Он обвёл всех тяжелым, немигающим взглядом и продолжил.
— Наша репутация тает на глазах, и вы уже все успели ощутить это. Торговые сделки срываются, старые партнеры отменяют заказы. О чём говорить! Даже соседи, раньше боящиеся помыслить о том, чтобы взглянуть в нашу сторону — теперь нарушают границы, прощупывая наше терпение. Что будет дальше?
— Они объединятся и сметут нас. Заберут наших самок, уничтожат воинов и станут воспитывать детей как рабов. — Ответил один из сидящих рядом.
— Вот именно! Поэтому у нас просто нет другого выбора! Только полное уничтожение наглецов сможет исправить ситуацию. Иначе уничтожат нас. Покажем, что у нас есть зубы и нас рано списывать со счетов.
— А как же эльф? — Робко возразил ему один из молодых лордов. — Если мы пойдем против него, то на нас обрушится вся мощь высших. Я помню, что происходит с дерзнувшими восстать против их власти и не горю желанием пополнить коллекцию черепов у отправленных за нами охотников.
Старый ящер замер на секунду, выпустил пар из ноздрей и шумно выдохнув, продолжил, буквально продавливая сопротивление своим фанатизмом.
— Есть основания предполагать, что он действует как одиночка, без санкции своих старших. Но даже в случае моей ошибки, мы — как раса, это переживем. Придется принести в жертву несколько планет, потеряем часть населения. Погибнет половина лордов, но наша раса останется жить.
Его слова в штык восприняло не меньше половины от числа присутствующих. Споры и прения не утихали несколько часов, но в итоге все были вынуждены согласиться с предложением, не видя разумной альтернативы. Слишком уж большие потери несли они в этой войне. Причем не только репутационные.
Ящер встал, обвел взглядом собравшихся.
— Значит решено. Собираем ещё один флот и отправляем в атаку. Только на этот раз отправим не крейсера, а большое количество мелочи. Прошерстите свои запасы. Орбитальные перехватчики, лайнеры, грузовики, истребители, патрульные корабли — мне плевать. Если что-то может летать, то оно должно отправиться в атаку. Проведите изъятие гражданских кораблей. К черту их вопли, сейчас не время для сантиментов. А затем, как только флот вынырнет на границе системы, то часть свяжет боем силы обороны системы, а остальная направится в сторону центрального светила. Как и планировали ранее, просто взорвём звезду.
Остальные в зале низко склонили головы в поклоне, принимая решение об уничтожении людей как вида.
* * *
Несмотря на внешне легко принятый план действий, президент до сих пор сомневался. Даже сейчас, когда летел высоко в воздухе, в чужом небе, с верными товарищами, которыми в последнее время ему стали родственники Максима. Особенно его отец, с которым в силу возраста нашлось много общих тем для разговора, начиная от охоты, которую оба сильно любили, до отношения к жизни в целом.
Но и с ним он не мог поделиться терзающими душу мыслями.
Геноцид целой цивилизации. Убийство десятков миллиардов. Даже на Земле живет огромное количество как разумных созданий, так и различных животных, что уж говорить про планеты, контролируемые ящерами. Там вообще какие-то безумные цифры населения и для победы, придется уничтожить большую часть из них, ввергнув оставшихся в хаос междоусобицы, разруху, голод и болезни. Для победы придётся разрушить космопорты, научные институты и ещё десятки критических объектов инфраструктуры, делающих цивилизацию высокоразвитой. А это опять влечет за собой добавочное количество жертв, счёт которых будет зашкаливать, приобретая какие-то невероятные масштабы.
Но другого пути он не видел. Ящеры, являющиеся высшими эволюционными хищниками на своей планете, воспринимали любые попытки договориться — как слабость, отрицая даже саму возможность установления контактов с человечеством. Дипломатов убивали и буквально горели идеей либо уничтожения, либо полного порабощения всех людей с установлением контроля за популяцией и использования их в качестве пищи. Они просто не видели смысла общаться с едой.
