать туман, но иногда арилл сам выделяет его. Ты же знаешь, что весной, летом и осенью бывают периоды, когда тумана очень много и он подол­гу стоит над морем. А когда Гиамара близко, магическая сила арилла возрастает. Туман не столько рассеивается, сколько превращает­ся в сгустки, которые оседают на морском дне. Это и есть ариллин. Ещё его называют морским хрусталём. Какая-то часть тумана всегда оседает на дне в виде таких хрусталиков, но больше всего ариллина образуется, когда Гиамара близко. Даже если её не видно. Она очень влияет на арилл. И на арилланов, духов тумана. Теперь ты понима­ешь, почему мы называем кусочки ариллина звёздными осколками? Образуется он в основном из тумана, порождённого глубоководным ариллом. Прибрежный арилл слабей, поэтому у берегов ариллина находят гораздо меньше, чем на дне. Избранницы Найяры добывают его, ныряя на большую глубину. В те дни, когда арилл растёт, струи ту­мана, поднимаясь со дна, пронизывают толщу воды и выходят на по­верхность. Избранницы ныряют именно в эти туманные «столбы» и по ним спускаются на дно. Они могут дышать в туманных струях.

– «Дочери Найяры, одетые туманом, танцуют на берегу, – тихо произнесла Ариэна. – И со6ирают звёздные осколки, которые море выбрасывает к их ногам. Осколки большой звезды, упавшие с небес…»

– Ты это от матери слышала? – догадалась Зета.

– Да. Она это пела, но на другом языке, которого я не понимала. А потом перевела мне. Когда она пела, это звучало красиво и складно.

– Тот язык только в песнях и сохранился. Его теперь не знают даже те, кто знает эту песню. Возможно, и перевод не совсем точ­ный. А может, тот, кто сложил песню, не особенно заботился о том, чтобы всё в ней соответствовало действительности. Звёздные оскол­ки чаще приходится добывать глубоко на дне. Море очень редко выно­сит их на берег. Те6е повезло… Впрочем, этот дар не случаен. Как и все дары богов. Ты должна была найти эти кусочки морского хрусталя. Ты не должна была умереть.

– Осколки большой звезды… – повторила Ариэна. – Так вот что это такое.

– Тогда мы не сказали тебе всего, – в голосе Зеты звучали вино­ватые нотки. – В тот день, когда ты появилась на острове. Видишь ли, всё это для нас священно. О таком не принято рассказывать то­му, кого видишь первый раз. А теперь… Глупо скрывать это от ги­эро. От той, чьё тело частично состоит из звёздного тумана.

– Так эти осколки…

– Мы положили их в ванну вместе с то6ой и накрыли ванну самоловым стеклом. Мы отдали тебя во власть Гиамары – как иногда посту­пают с теми, кто оказался на границе жизни и смерти. Гиамара мог­ла забрать тебя или подарить тебе новую жизнь. Увидев, что кусоч­ки ариллина превращаются в туман, мы поняли – Гиамара решила ис­целить тебя и подарить тебе новое тело. Теперь ты избранница двух богинь – Нaйяры и Гиамары. Диввины называют нас, жителей островов, детьми тумана, но настоящие дети тумана – это такие, как ты.

– Я должны этому радоваться?

Ей ответил вошедший в комнату Матарус.

– Ты должна радоваться, что выжила.

– Это как-то изменило меня?

– А что ты чувствуешь?

– Слабость…

– Ещё бы. Восемнадцать дней твоё тело питал лишь туман.

– Восемнадцать?!

– Срок устанавливает богиня. Мы вручили ей твою судьбу. И мы могли убрать купол лишь тогда, когда туман рассеется.

– Восемнадцать дней, – в отчаянии прошептала Ариэна. – Уже дав­но идёт война… И я даже не знаю, что с Тамраном.

– Не стоит переживать за этого красавца, – сердито сказал Мата­рус. – С ним всё в порядке. Это ты попала в переделку. И чуть не погибла. Я же говорил, что ты зря согласилась жить в замке. Нор­мальному человеку там не место. Они решили извести тебя, и им это едва не удалось.

– Тамран никогда не желал мне зла. Он ничего не знает. Он сам обманут.

– Или хочет быть обманутым.

