И с безопасностью, кажется, всё в порядке. Азамат тут два дня вокруг поселения бегал, всё проверял, во все углы заглянул, воинов проверил. Всё в порядке. Так и сказал, теперь здесь воевать можно. Вот так-то.
Сурск, Галка, со своим видением и пониманием происходящего
Тьфу, тьфу, тьфу, лишь бы не сглазить! Растёт наш городок, растёт и хорошеет. Я тут с Житко несколько раз поговорила, да просто так, о жизни и красоте. В итоге у нас образовался своеобразный комитет по эстетике. Во как! А дело простое – стали смотреть, где и что можно украсить. В комитет вошли Тумна и Ашава. Нашему деревообработчику я рассказала про деревянные кружева, нарисовала, что помнила, резные наличники, резьбу на домах, ну и всё прочее.
Так он едва меня дослушал, убежал украшать свой дом. А потом убежала Ашава, этот же дом расписывать. Ничего, как-нибудь разберутся между собой. С Житко в очередной раз нарисовали генеральный план. Жаль, опять переделывать придётся, Витёк что-нибудь ещё придумает. Кто бы мог подумать, газ провёл. Теперь Путята сияет ярче горящей в ночи свечки, да и девки в столовой готовы лопнуть от радости – есть всё: вода, газ, отходы вывозят. Только готовь давай. Они и стараются.
Я тут ненароком новый вид искусства открыла – пение из будущего. Как-то заработалась, что-то вязала или ткала, не помню. И в задумчивости тихонько так запела: «Когда вода всемирного потопа вернулась вновь в границы берегов, из пены уходящего потока на сушу тихо выбралась Любовь. И растворилась в воздухе до срока, а срока было сорок сороков». Так я и промурлыкала всю песню, и только потом обнаружила, что в мастерской стоит полная тишина и все смотрят на меня во-о-о-т такими глазами и раскрыв рты.
Голоса у меня нет, но не настолько же это страшно, чтобы бояться пошевелиться и даже дышать. Оказалось, совсем наоборот. Меня сразу засыпали вопросами, что это такое и нельзя ли повторить это ещё раз. Пришлось повторить, а потом и другие песни. В общем, скоро все уже распевали лучшие хиты моего времени, читали стихи и пытались сочинять что-то сами. Чувствую, на ближайшем концерте будет нечто невообразимое. И мне это нравится!
Глава 20. Топ, топ, топает малыш – так начинается дорога в будущее
Сурск, Виряс, И.о. зам. мэра, как он думает
Кажется, это никогда не кончится. Только разобрался с рыбаками, кому где ловить и сколько чего надо, идут пахари, когда убирать жито и где пасти скотину. А за ними повара, что и из чего готовить. За их спинами уже маячат приказчики из магазина. Конечно, приходят не все толпой и разом, идёт начальник или мастер, но от этого совсем не легче. Насколько проще говорить с мастерами, работающими в своих мастерских. Но и тяжелее. Тот же Путята ради своего производства готов закатать в глину любого, по-моему, и Вика тоже попытается, хотя здесь не уверен, кто кого закатает.
Хочется – не хочется, но с проблемами разбираться надо, и как сумел, порешал. А дальше уже привычный обход – столовая, магазин, школа, стройки, водовозки, фермы и т. д. и т. п. Город растёт, хозяйство уже немаленькое, заглянуть надо во многие места. Пожалуй, Вик прав, придётся каждое утро собирать всех начальников у себя и обсуждать текущие проблемы. Скоро мне уже будет не успеть всё обойти. Но радует одно – город строится и украшается. А запасы на зиму и товары для торговли растут.
Сурск, Вик, обычный рабочий день и необычное его завершение
Теперь появилось время на все откладываемые дела. И начал я с нашей больницы. Царившие там покой и порядок меня порадовали, значит, больных нет. Что и подтвердила наша знахарка Пашай.
– Зря беспокоишься, Вик. Я тебе уже говорила, нет больных. Приходят обычно с небольшими болячками, таких быстро лечим и отправляем домой.
– Меня это радует, но я хотел узнать, что у тебя с учениками.
