Есть несколько моментов, которые нужно сразу обозначить.
В моей голове, словно гром среди ясного дня, раздался голос. Хаос решил вновь обозначиться, ответить на вопросы.
На мир боги воздействовать не могут. Это сразу нарушит то равновесие, что установлено в мире. Точечное лечение, массовое – даже это нам в данный момент неподвластно в силу ограничений. Можем, но станет только хуже.
В чем это «хуже», конечно, он объяснять не будет.
Вы – другое дело. Ваше «море» – результат перерождения в мире, откуда вы сами родом. Считай, вы с ним чуточку больше сроднились. Да, мы катализаторы, но именно на вас, при определенных обстоятельствах, мы воздействовать можем. Например, посредством артефактов. Рано или поздно поймешь, почему.
Были догадки, но «озвучить» их времени мне не дали.
С тобой же у меня установлена иная связь, она не тревожит равновесие, не беспокоит мироздание. Для тебя ограниченная помощь — дозволительна. Но у всего есть цена, которую мне, в том числе, пришлось заплатить.
Последние его слова отдавали какой-то… болью? Было похоже на то.
Итог. На мир и всех остальных людей – нет. На вас – да. Вы же – часть этого мира. И все равно, даже массовое использование магии никогда не будет такой мощи, чтобы что-то в мире пошатнуть. А теперь ступай. Впереди еще много дел. А мне надо отдохнуть…
Когда мы оказались на другом берегу, пришлось достаточно много попетлять между палаток, которых наставили прямо на дороге. Но в итоге мы нашли нужную, царскую, в которую зашли. И прямо в лицо нам «ударили» возмущенные крики. Тут был настоящий царь, в броне, а также его сын, тоже в броне, со множеством ран на теле, но живой. И, чтоб его Аид побрал, довольный. Он стоял и улыбался.
— Да как этот щенок в такой ответственный момент вообще оказался на твоём месте, Александр⁈ — буквально орал на царя один из командиров Легиона, при этом это был самый поджарый и здоровый из присутствующих командующих. — А если бы он всё запорол⁈ Если бы из-за него полегли тысячи и тысячи воинов⁈ Ты вообще знаешь, какие безумные приказы он отдавал⁈ Понимаешь, чем это могло для нас обернуться⁈
— А что бы сделал во главе сводных войск ты, Минос? — склонил голову набок царь. — Ну вот что? Мой сын был мной в той битве. Всё, что говорил он, скажу так, расценивайте словно сказал это я. И если ты сейчас продолжишь оскорблять моего потомка, поверь мне, друг мой, я не посмотрю, что ты один из лучших. Не побоюсь и твоей силы. Я просто убью тебя. В честной дуэли. Которую ты проиграешь. И ты знаешь это.
— Но так нельзя, царь! — уже более спокойно, но всё ещё с возмущением говорил командующий. — Надо было поставить в известность хотя бы нас!
— Чтобы что? — хмыкнул уже царевич. — Чтобы наши враги, которые распустили тут свои сети, попытались во время битвы убить моего отца? Чтобы они во время битвы уничтожили сразу всю нашу семью? Вы хотя бы знаете, что произошло во время сражения?
И в этот момент мой командир бросил кинжал. Обычный, стальной. Вот только на нём была кровь, а также ритуальная надпись, смысл которой я не понимал. Но сразу стало понятно, к чему это, когда рядом с кинжалом упала отрубленная рука, в которой явно этот кинжал ранее находился.
— Мы знали, что такое будет, дядя Минос, знали, — с уважением и почтением говорил царевич. — И чтобы враг не прознал о наших планах, нам пришлось молчать. К слову… ты даже можешь понять, кто это.
— Инарос? — больше утверждая, нежели ради того, чтобы получить ответ, произнес легат, после чего склонился к руке и, хмыкнув, кивнул. — Инарос. Чёртов предатель. Очередной Легион обезглавлен… надеюсь, Гортий его заменит.
— Не заменит, — вмешался я. — Он мёртв. Ещё во время битвы его убил минотавр. Я хотел бы его спасти, но когда дошёл до той палатки, в которой он лежал… как и во всех последующих, как мне кажется, все были мертвы. В том числе и он.
