Слова повисли в воздухе. Игорь смотрел на него с недоверием, но удивление скрыть не мог, как и Костя. Чтобы сам граф Огнев-младший, и вдруг попросил прощения по собственной инициативе? Да что-то в лесу сдохло, не иначе! Или он заболел и бредит.
— Тебя Элеонора надоумила так сказать? — холодно сказал Игорь. — Ты дал ясно понять, что мы для тебя — пыль. А теперь что? Нам должно быть лестно, что граф Огнев почтил нас своим визитом? И всё просто так забудется? Мы тебе не вассалы, мы свободные бароны. Этот трюк не прокатит.
— Нет! — голос Миши дрогнул, выдав отчаянную искренность. — Мне всё равно, кто вы по титулу. После всего произошедшего по вине Глеба… Мне… невыносимо находиться в одиночестве. А вы… Вы были ко мне добры, насколько это возможно. Но я поверил не тому человеку, поступил глупо и всё испортил.
Он глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.
— Я не прошу забыть всё, как страшный сон. Но я хочу… попытаться всё исправить. Начать заново. Наладить общение.
Игорь фыркнул снова.
— Потому что это необходимость? Потому что наши семьи в хороших отношениях и портить их невыгодно?
— Нет! — Миша был открыт как никогда. В отчаянии, он говорил от чистого сердца, что было крайне на него не похоже. Приходилось выдавливать из себя то, что всегда скрывал за снобизмом и высокомерием. — Потому что я так хочу. Потому что мне жаль, что я потерял из-за своей глупости людей, с которыми мне было… хорошо. Мне всё равно на необходимость. Я прошу шанса. Как человек, как ваш одногруппник, а не как граф Огнев.
Воцарилась тишина. Костя и Игорь переглянулись. В их взгляде читалось осознание, что это не политический ход, а искреннее, хоть и запоздалое, раскаяние. И в это сложно было поверить, так как парня перед собой они знали давно.
Наконец, Костя с лёгким вздохом кивнул на свободный стул.
— Садись. Рассказывай, что случилось с твоим «лучшим другом». И начни с того, почему ты, собственно, так взъелся на нас тогда.
Это не прощение, а лишь начала долгого и трудного пути. Но для Миши, изголодавшегося по простому человеческому участию, этот тяжёлый разговор был куда лучше, чем давящая тишина его одинокой комнаты. Он медленно подошёл и сел, готовый наконец-то говорить правду. В последнее время её стало слишком много в его жизни. И несмотря на то, что ощущал себя, словно голый, он не хотел вновь скатываться в ложь. Хотя бы не с теми, с кем его хоть что-то связывало. Хоть какие-то тёплые воспоминания.
* * *
Мой план был прост и сложен одновременно. Иногда, чтобы поймать одну змею, нужно залезть в самое логово к другой.
Фракция Озёрского… Раньше бы меня передёрнуло от одной мысли работать с ними. Но сейчас это единственный способ добраться до Тани. Она ведь тут пристроилась у них, как всегда, в тени. Использовала меня, сделала пешкой, чтобы поиметь выгоды со всего движа.
Но ничего, пусть как можно дольше думает, что я всё такой же наивный дурачок и ничего не понимаю. Однажды она осознает, как сильно просчиталась. Я в предвкушении этого дня, мечтаю увидеть её выражение лица, когда вся её тонко сплетённая паутина лжи и интриг потерпит крах.
Намерения озёрской фракции, в общем-то, оказались просты и очевидны. И я в их планах был ключевой фигурой. Столкнуть меня с этим мажором, Мишей Огневым.
Конечно, отчасти жаль его. Он оказался не готов к той роли, что выпала на его долю, и сломался. Но разве меня должно это волновать? Выскочка со скверным характером, он сам напал на меня в первый раз. Так что даже приятно будет воздать ему по заслугам.
Согласно планам фракции, в которой я теперь состою, Миша должен напасть на меня и серьёзно покалечить. Разумеется, не по-настоящему, всё это будет хорошо разыгранным представлением. С этой записью и моими обвинениями, если те станут достояниями общественности, Огнев-старший получит серьезный репутационный урон, а Озёрским только это и нужно.
А я… Всего лишь разменная монета в их планах. Только я не намерен быть просто битой в их игре. И внесу свои коррективы.
Во-первых, бой. Максимилиан, наш организатор, хочет провести его в Тамбове. Говорит, там всё под контролем. Но это не совсем так. У Огневых в тамбовских властных структурах связи крепкие — в этом не так давно все убедились. Вдруг что — прикроют, спустят на тормозах. Слишком рискованно. Потому я предложу простое и лёгкое решение — перенести всё в Козлов.
Максу я это преподнесу как его личную победу. Ведь в Козлове его власть безоговорочна, у него там есть связи, как у представителя бойцовского клуба. Все друг с другом повязаны. Там Огнев не имеет присутствия от слова совсем. Можно не опасаться, что кто-то вмешается и всё испортит. У Максимилиана на лице написано, что он любит чувствовать себя хозяином положения, так что проглотит наживку. Даже зная, что я сам из Козлова.
Вот только есть кое-что, чего Водянов не знает — мои собственные связи. И они могут спутать ему все планы, склонив весы в нужную для меня сторону.
Антон Александрович Плетнёв — начальник полиции Козлова. Это он держит в своих руках власть в городе. Конечно, есть люди куда более «тяжеловесные», как те же Рожиновы. Но в данном контексте ими можно пренебречь. И если Плетнёв того захочет, то задавит Водянова легко. У них, по сути, общий бизнес на этих боях. Так что лишний рычаг давления на партнёра Антону Александровичу не помешает.
Именно это я ему и предложил. Втайне переживал, что у этих двоих отношения могут быть давно сформировавшиеся и дружественные. Но, на мою удачу, оказалось совсем не так. Когда всё случится, у Плетнёва на руках будут записи с камер наблюдения — неоспоримые доказательства того, что сын профессора Огнева нарушил устав академии. Участие в подпольных боях не лучшее занятие для студента, которому есть что терять. И эти записи то, что так нужно Максимилиану. И он это не получит, пока… Не выполнит кое-какие условия.
Благо, я уже в курсе патового положения Водяновых. По сути, на них легла огромная ответственность в виде задания от сюзерена, графа Озёрского. Кресло ректора для него архиважно, от этого зависело очень многое.
Конечно, это не проговаривалось вслух, но я мог предположить, что после такого граф пожалует им титул. Для любого дворянина это мечта, ради этого они пойдут на что угодно. Как показатель — слухи о запрещённых веществах, на которые подсадили Мишу. Смотря на парня, в это можно было поверить — он просто кардинально изменился, как внешне, так и по характеру. Так что за запись и показания Максимилиан согласится на что угодно.
Как итог — каждый получит то, что хотел. Водянов завершит миссию графа Озёрского, и его род получит щедрую награду от сюзерена. Плетнёв усилит свои позиции в бизнесе и получит ощутимую выгоду. А я… Я узнаю всю подноготную Татьяны. Более чем уверен, она делала грязную работу для озёрской фракции. А если нет ничего — пусть найдут. В крайнем случае помогут мне её подставить, никуда не денутся. Месть — блюдо, которое подают холодным. Ну и да, конечно — Миша. Ему я тоже отомщу, выбью всю его спесь. Двух зайцев одним ударом.
Первый шаг я уже сделал — договоренности с Плетнёвым заключены. Осталось только убедить Водянова, что лучше наш постановочный бой провести не в Тамбове. Нужно преподнести это как его же выгоду. Сказать, что в Козлове проще обеспечить секретность, что там нет глаз Огнева-старшего. Медицинские заключения о моих травмах заполучить не составит никаких проблем — тоже огромный плюс.
Дьявол кроется в деталях, а их у меня достаточно, как и обоснований. Я готов к следующему важному шагу в своей гениальной схеме. Но это не значит, что я не волновался. Для меня в этой игре слишком многое поставлено на карту, хоть, по сути, ничего и не потеряю из-за провала. Но это дело чести.
* * *
Интерлюдия
В пустом читальном зале царил полумрак, так как большинство ламп было выключено. Библиотека уже закрылась для посетителей, и тишина здесь стояла особая, звенящая. Светлана Водянова, перекладывая стопку книг на кафедре, почувствовала на себе чей-то взгляд. Она обернулась.