– Может быть… Но он не виноват в том, что со мной случилось. Это всё она... Теперь я понимаю, почему Лихана так уговаривала ме­ня отправиться в полёт немедленно, прямо из окна моих покоев. Они на шестом этаже. Я решила взять кинжал и спустилась в оружейную комнату – это четырьмя этажами ниже. Свались я с шестого, не по­мог бы никакой ариллин. Я вот только никак не могу понять, почему я не полетела…

Откинув одеяло, Ариэна посмотрела на ноги. Нити по-прежнему бы­ли обмотаны вокруг её лодыжек и крепко-накрепко завязаны. Она же знала, что их не могли с неё снять. Порвать и разрезать эту паутину могла только она. Нити были на месте, но Ариэна сразу поняла, что они мертвы.

– Вода, – простонала она. – Ванна, которую мне приготовила Ли­хана… Там действительно было зелье, убивающее магию. Оно подействовало и на меня, и на паутину Дамеи. Но свою силу я восстановила за счёт Лиханы, а нити…

– Так и знала, что 6ез Лиханы тут не обошлось, – покачала головой Митта. – Ты говоришь, она приготовила тебе ванну… Отец, ты не­давно прочёл в этих книгах о мёртвой воде. Она же явно использова­ла её!

– Мёртвая вода? – спросила Ариэна. – Что это?

– Её делают, используя порошок из мёртвого арилла, – пояснил Матарус. – Мёртвая вода отнимает магическую силу. Она особенно гу­бительна для магов Большой Земли. И для их магической паутины.

– Всё понятно, – вздохнула Ариэна. – Теперь мне не на чем лететь в Див-Аранху.

– Тебе сначала поправиться надо, – с упрёком сказала Зета. – ­На кого ты похожа! Кожа да кости. Извини, что мы подрезали тебе волосы. Когда мы тебя нашли, они так слиплись от крови… Мы уже потом поняли, что туман очистил бы их – как и всё твоё тело. Он не только исцеляет, но и уничтожает всю грязь.

И правда – Ариэна была такой чистой, как будто только что искупалась.

– Не огорчайся, волосы быстро отрастут, – Зета поднесла ей зеркало. – К тому же тебе так хорошо.

– Действительно хорошо, – согласилась Ариэна, глядя на своё исхудавшее лицо, обрамлённое тёмными волнистыми волосами, которые теперь даже не доходили до плеч. Они как будто стали пышнее, и в их блеске улавливался лёгкий голубовато-зелёный оттенок. Глаза казались неестественно яркими. Может, это потому, что она была очень бледна…

– Значит, теперь моё тело отчасти состоит из тумана… А я случайно не превращусь в призрак?

Матарус и обе его дочери сделали отвращающий знак.

– Нет, правда… Как это на мне отразится? Лучше не скрывайте.

– Тебе нечего опасаться, – успокоил её Матарус. – Просто у нас тут не любят таких шуток. Ты вдыхала звёздный туман, он проникал в поры твоего тела, но оно у тебя, как было, так и осталось чело­веческим. В древней книге по магии написано, что тот, кого это не убило, становится сильнее.

– Но это не сразу, – поспешила добавить Зета. – Пока ты очень слаба. Ты должна отдыхать и хорошо есть.

– Верно, – поддержал дочь Матарус. – Сила мага во многом зави­сит от его физического состояния.

– Как вы меня нашли?

– Потом расскажу, – ответил Матapyc. – Тебе надо подкрепиться и отдохнуть. А времени для разговоров у нас достаточно.

Ариэне дали крепкого бульона и кусок пресной лепёшки. Потом на­поили каким-то отваром. Она бы, наверное, не поверила, что проле­жала в ванне с туманом восемнадцать дней, если б не сильно облетевшие деревья, которые она видела за окном. Ей казалось, что с тех пор, как она упала на каменные плиты двора, прошло несколько ча­сов. Ещё свежи были воспоминания о той страшной боли. Теперь Ари­эну мучила не боль, а досада. Нэйя всё-таки перехитрила её. Ариэ­на не знала, хотела ли эта женщина убить её. Возможно, главной её целью было удержать Ариэну здесь, на Ди-Милоне, подальше от того, что сейчас происходило в Див-Аранхе. Нэйя хотела быть хозяйкой положения. Она ненавидела, когда вмешивались в её планы. Ариэна больше не носила никаких кулонов, но Нэйя догадывалась, что нить всегда при ней. Она поняла, что похитить эту нить невозможно, и Лихана подсказала ей, как лишить паутину магической силы. А может, Нэйе и самой был известен рецепт мёртвой воды… Неважно. Желала она Ариэне смерти или нет, но она знала, что эта магия может убить. Она знала, что избранница аранхи может отправиться в полёт с любой высоты, даже не подозревая, что нити мертвы и больше не удержат её в воздухе.