— Это тот самый воин? — посмотрел на царевича Минос, на что Митрокл только кивнул, после чего этот старик, но бойкий и живой, подошёл ко мне, строго посмотрел в глаза, а потом не выдержал: из его глаз полились слёзы, а сам он обнял меня. — Спасибо тебе…
— Не… не понял, — сильно удивился я, не понимая причину такой… ситуации.
— Сейчас, сейчас, — отпрянул от меня командир Легиона, после чего взял себя в руки, сделал несколько глубоких вдохов и шумных выдохов, затем заговорил вновь. — За твоей спиной, вот буквально, сражался мой сын. Я сильно переживал за него, уже мысленно похоронил его. Но благодаря тебе, благодаря тому, что во время битвы ты старался использовать свои способности не только ради убийств, но и ради спасения жизней… он жив. Ты — сын своего отца. Он был бы горд тобой!
— Он был его подчинённым, заместителем, — уточнил тут же Александр, взгляд которого оставался строг. — Но не ради этого я вызвал Чертей. Сын, вставай к ним. У меня новое задание для вас.
И в этот момент мне захотелось очень громко ругаться. И каких усилий стоило мне не наорать в лицо самому царю после таких слов.
Глава 23
— Отец?.. — тяжело вздохнул царевич. — Прошу прощения за такое выражение, но какое к чёрту задание⁈ Ты моих людей видел? Они с ног в прямом смысле слова валятся. А Астер с Никой при этом нашу армию восстанавливали, некоторых с того света вытягивали, из-за чего Аид может на них разгневаться. Дай нам отдохнуть.
— А кто говорил, что оно сиюминутное? М-м-м? — усмехнулся Александр, смотря на своего сына, но при этом взгляд его был строг, даже уничтожающ, но после он перевёл свой взгляд на нас, на Чертей, которые расслабились и начали глупо улыбаться. Почти все. Только девятый как стоял с каменным лицом, так и продолжил стоять.
Вот сейчас во взгляде царя читалась усмешка. Эффект, которого он хотел достигнуть… был достигнут. Мы все сначала напряглись, а потом тут же расслабились, понимая, что нас не бросят из огня да в полымя. Что у нас будет возможность восполнить свои силы, чтобы быть готовыми к следующему заданию.
— Воины! — обратился царь именно к нам. — Сегодня вы показали мастерство, которое невозможно продемонстрировать обычным людям. Но вы — Спартанцы! Сегодня вы проявили такую доблесть, которую не проявил бы ни один смертный. Но вы — Спартанцы! Сегодня вы всей Спарте показали, как сражаются настоящие воины! Поэтому каждый из вас заслуживает надписи на шлеме, дарующей вам титул «Защитник».
Внимание! Системное вмешательство. Теперь на каждом вашем шлеме будут автоматически прорисовываться греческие литеры «Защитник».
Тут же на моём шлеме, как и на шлеме Ники, загорелась надпись. Ахнули все, в том числе и мы с девушкой. Конечно, эффект был ошеломительным, само Мироздание услышало царя, откликнулось, позволив проявиться тому, что он произнёс. И он пытался сохранить своё величественное выражение лица, но даже сквозь его каменную маску было видно, насколько он удивлён.
— Однако, — хмыкнул один из легатов. — Магия во плоти. Не думал, что увижу её своими глазами… хотя сегодня этот юноша, — кивнул он на меня, — показал нам, что магия существует не только в легендах.
— Если вы не против, — с лживо снисходительной улыбкой посмотрел на говорящего царь. — То я продолжу.
— Конечно, — кивнул легат, ударив себя кулаком в грудь, после чего сделал шаг назад, скрываясь в лёгкой тени шатра.
— Астер… Ника, — подошёл к нам царь и положил руки на плечи. — А вас… я даже не знаю, как наградить. Мне доложили, что именно вы сделали, сколько времени и сил у вас это забрало, сколько семей не лишится отцов, сыновей, дочерей и матерей. Вы сделали доброе дело не только для меня, но и для многих в Спарте. Поэтому я нарекаю вас Спасителями. И пусть каждый знает, видя ваш шлем, кто именно стоит рядом с ними!
Внимание! Системное вмешательство. Теперь на каждом вашем шлеме будут автоматически прорисовывать греческие литеры «Спаситель».