И возникала дилемма. С одной стороны — жизнь человечества, с другой — жизнь миллиардов разумных, пусть и выглядящих предельно чуждо. Не так в детстве представлял он себе контакт с инопланетным разумом. Воспитанный на добрых историях, на книгах, в которых всегда можно было договориться хоть с чертом лысым, сейчас он, даже несмотря на многолетний опыт управления страной — сомневался в итоговом решении.
— Слава? — По приватному каналу связи его отвлек от мыслей голос Андрея, с которым они уже некоторое время довольно панибратски общались. — Всё в порядке? Ты выглядишь так, словно задолжал денег коллекторам.
Мужчина сам коротко хохотнул немудрёной шутке. Президент страны и должен денег мелким жуликам.
— Не знаю. — Ненадолго замолчал президент и тихо продолжил. — Мне кажется, что мы совершаем чудовищную ошибку. Что мои дипломаты правы и есть другой выход. Что мы сможем договориться, что получится завершить эту глупую войну. А потом вспоминаю доклады ведомств о потерях, о сотнях населенных пунктов, вырезанных под ноль и ярость застилает глаза. Хочется стереть само упоминание о том, что когда-то существовала такая раса как Тар’Као.
Летящий в воздухе мужчина пожал плечами, вызвав любопытный взгляд от двух других членов отряда, его супруги и сына. Лишь пёс не обращал внимания на движения хозяина, наслаждаясь полетом, и высунув из пасти язык. Он уже заматерел настолько, что даже полет со скоростью в несколько сотен километров в час доставлял скорее удовольствие, чем неудобства.
— Я человек простой, от политики далёкий, но считаю, что, если на нас напали с целью уничтожить, глупо сомневаться в том, насколько соразмерный ответ стоит давать. У нас есть шанс, причем будем честны, довольно призрачный и нам следует использовать его, пока не закрылось окно возможностей. Надо действовать, пока ящеры не мобилизовали абсолютно все силы, пока они не наняли десятки или даже сотни космических флотов каких-нибудь пиратов или наёмнических корпораций. Да ты же знаешь, что мы живы только потому, что их гипертрофированные понятия о чести требуют самолично разобраться с врагом.
Президент тяжело вздохнул, признавая очевидное.
— Верно. Только есть у меня опасения, что после победы, с нами мало кто захочет вести дело. Молодая раса, только вырвавшаяся с колыбели, непонятным образом уничтожает врага, превосходящего их в силе, в десятки раз. Одни будут остерегаться связываться, а другие, такие же драчливые как рептилии — наоборот могут захотеть проверить нас на стойкость. И не успев выйти с одной войны, мы можем ввязаться в целую череду чрезмерно разрушительных схваток, из которых не факт, что выйдем победителем.
— Но и сдаться мы не имеем права. — Резонно возразил ему мужчина. — Вспомни свои же слова. «Если драка неизбежна, бей первым».
— Да, ты прав. — После недолгого молчания согласился президент. — Что-то я размяк в последнее время. Сказал бы, что это старость, но чертовы порталы и навык всё поправили и теперь мне с трудом можно дать сорок лет, что уж говорить о физических возможностях с моей то силой, ловкостью и выносливостью. — Немного по-старчески посетовал он. — Так что да. Прикончим чёртовых ящеров! А если на нас ополчится ещё кто-нибудь, то пусть приходит. В конце концов… Мы русские и с нами Система!
— Правильное решение! — Поддержал его Андрей. — Заодно, сейчас хорошенько прокачаемся. — Добавил он, отключив связь.
Президент проверил настройки группы, позволяющей делить весь опыт пополам и убедившись в том, что всё в порядке, начал говорить в общий канал, переключившись на общую связь.
— Друзья. Пусть мы с вами знакомы не так давно, но за прошедшие месяцы вы доказали, что защита нашей Родины для вас не пустой звук. Вы всегда были на острие борьбы с инопланетными захватчиками и сегодня настал тот день, когда мы с вами в очередной раз должны показать этим чёртовым ящером их место в пищевой цепи. Но то, что мы должны сделать сейчас — перевернёт саму суть войны. Современный мир в космосе знает такие понятия, как орбитальные бомбардировки и тоже применяет их, но они никогда не сталкивались с системными навыками, позволяющими провернуть то же самое непосредственно с планеты.
