Ухорез. Тетралогия (СИ) - Горъ Василий

Глава 30

        28 октября 996 г. от ВР.      

…Фиолетовый портал закрылся только в пятницу в четвертом часу ночи. Анциферов, успевший взять «аж» пятнадцатый уровень вне очереди, улетел в Енисейск довольным до безобразия, а мы, опять перебрав с мини‑мутациями, отправились отсыпаться.

Кстати, с мутациями перебрали все маги рода – за без малого двое суток убиения иномирного зверья «рядовой состав» поднялся на двадцать второй уровень и, тем самым, взял третий ранг, Нина Пришвина проросла на семнадцатый, а мы перебрались аж на тридцать седьмой и почувствовали, что перегрузили энергетические системы. Поэтому два то ли «морских», то ли «океанских» портала, открывшиеся после завтрака, порадовали до невозможности – да, они то и дело выбрасывали на нашу сторону рыб, ракообразных и отдаленных родственников осьминогов, но эта живность дохла сама.

Благодаря чему в какой‑то момент загружалась в «Атлант» и улетала к ученым, на производства или… за рубеж.

Да‑да, я не ошибся, именно за рубеж: как выяснилось во время одного из разговоров с Анциферовым, наши яйцеголовые научились выделять из туш зверья из некоторых «смежных» миров некие «биоактивные» вещества, вот и добывали их в промышленных объемах. А все, что эту хрень не содержало, Империя продавала страждущим. Естественно, задорого и за валюту. Ну, а некоторую часть – в рублях и, к слову, не жлобясь – перечисляла нам, поставщикам.

В общем, всю первую половину дня обитатели поместья, свободные от дежурств, либо дрыхли, либо усиленно ленились. Увы, потом к КПП начали подкатывать грузовики с заказами, и народу пришлось поднапрячься.

Что именно привозили? Да все необходимое, начиная от боеприпасов и заканчивая мебелью. Пригнали и снегоуборочные машины. Поэтому мои их в темпе обслужили и укатили расчищать дорогу к Холмам. Само собой, не одни, а под охраной двух «Таранов».

По этой же трассе прокатился и я. Но после обеда – убедился в том, что она хорошенечко укатана, доехал до северной околицы поселка, вырулил на просеку, появившуюся за двое суток, и медленно, но уверенно добрался до стройплощадки. А там оглядел весь фронт выполняемых работ, пообщался с руководством «бригады» и ответил на несколько вопросов военнослужащих подразделения охраны.

Сорок минут, проведенные на объекте, улучшили и без того неплохое настроение, поэтому я дал команду свите загружаться в «Таран», сел за руль и покатил обратно. Рулил, никуда не торопясь, но по собственной колее. Так что к Холмам выехал всего минут через сорок, промчался по единственной улице, вылетел на нормальную дорогу, принял звонок Ивана Борисовича и спросил, что случилось.

Он доложил, что к КПП подкатил фургон службы доставки Белоярского аэропорта и привез посылку от Татьяны Тихоновны Державиной, после чего спросил, принимать эту коробку, или как.

– Пусть водитель немного подождет – я скоро буду… – ответил я, вдавил в пол педаль газа и немного полихачил.

К грузовичку подлетел в вихре снежинок, с шиком затормозил, выбрался из салона и, предъявив электронное удостоверение личности, забрал коробку размером с небольшой кейс. Вскрыл уже в машине. И озадаченно уставился на четыре одинаковых футляра с логотипами, знакомыми всей Империи.

Конверт заметил уже потом, шустренько открыл, достал розовый лист, явно вырванный из девчачьего блокнота, прочитал несколько предложений и вручил один из футляров Красовской:

– Держи, это тебе…

– Мне? – удивленно переспросила она.

– Ага: моя сестренка считает, что тебе, напарнице ее любимого братика, никак не обойтись без нормального боевого ножа…

– Интересно, а какие боевые ножи ныне считаются нормальными в роду Державиных? – с заднего сидения желчно поинтересовался Прохор Осоргин.

Я понимал, что он все еще не оклемался от разочарования нынешним главой этого рода, поэтому молча показал ему открытый футляр.

Профессиональный телохранитель аж крякнул:

– «Анчар»?

