Сразу вот так согласились? Кажется, я понял, к чему он клонит.
— Могу ли я вам предложить что-нибудь? — сделал я попытку. — Презент в честь нашей с вами встречи и подарок в благодарность, что вы согласились со мной встретиться, чтоб обсудить возможность сотрудничества.
Иначе говоря, откат за возможность работать с ним, как это делают коррупционеры во всём мире. Платишь деньги за то, чтоб с тобой согласились работать. Правда, здесь будут не деньги, а скорее всего услуга.
Старик взглянул на меня, после чего кивнул.
— Что ж… — протянул он, потерев подбородок пальцами. — Ты действительно можешь мне кое-что предложить.
— Я внимательно слушаю.
— Для тебя не должно быть секретом, что мы пережили войну, верно?
— Да, Янмэй посвятила меня в некоторые аспекты истории вашего дома. Война четырнадцать лет назад.
— Да, верно, четырнадцать лет назад мы схлестнулись с двумя домами и, несмотря на их численное превосходство, смогли выстоять. Но эта победа обошлась нам слишком дорого. Война не выбирает, она забирает всех, до кого только может дотянуться — от мала до велика. Мы потеряли многих достойных людей из родов, что служили нам верой и правдой. Но главным ударом было то, что мы потеряли наследника. Сына, если быть точнее, вместе с его женой и ребёнком. После их смерти наш род прервался и оказался на грани исчезновения.
— И… вы ищете наследника? — спросил я.
— Ищем, но проблема в том, что мы не можем принять кого-нибудь просто так.
— Не ваша кровь, — догадался я.
— