"Фантастика 2025-10". Книги 1-31 (СИ) - Вальтер Макс

— А ты точно друг Густава? — неожиданно спросила девочка. — Если бы на вашем месте был он, мне бы пришлось извиняться сидя на коленях.

Лишь на мгновение, всего на полусекунду, но на губах Бакара появилась еле заметная улыбка. Мужчина, сразу же скрывший ее под своей маской строгости, ответил:

— Густав за субординацию, я за истину. Вот и все. Это никак не отражается на наших взаимоотношениях.

Сильвия улыбнулась и пожала плечами. Теперь она была точно уверена в том, что этот мужчина ей нравился.

— А ты точно дочь Люсии? — спросил в ответ Бакар. — Будь она на твоем месте, уже давно бы сожгла весь лагерь.

На лице Сильвии отразилось удивление, а следом и радость. Девочка внезапно рассмеялась, но отчего-то, возможно, вспомнив свое обещание Хонасу, смеяться перестала.

Она попыталась взять себя в руки, иронично улыбнулась и с блеском в глазах ответила:

— Наверное, из-за этого ее характера, ее и не приняли в рыцари.

— Это точно, — Бакар приподнял голову и как-то устало посмотрел на небо. — Когда я пришел на экзаменационную площадку и увидел, как она подожгла всю одежду экзаминатора, решил сразу исключить ее из списков. Правда, перед этим пришлось лично провести для нее экзамен, ведь исключать тех поступающих, кто еще ни разу не проиграл в бою, было запрещено.

— Подождите, — Сильвия удивленно посмотрела на Бакара, — вы лично проверяли мою мать? Вы были тем, кто не дал ей поступить в Военную академию?

Бакар опустил голову и посмотрел на лицо Сильвии. Девочка выглядела действительно удивленной и, более того, заинтересованной.

— Да. Она мне это еще долго припоминала. Что не королевский банкет, то ее попытка напасть на меня со спины.

Сильвия вновь ощутила подбиравшийся к горлу смех. Чтобы сдержать себя, она на мгновение прикрыла рот обеими руками. Картина, в которой ее мать набрасывалась на Бакара, стоило ему только повернуться к ней спиной, казалась действительно реалистичной.

— Кажется, — произнесла Сильвия, вновь опуская руки, — вы ей просто очень нравитесь. На людях она обычно так себя не ведет.

— Да, — Бакар задумчиво поджал губы и отвернулся, — я заметил.

— Она позволяет себе подобное поведение лишь тогда, когда ее действительно кто-то выводит из себя.

Сильвия широко улыбалась, смотря на растерянное выражение лица мужчины. Было видно, что ее мать и этого рыцаря связывало многое. Уже даже больше, чем один неудачный экзамен Люсии.

— Сильвия, — через некоторое время позвал Бакар, — скажи, что ты собираешься сейчас сделать?

— Я хочу немного проветрится и успокоиться. — Сильвия приподняла обе руки и, сцепив пальцы в замок, подперла ими затылок. Стараясь сохранять как можно больше спокойствия, она закрыла глаза. — Поброжу по лагерю, соберусь с мыслями.

— Я спрашиваю о том, — чуть строже проговорил Бакар, — что ты на самом деле собираешься делать.

Сильвии пришлось приоткрыть правый глаз и с прищуром посмотреть на Бакара. Тот выглядел действительно серьезно. Настолько, будто бы за еще один лживый ответ он мог разозлиться.

Тогда, признав, что врать и дальше было бесполезно, Сильвия ответила:

— Пойду возвращать свое оружие.

— Хорошо. — Бакар кивнул. — Я дам на это тебе свое разрешение, если не будешь никого бить.

Сильвия опустила руки, улыбнулась и ответила:

— Не беспокойтесь. Я сделаю это скрытно, как и полагает духовнику.

— Тогда вперед.

***

Спустя несколько часов напряженных размышлений о Сильвии и ее словах Хонас не выдержал. Он вскочил с больничной койки и направился на улицу.

Частично он признавал то, что его поведение было неподобающим, а поступок не совсем правильным, но, несмотря на это, он все равно был уверен в том, что детям на границе было не место. Теперь же, когда уже столько было сказано и сделано, отступить от своих слов он уже не мог.

Пока Хонас прогуливался по лагерю и размышлял обо всем этом, он и не заметил, как отдалился от лечебных шатров. Внезапно где-то неподалеку прозвучал знакомый голос:

— Хонас!