– Он самый… – подтвердил я и сразу же исправился: – Вернее, они самые: Татьяна Тихоновна дарит аж четыре штуки: мне, моей напарнице, матушке и целительнице, поставившей ее на ноги.

– Благодарная девчонка… – негромко сказала Наташа и ушла в себя. А я посмотрел, который час, мысленно сказал себе, что «доблестная защитница» примет мой вызов даже во время урока, и позвонил…

…С Танькой болтал минут пять‑шесть. И получил море удовольствия не только от поведения девчонки, но и от реакции учительницы, одноклассников и одноклассниц на свой звонок – Державиной НЕ МЕШАЛИ. Хотя она, по сути, сорвала урок. Наоборот, прислушивались к каждому ее утверждению и периодически охали. В общем, сбросив вызов, почувствовал, что улыбаюсь, потом сообразил, что не мешало бы продолжить движение, тронул «Таран» с места и был вынужден принять еще один звонок.

Жаров затараторил чуть ли не раньше, чем услышал мой голос:

– Олег Леонидович, кортеж из восьми внедорожников только что снес табличку «Частное владение», установленную рядом с правым поворотом с моста через Енисей, намеренно отправил в кювет грузовичок службы доставки и в данный момент несется в сторону КПП. Номеров на машинах нет, стекла наглухо затонированы, на крышах трех последних – пулеметы типа «Явор», постоянно «пасущие» «нашу» опушку леса…

– Миленько… – процедил я и переключился на командно‑штабной: – Дежурного по КПП – ко мне в машину. Тревожной группе на втором «Таране» нестись к воротам, выезжать на оперативный простор и рулить следом за нами, держась ровно в километре. Дроноводам перегнать по «птичке» к кортежу и к моему «Тарану», после чего кинуть мне телеметрию. Первой свободной смене – пятиминутная готовность ко всему на свете…

Не успел договорить, как дверь «будки» распахнулась, и с крыльца в два прыжка слетел Федор Яшин. Увидев, что я вылезаю из внедорожника, вбежал в поле моего зрения и превратился в слух.

– Забираетесь за руль и везете нас к точке высадки, которую я покажу… – протараторил я, оббегая автомобиль. Затем дернул на себя правую переднюю дверь, задвинул Наташу чуть поглубже, втиснулся на сидение и рявкнул: – Все, гоните!!!

«Владимирский» сорвал автомобиль с места, в темпе развернул и погнал к Усть‑Ангарску. А я довел персональные вводные до Осоргина и Чекменева, объяснил Красовской, что предстоит делать ей, ответил на пяток уточняющих вопросов и сосредоточил все внимание на экран ИРЦ, на который вывел карту навигатора.

Нужное место нашел за считанные мгновения, «привязался» к местности и немного подождал. А километров через восемь‑восемь с половиной – то есть, уже за Усть‑Ангарском – приказал тормозить, первым десантировался наружу и жестом отправил вторую пару на левую обочину дороги.

Пока они отходили от дороги на рекомендованное расстояние и ныряли в наст, «Таран» сорвался с места и помчался к ближайшему повороту задним ходом, а мы с Природницей перепрыгнули через полутораметровый снежный отвал, поднялись на небольшое возвышение, начали задувать следы вроде как Воздухом, легли и под прикрытием рукотворного снежного бурана в темпе активировали кто невидимость , а кто мимикрию .

Пока «ненастье» выравнивало белоснежную целину, я пододвинулся к напарнице вплотную и озвучил несколько нестандартный боевой приказ:

– Наташ, если эти уроды решили повоевать, то ждать кортеж придется от силы минут десять… на морозе градусов в шесть‑семь. В общем, я попробую подстелить под твой покров  своего рода слоеный пирог из трех стихий – Огня для согревания, Воздуха для плотной прослойки и Льда, чтобы не превратить снег в воду и не заставить тебя плавать. Но если начнешь замерзать даже так, то говори, не думая: твое здоровье в разы важнее этого конкретного плана…

– Благодарю за заботу, мой господин… – еле слышно выдохнула она, подождала, пока я закончу магичить, и восторженно прошептала: – Снизу греет, как печка, но снег не тает ни подо мной, ни вокруг меня. Спасибо!