"Фантастика 2024 -156". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Белаш Александр Маркович

Альба улыбнулась, расчеркивая пергамент. Была у нее пара идей…

— В общем мы подошли к тому, о чем собирались говорить, — довольно заявила она, откусывая солонину.

Мясо было специфическим, но Альбе нравилось, на самом деле. Очень даже. Оно было, несмотря на название, не соленым, а пряным и приятным на вкус.

— Ты так думаешь? — скептически заметила Ами.

До того они успели немного обговорить то, чем хотели заниматься, но лишь очень поверхностно.

— Ага. Я просто подумала — с магией я лично ничего не соображу, да и теории везде столько, что мы закопаемся в учебники. Но все же я методички взяла в деканате, — Альба немного пижонским движением призвала тонкие пергаментные брошюрки. Влила силы она многовато, но все же проехавшие по гладкому столу листы не упали вниз и не попали в чай, что уже неплохо. Да и выглядело эффектно. — Но можем пройти более простым путем. У меня на родине есть люди, которые стараются узнавать мнение других людей по какому-то вопросу, а потом, опираясь на это мнение, предлагать этого вопроса решение. Правда не знаю, занимался ли тут кто-нибудь чем-то подобным или нет, и насколько такой подход для проекта подойдет.

Свен почесал голову.

— Скорее всего кто-то когда-то что-то уже делал. Надо будет спросить у отца. Или у кого-то из теоретиков постарше. Нам же все равно придется на чьи-то работы опираться. Ну или хотя бы найти, кто о подобных вещах хотя бы вскользь говорил. Нельзя просто написать свое мнение, без ссылок на кого-то поавторитетнее все равно переделывать заставят.

— Ну, это понятно, — откликнулся Жан, жуя хлеб, — пергамент-то все стерпит, и как доказать, что не ерундой занимаемся? И вообще ты предлагаешь ходить что ли просто всех подряд спрашивать о том, как они к магии относятся?

Альба вздохнула, отпила чая — и пустилась в объяснения методов исследования в социологии, способов проведения социальных опросов, особенностей выборки, вариантов анализа результатов…

Говорила она так долго, что почти охрипла. Ами что-то записывала. Жан иногда делал пометки, Свен же слушал, склонив голову. Когда Альба закончила, именно рыжий решил подытожить ее выступление:

— В общем, ты хочешь, что бы мы, каждый в какой-то области, поискали мифы о разных специализациях, потом выяснили, в какие из этих мифом верят маги, в какие — немаги, и потом предложили что-то вроде программы для лекций или текста памятки для того чтобы повысить грамотность людей?

Альба кивнула.

— Все так. Надо будет кое-какие расчеты сделать, понять, какая выборка нужна, там правда примерно будет, я не все формулы помню, — уточнять, что она никогда матанализ статистических данных без компьютера и экселя не делала, Альба не стала. — Но все равно довольно интересно получится. Да и даже может в целом на факультете народ опросить и там, скажем, сколько-то просто немагов из знакомых примерно того же пола и возраста… И потом сравнить. Это, конечно, не нормальное научное исследование, но для первого курса должно пригодиться. А объяснить практическую важность не проблема. Если там, скажем, все будут точно знать, что любой покойник восстать может, если некроманта штатного не звать или серебра в могилу не класть достаточно, — об этом им на основах некромантии говорили не раз, — то хоть кладбища вставать будут реже.

— Ага, и работы будет меньше, — мрачно заметил Жан.

Свен отмахнулся.

— Старых кладбищ достаточно. И все равно некроманты на похороны нужны, это дешевле чем серебро в таких количествах искать, знаешь ли. Но лучше нужные руны начертить и душе путь за Грань показать, чем потом разорванные каким-нибудь дохляком тела видеть, знаешь ли. Не, работы меньше не станет. Да вообще… Даже те у кого дети-маги все равно иногда такую ерунду делают. Даже если сами одаренные, просто специальности другой. Мои вон, как поняли, что я ветер люблю, боялись, что я как стихийник огонь раздувать по всему дому буду. Рядом с камином меня не оставляли наедине почти до самого поступления. А ведь все маги почти.

— Ну, положим, я бы тебя и сейчас не оставил рядом с своим камином, если бы этот камин у меня был. Видел, как ты чуть парту на стихиях не сжег, — заметил Жан.

