"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Гор Алекс

Я задумалась, как поступить. Ему это важно. Очень, если он устроил перестрелку в клубе, рискуя всем. Последнее, что позволяло ему чувствовать себя живым, у него украли – так он это видел, а в отчаянии Эмиль готов на всё.

– Давай, – я сама полезла пальцами в стиснутый кулак.

Он мне не чужой – и я правда его понимала. Я взяла кольцо поменьше, надела на безымянный палец. Эмиль проделал то же самое со своим – без радости, но с облегчением. Мы молчали и даже не смотрели друг на друга. Я устала, он, скорее всего тоже – после адреналина в клубе, побега и нашего разговора.

Он привлек меня к себе, предлагая лечь на колени – и я легла, уткнувшись носом в дорогую и мягкую ткань брюк. Приятный запах отдушки – тонкий, едва уловимый и странный: так пахнет бизнес и большие деньги, а мой бизнесмен чаще стрелял, чем зарабатывал. Я прижалась щекой к бедру, чувствуя тепло через ткань.

Эмиль опустил окно и в салон ворвался хмельный воздух ночных полей – вместе с пением цикад и сверчков. У ночной природы свое очарование: все выглядит, пахнет и звучит иначе, чем днем.

Одной рукой он гладил голову, сминая волосы большой ладонью. Небрежно, словно я собака. Я согласилась и снова вышла из зоны его внимания, он думал о своем.

– Уедем, куда захочешь, – негромко сказал он. – Попробуем жить нормально.

Я промолчала.

– Ладно, привстань.

Я выпрямилась. Эмиль сбросил пиджак, стянул с плеч ремни кобуры и начал расстегивать рубашку.

– Хочу бронежилет снять, – пояснил он, хотя я не спрашивала. – Неудобно.

Черный бронежилет плотно прилегал к телу. Эмиль с удовольствием ослабил застежку и я заметила:

– Может, лучше оставить?

– Ты когда-нибудь была за рулем в бронике, Яна? Я к ним не привык. А нам пора ехать. Скоро остановимся в одном месте, встретимся с Феликсом и поедем дальше. Не переживай, я все продумал. Все будет хорошо.

Темно-красные рубцы на теле еще бросались в глаза. Он же весь теперь в шрамах – как Эмиль не устал их получать? Бронежилет он бросил на заднее сиденье и снова натянул рубашку. Контраст черной ткани и бледной кожи был разительным.

Эмиль поймал мой взгляд и улыбнулся.

Мне нужно обратно, но я не просила развернуть машину. Я не знала, что делать: ехать с ним не могу, но и сказать все, как есть, тоже. Если бы не Андрей, я бы уехала с ним.

Но как бросить того, кто целует тебе руки и называет выжившей частью? Это ведь не пустые слова – мы были там вместе, мы можем делиться этими воспоминаниями мысленно, быть поддержкой, только друг с другом мы можем об этом поговорить, только друг друга поймем. Когда-то моей большой мечтой была эта возможность – поделиться, излить душу, но теперь это прошло. А у него еще нет. Как мне оставить его в такой момент?

Эмиль завел машину, тронулся и мимо окон снова побежали поля. Мы не смотрели друг на друга – я повернулась к окну, следила за темной линией деревьев у горизонта. Нам не нужно друг на друга смотреть, даже быть рядом не нужно – мы всегда вместе.

Я ни с кем не была так близка, как с ним. Ни с любовниками, ни с семьей. Он знал меня до основания, куда даже я боялась заглядывать. Столько лет я боялась ему открыться, оберегая от него  мою любовь, мою привязанность, а оказалось, это так легко. Эмиль, любовь моя, мое сердце… Мне так жаль, что тебя поглощает та же чернота, что и меня когда-то. Я знала, что он испытывает. Мы две стороны одной монеты. И все из-за одной ночи.

Я задремала и проснулась, когда скорость упала: Эмиль свернул к придорожной гостинице, и спустился по изгибистой дороге к парковке, забитой грузовиками.

Он назначил встречу в ночлежке дальнобойщиков? Я решительно его не узнавала. Он остановился рядом с громадным тягачом, и я выбралась из машины размять затекшие ноги.

Воздух пах лесом и дизелем. Тяжелый запах солярки, казалось, пропитал округу насквозь.

Вслед за Эмилем я пересекла стоянку, всю в темных потеках масла и других автомобильных жидкостях, и вошла в распахнутые двери гостиницы.

За стойкой администратора стояла сонная грузная женщина. Окинув Эмиля профессиональным взглядом, она предложила пару комнат на выбор и намекнула, что у них вообще-то занято. Номера стоили многовато для подобного заведения и, думаю, стоимость «подросла» из-за прикида Эмиля.

Расчет был верным – он не стал торговаться, молча выложил деньги на стойку и забрал ключ.

На вид комната оказалась дешевой и своих денег не стоила. Как говорят: бедно, но чисто, хоть за последнее спасибо. Я не смогла сидеть и вышагивала из угла в угол, пока Эмиль расслабленно растянулся на кровати и наблюдал за мной. Машину Феликса я на парковке не видела, а значит, придется его ждать.

– Ты голодная? – спросил он. – Я закажу, если хочешь.

– Очнись, – пробормотала я. – Откуда здесь доставка. Максимум пирожок бабка у дороги продаст.

Кольцо чувствовалось на пальце. Я к нему не привыкла, и постоянно прикасалась к ободку большим пальцем – нервно и неуверенно. Я не клялась ему в любви, не подписывала брачный договор, не спала с ним, но ощущение было такое, словно я добровольно надела ярмо.

Нет, нам ничего не светит. Терпеть боль от того, кого любишь – это хуже всего на свете. Выжигает душу дотла. И вернуться обратно не получается. Сколько ни пытайся, прошлое будет сквозить – в жестах, взглядах, воспоминаниях. Это безвозвратно разрушает отношения. Верной я ему буду до конца жизни, но не женой.

– Эмиль, я хотела спросить… – я остановилась, у меня уже болели ноги. – Я хочу знать шансы…

– Говори, – спокойно предложил он.

– Я слышала, вампиров, которые привлекают внимание, конфликтуют с людьми, их убивают ваши же. Это так?

– Да, – согласился Эмиль.

– А разве ты в клубе не это сделал? – выдавила я через силу. – Ты в них стрелял. Если кого-то из них тяжело ранило, они могли напасть на посетителей. Туда полиция ехала… Эмиль, получается, ты теперь вне закона?

Глава 46

Он так долго молчал, что мне хотелось подойти, схватить за плечи и как следует встряхнуть. Эмиль рассматривал потолок, забросив руку за голову. Нога свешивалась с кровати, упираясь в пол, словно в любой момент он готов вскочить. Может, так и было.

– Эмиль? – позвала я, когда пауза затянулась.

– Я и так вне закона, Яна. Они знают, что тех троих убил я, – он резко сел и протянул руку. – Подойди, – я послушалась, и Эмиль усадил меня рядом. – Есть вещи, ради которых стоит рисковать. Это одна из них. Зачем вообще жить, если каждый может плюнуть мне в лицо?

– Ты псих, – сказала я.

– У меня не было выбора, Яна… Я редко мог выбирать в жизни. Я привык сам брать то, что нужно.

Ты – может быть. А меня ты подставил. Потому что я вряд ли смогу уйти, когда тебя будут убивать.

Он обхватил мои руки ладонями, целуя пальцы. Я слегка пошевелила ими, сгоняя щекотные прикосновения, оставляющие влажные следы. Кроме него мне никто не целовал рук.

– Они знают, Эмиль, – сказала я. – А вампиры если найдут слабое место, то давят до конца. Тебе всегда будут напоминать, что со мной сделали. Всех ты не убьешь.

– Всех и не нужно, – неожиданно ответил он. – Самых наглых, остальные сами заткнутся.

Мы долго сидели рядом и молчали, я задумчиво касалась его теплых пальцев. Как ни искала, я не могла найти выход. Вдруг Эмиль повалил меня на кровать и навис сверху.

– Чего ты боишься? – улыбнулся он – прежней улыбкой, будто в его жизни все отлично. – Мы уедем. Все будет хорошо, Яна.

Он говорил уверенно, словно пытался убедить в этом самого себя. Преувеличенно-радостный, словно понял, что кольцо я взяла не всерьез, но старательно отодвигающий этот факт от сознания. У меня тоже был период, когда я в упор не замечала фактов – так проще, правда ранит.

Я скованно выбралась из-под него и села, отвернувшись. Он понял, что я не в настроении заигрывать, но не отстал – начал разминать плечо, потом прикусил кожу. Зубы сжались несильно, но чувствительно. Пальцы перебирали тонкую ткань платья на животе.