Услышав этот зов, парень сразу опомнился и осознал, что уже успел подойти к казармам. Он не спеша развернулся и увидел направлявшегося к нему знакомого.

— Чего? — с легким удивлением спросил Хонас.

Подошедший рыцарь выглядел вспотевшим и уставшим. Обычно в это время суток ни у кого не было свободного времени даже для того, чтобы немного отдохнуть. Кто-то находился на тренировке, кто-то совершал обход лагеря, а кто-то отправлялся на опасные вылазки.

Рыцарь резко остановился и укоризненно произнес:

— Советую тебе прибрать все свои вещи. Кто же такой хаос устраивает? Такое чувство, будто тебя кто-то пытался обокрасть. Убери, пока другие не заметили. Сам же знаешь, за порядком надо следить.

Хонас удивленно молчал. Ему хватило пары секунд для того, чтобы понять, кто же именно устроил хаос в его вещах.

В это время его знакомый быстро развернулся и ушел. Лицо Хонаса скривилось и начало краснеть от злости.

— Эта мелкая…

— Хонас! — вновь прозвучал знакомый зов из-за спины.

Хонас обернулся и увидел проходившего мимо Индгарда. Мужчина-оружейник с легкой улыбкой осмотрел своего перебинтованного знакомого.

— А чего это тебя так потрепали? — Индгард начал улыбаться еще шире.

Хонас недовольно нахмурился. Воспоминания о минувшем бое были для него крайне неприятными. Закрыв глаза, парень с досадой ответил:

— Не поделил игрушку с ребенком.

— А… — Индгард упер руки в бока. — Сильвия постаралась? Молодец какая.

— Ты на ее стороне?

— А почему нет? Она забавная. Ее нужно просто узнать получше, и она тебе тоже понравится. Серьезно, попробуй.

Хонас цокнул, отвел взгляд в сторону и недовольно ответил:

— Откажусь.

— А что насчет твоих ран… — Индгард вновь окинул взглядом фигуру Хонаса. Парень был перебинтован в области груди и живота. Также у него были перебинтованы руки, причем настолько сильно, что все его движения казались какими-то зажатыми. — Когда они заживут?

— Аллен сказал, что в течение дня. Вроде бы ничего серьезного, но чертовски больно. Было бы неплохо, если бы сразу все прошло.

— Ну, так его сила лечения действует накопительно. Сам знаешь, обычно маги-лекари не могут исцелять по щелчку пальцев. Их магия только ускоряет исцеление, а все остальное это уже использование их врачебных знаний.

— Знаю я, — Хонас приложил руку к затылку и как-то задумчиво почесал его, — просто говорю о том, что было бы неплохо, если бы все было иначе.

— А ты у нас мечтатель, да?

Хонас задумчиво посмотрел на Индгарда. Почему-то во время этого разговора с оружейником он вспомнил минувший разговор с Клодом и его предложение побольше узнать о том, что Сильвия делала во время нападения. Мысленно Хонас даже не сомневался в том, что Сильвия в ту ночь всего лишь пряталась за чужими спинами, и проверка этой идеи казалась крайне приятным делом. Легкий интерес вынудил его неуверенно заговорить:

— Слушай, Индгард, ты ведь был рядом с ней, когда на нас напали?

— С кем? С Сильвией? — удивленно переспросил Индгард. — Да, мы были вместе, когда на нас напали.

— Так значит это тебе пришлось защищать ее? Соболезную.

— Защищать? — удивленно переспросил Индгард. — Кто тебе такое сказал? Сильвия и без моей помощи прекрасно справилась.

Хонас насторожился. Недоверчиво взглянув на Индгарда, он чуть тише спросил:

— О чем ты? Хочешь сказать, что она сама сражалась с мертвецами?

— Еще как сражалась. — Индгард начал широко и довольно гордо улыбаться во все зубы. — Она использовала только физическую силу, но части тел разлетались на мелкие кусочки так, будто она атаковала магией или энергией. Сильна малышка, что еще сказать?

Хонас тяжело вздохнул. Теперь он понимал, о чем говорил ему Клод, и чувствовал себя растерянно. Вновь почесав затылок, парень начал размышлять:

«Похоже я ошибся в некоторых предположениях. Но это ведь все равно не меняет того факта, что детям на границе не место? Даже если она сражалась на равных с нашими, ее присутствие будет только мешать другим. А вдруг с ней что-то случится? Кто будет нести за это ответственность?»