— Нет, ну я точно помню! Подожди немного.
Она начала вяло дёргать одну из досок, будто та должна сама отвалиться, чтобы открыть ей проход.
— Чего мне подождать?
— И правда, — услышал я позади незнакомый голос с усмешкой, но резко обернуться мешала Анна. — Может, кого?
В переулке не было полноценного освещения, если не считать луны и тусклого фонаря над дверью, которая выходила в переулок. Этого хватало, чтобы видеть манипуляции Яны и сам забор, а вот незнакомцы находились в тени, и их лиц разобрать я не мог. Единственное, что можно было сказать с точностью, так это количество — трое.
— Петенька! — Яна обернулась и довольная засеменила в темноту.
Я успел перехватить её за руку и остановить. Анна слегка оживилась, приподняв голову, так как до этого просто положила её на моё плечо.
— Кто это? — спросил я у девушки.
— Друг мой. Пусти!
— Да, отпусти даму, — сказал «Петенька» и вышел вперёд, так что я смог увидеть его нагловатую ухмылку. Руки в брюки, расслабленная поза.
Яна дёрнулась раз, второй, а на третий приложила куда более заметное усилие и вырвалась. Она тут же оказалась рядом с Петром, обняла его за пояс и поцеловала в щёку. Тот положил ладонь ей на поясницу и опустил ниже, резким рывком прижав к себе.
— Анна, — позвал второй парень и шагнул вперёд, протягивая руку. Та тут же отпустила меня и повисла уже на нём.
Видя всё это, я внутренне напрягся и сам положил ладонь в карман, чтобы для успокоения покрутить пальцами монету.
— Сестрёнки, может, представите своих друзей? — усмехнулся я.
— Мы и сами можем. Пётр Борисович Катопумов, а это мой брат Константин и кузен Матвей Семёнович. Как вы можете догадаться, они тоже Катопумовы.
— Приятно познакомиться! Я Сергей…
— Мы знаем, кто ты, — перебил он, внезапно перейдя на «ты». — И не будем юлить, ничего приятного в этом знакомстве нет. Мне тут стало известно, что ты оскорбил мою подругу и её сестру в стенах академии. Кем вообще себя возомнил? Ты ведь даже не студент!
— Начнём с того, что никого я не оскорблял, — хмыкнул ему в ответ, изображая уверенность. — Моим сёстрам свойственно преувеличивать и обижаться на правду.
— Ты ударил меня! — воскликнула Яна и топнула ногой, указывая пальцем в мою сторону.
— Да когда такое было? — засмеялся я, скорее, уже от нервов. — Ты сама подошла слишком близко и потому столкнулась со мной.
— Как бы там ни было, ты обидел мою подругу, — продолжал ухмыляться Пётр. — И тебя стоит немного проучить. Матвей?
В тусклый свет вышел парень, самый тощий из троицы, примерно моего телосложения. В правой его руке была палка, которой он слегка постукивал о левую ладонь. Выглядел при этом вполне уверенно.
— Слышал, ты только недавно пробудился, — сказал он. — К тому же род твой атакующих техник не имеет. Не переживай, лишь слегка помну бока, ничего смертельного.
— Да, после такого урока будешь думать, прежде чем обижать прекрасных дам, — подал голос Пётр.
Анна виновато смотрела на меня, её губы беззвучно зашевелились: похоже, это было «Прости». После она прикрыла глаза и уткнулась носом в плечо Кости, а вот Яна просто светилась превосходством.
Вот ведь твари! Не ожидал от них такой подставы, хотя, наверное, следовало. Слишком долго сестрицы грозились, не предпринимая никаких полноценных действий. Оскорбления не в счёт.
— Так, минутку, — поднял я ладонь. — Это сейчас что, нечто вроде дуэли?
— Какая ещё дуэль? — скривился Матвей. — Показательная порка.
Вот чёрт! Не хотелось демонстрировать перед сёстрами свой уровень владения монетой. К тому же я, кроме пары навыков самообороны, ничего не знал. Сейчас же против человека с палкой не имел и шанса. Он студент-охотник, лет так двадцать на вид. Их ведь должны обучать техникам боя?
Ух, Первопредок, помоги…
Внезапно появилось лёгкое чувство комфорта, которое ощущал во сне рядом со Скарабеем. Я даже чуть было не пропустил удар палкой по ноге, но вовремя отступил назад, так как это движение оказалось необычайно медленным.
Вот ведь гад, повалить на землю хотел!
Я уклонился от ещё двух взмахов, направленных в плечо и живот. На этот раз чётко понял, что в эти моменты время будто немного замедляется. Очередной замах, и отступать уже было некуда: упёрся спиной в забор.
Левой рукой поймал палку и растерялся от боли, пронзившей запястье. Матвей также замешкался: судя по лицу, удивился. Не теряя времени, ударил его снизу вверх в подбородок.
Палку парень не отпустил, но начал пятиться назад, приложив ладонь к месту удара. Судя по движениям, мне удалось его на время дезориентировать.
Пётр с братом засмеялись:
— Матвей, не позорься! Заканчивай уже быстрее.
Он снова начал пытаться ударить палкой, но благодаря помощи своего бога уклониться или контратаковать мне вполне удавалось. В какой-то момент я даже ощутил себя Джеки Чаном, ловко избегающим все атаки врага.
Вот только Матвею, похоже, это надоело, и он использовал магию. Прямо в мою голову устремился небольшой сгусток огня. Успел увернуться в последний момент, но волосы подпалил, судя по запаху. А в это время в живот прилетел удар, от которого уклониться я не успел, так как смахивал магию с волос.
Тут же напряг пресс, но это не особо помогло. Боль прожгла все внутренности. Взмах ладонью, и монета сама полетела в лоб оппонента. Мне показалось или я услышал глухой звук? Тот самый, который так отрезонировал с артефактом.
— Ты что сделал? — возмутился Матвей. На его лбу была отчётливо видна ссадина, которую он потирал ладонью, злобно смотря на меня. Время от времени поглядывал на пальцы, но рассечения и крови не было.
— Раз магия не запрещена, то почему бы и мне тогда её не использовать? — усмехнулся я, вертя монету между пальцами. На самом деле мне было страшно, но поддержка Скарабея успокаивала.
Мой противник зарычал и бросился вперёд, но промахнулся, так как у самых пальцев палка срезалась и упала на землю.
— Это ещё что такое? — воскликнул он и обернулся к родственникам. Те тоже напряглись.
Долго раздумывать Матвей не стал, просто отбросил обрубок палки в сторону и отправил в меня сгусток огня. Медленно, даже без поддержки Первопредка, я легко уклонился, а парень получил рассечение на лбу. Он уже не мог сражаться, так как на этот раз я действовал более уверенно, и кровь начала застилать ему глаза.
— Пётр Борисович, может, успокоите своего друга? — постарался сказать ровным голосом, и мне это удалось. — Уверен, раздувать этот конфликт вы не хотите.
Сам парень задумчиво смотрел, усмехаясь. Яна напряглась, улыбка уже давно слезла с её лица, и сейчас там можно было различить беспокойство.
— Что ж, Сергей…
— Константинович, — уточнил я.
— Вы правы, Сергей Константинович, доводить до откровенного кровопролития я не собирался. Но раз до него дошло, не согласитесь на небольшой спарринг?
— По правде говоря, не хотелось бы, но, полагаю, выбора у меня нет.
— Правильно вы полагаете.
Он отпустил Яну и рывком стартанул ко мне. Хвала Первопредку, уклониться я успел, и доски на заборе за мной переломились. Но это Петра не расстроило, он будто ускорился, орудуя кулаками. Отступать уже было невозможно, парень находился почти вплотную ко мне и места для манёвра не осталось. К тому же темно, рассмотреть движение, а потом и найти время на отклонение стало проблематично. Даже замедление от Первопредка мне уже не помогало.
Монета метнулась вперёд, ударила ему по костяшкам одной руки, второй. Он начал замедляться, а вскоре и отступил. В свете фонаря я увидел его искажённое от боли лицо. Пётр осматривал свои трясущиеся кулаки, покрытые кровью. По сути, он будто гвозди сейчас пытался забивать.
И всё же парень несколько раз задел меня, пусть и по касательной. Но я был уверен, даже синяков не останется.
С правой руки Катопумова кровь активно капала на землю. Парень посмотрел на тыльную сторону и сжал зубы сильнее. Он попытался поймать монету, ну, а та прошла сквозь его плоть. Хорошо, что хотя бы кость не задело, иначе я ощутил бы это.