– Пока ничего. Вон помощницу себе нашла, теперь вдвоём хозяйничаем. Да вот несколько учеников набралось, одна девонька и пара парнишек. Их, как ты просил, для воинов готовим. А уж из девоньки себе замену будем растить.
– Правильно, Пашай. Ещё набирай, Мне за твоим хозяйством уследить просто времени не хватает, так что ты сама соображай, что надо делать в первую очередь. Травы заготавливайте, их может много понадобиться. Если нужна помощь, можешь сразу идти ко мне.
– Да ничего нам не надо, учеников ищем, травы заготавливаем и наборы для воинов готовим, Как ты говорил, сделали походный набор из разных трав, бабы сумки для них специальные пошили, с крестом. Так что всё, что ты хотел, мы сделали.
– Вот и отлично, если от меня ничего не нужно, пойду дальше. И не забывайте, при любых трудностях – сразу ко мне.
И хоть ничего я в вопросах медицины не понимал, посетив больницу, как будто снял с души груз невыполненных обязательств. Всё работает и идёт своим ходом, так что на некоторое время я могу забыть об этой проблеме.
Более содержательным у меня состоялся разговор с нашими книгоиздателями, печатниками Фомой и Федором. О том, что они существуют и работают, можно было узнать только по увеличивающемуся количеству книг, больше ничего этих фанатиков не интересовало. Вот и сейчас они сидели и внимательно рассматривали новую грамматику, третью книгу, которую мы готовились издать. Первым был «Букварь», потом «Арифметика», и сейчас пришёл черёд «Грамматики».
Не знаю, для кого как, но для меня и многих городских жителей эти неказистые книги были настоящей ценностью. И отношение к ним у нас соответствующее. Так что хоть печатники жили затворниками, но при этом пользовались большим почётом и уважением горожан.
– Печатникам привет. Фома, Федор, рассказывайте, что получилось?
– Да вот, Вик, напечатали и переплели первую «Грамматику».
– А ну-ка, показывайте скорее, что у вас получилось. Вы знаете, печатники, а ведь совсем неплохо.
– Правда? – с затаённой надеждой и подавляемой радостью осведомились мальчишки. Они ведь действительно ещё пацаны по возрасту, только великая их любовь к слову и книге, которую они сохранили с тех пор, как сами сделали первый экземпляр, заставляла их заниматься этим делом.
– Конечно, правда. Мне нравится, сделано хорошо, добротно, текст ровный, есть, конечно, некоторые огрехи, но даже они не мешают работать с книгой. А когда добавите картинки, будет совсем хорошо. Но это уж с Ашавой и Галиной будете вместе соображать.
– Сделаем, сделаем, обязательно сделаем, – радостно загалдели печатники.
– И вот что я вам хочу посоветовать. При первой же возможности возьмите себе учеников, причём у вас должно быть два различных дела, которому вы их будете учить. Первое – печатать, то есть отливать буквы, набирать текст, правильно его располагать, подбирать листы, ну короче всё, что связано с печатанием. Второе – переплёт. Вы должны научить других, как переплетать книги, научить новичков делать их из отдельных листов.
Почему это важно? Потом переплётчики займутся и другими вещами, например, будут изготавливать тетради и специальные журналы. Переплётное дело со временем станет самостоятельным, и для него потребуется отдельная мастерская, и вы должны будете научить её работников всему, что знаете. Я понимаю, что вам интересней печатать книги, чем их переплетать.
– Нельзя так говорить, печать и переплёт – это единый процесс, и разделять его нельзя.
– Хорошо, не буду. Но для переплётчика есть и другая работа, например, изготавливать тетради?
– Книги делать интересней.
– Вот и занимайтесь этим. Кстати, печатайте «Грамматику» скорее, открою вам секрет – Галина заканчивает писать новую книгу, это будут сказки и истории, которые она рассказывала.
– Ох ты! И мы будем их печатать?
– А кто же ещё? Но печатайте не только новые книги, не забывайте и про старые, будут приходить новые ученики, и их придётся учить грамоте. Так что эти книги будут нужны всегда.
Оставив печатников в сладостном томлении, вызванном ожиданием момента появления новой книги, отправился к Мышонку.