— Ой, да ерунда это, — отмахнулся рыжий. — В общем, идея вучит интересно и не очень сложно. Надеюсь декан не заставит что-то другое брать. Слышал я, что там народ собирается делать, и писать работу о важности демонстрации магических талантов по окончанию учебы или предлагать добавлять в кофе по утрам за счет короны каплю тонизирующего зелья — тоска берет.

— Тем более что второе точно не одобрят, — заметила Ами. — Тонизирующее зелье принимать под контролем целителя надо, оно привыкание вызывает. Да постепенно организм под него адаптируется, и действовать оно перестает.

— А еще казна не бездонная, и денег на такую прорву ингредиентов никто выделять не будет, — усмехнулся Свен. Потом посерьезнел: — Надо до вторника найти какие-нибудь книги, где кто-то говорили, скажем, о том, что если всех по правилам хоронить, то вставать меньше будут, а потом кто-то другой автора не послушал и появились проблемы. Не уверен, что есть исследования именно предрассудков о магии, так что придется для теории искать что-то близкое и искать прецеденты. Я у своих завтра спрошу об авторах, наверняка по некромантии кто-то что-то писал про такие случаи.

В дверь постучали. Как-то несколько застенчиво, что ли…

Альба переглянулась со Свеном — и отправилась открывать.

За окном обнаружилась девушка в довольно дорогом платье. Она казалась смутно знакомой. Очень смутно…

— Доброго дня. Вы — Альба Синегорская? — явно было что гостье неловко. Она переминалась с ноги на ногу и в руках держала что-то вроде увесистого кожаного мешка.

Пришедшая кивнула — не без настороженности. Сзади подошли Свен и Жан — так, на всякий случай.

— Меня зовут Эсте де Трени.

Альбе это ничего не сказало, но незнакомка продолжила:

— Проректор сказал, что вы с друзьями, — девушка оглянула парней, — спасли меня от похитителей в лесу. Приношу свои глубочайшие извинения из-за того, что не выразила свою признательность раньше.

Альба уставилась на девушку. Вот значит почему она казалась знакомой…

— Только сейчас мне удалось найти вас. Прошу принять мою и моего рода благодарность за свершенное, — торжественно поклонилась девушка. Потом достала из своего рюкзака маленький мешочек и протянув его Альбе.

— Если не хочешь ничего с нее больше требовать, то возьми это и скажи, что долг рода уплачен, — тихо-тихо прошептал на ухо Свен, сориентировавшийся в ситуации.

Альба, несколько оглушенная происходящим, повторила слова приятеля — и забрала мешочек.

Такие же подарки получили и Свен, и Жан, и Ами. Эсте, отдав последний «дар», с явным облегчением попрощалась и зашагала прочь по коридору на выход из общежития.

Альбу несколько кольнула совесть — она ведь так и не пришла к лекарям узнать о судьбе этой девушки. Впрочем, тогда это казалось ей неловким, да и наказали только на уроки ходить. И вообще другие проблемы были.

— Ну надо же… А я думал, она из простых, — произнес Свен, когда дверь за внезапной постельницей закрылась и все вернулись на свои места.

Жан поднял бровь.

— Что это вообще было?

— Отдарок. У вас не практикуют?

— Не. Ну может разве что те, кто побогаче, но я никогда не сталкивался, думал это уже не делает никто, –судя по всему Жану «отдарок» был знаком как явление, пусть и далекое от повседневной жизни.

Альба посмотрела на Ами. Та вообще удивленной не выглядела.

— Может, объяснишь для совсем неместных? — попросила Альба Свена.

Мешочек был довольно легким, но открывать его Альба не спешила. Никто не спешил.

— Отдарок — старая традиция, — неожиданно пришла на помощь Ами. — Еще говорят в дни, когда Покинутый Континент осваивали, и с нелюдьми мир делили, было принято, если тебе добро сделали, за это подарить что-то в ответ. Тогда считалось, что если ты чужую жизнь спас, или честь рода, или что-то очень важное, то с того, кого спас, можешь потребовать равное, а если он откажется, то прогневает богов. И вот чтобы такая треба врасплох не застала, отдарок делали, желая откупиться на будущее и должником больше не быть. В деревнях иногда и сейчас такое практикуют. Да, боги сами в наши дела не вмешиваются, но все-таки лучше их не гневить лишний раз. Мало ли.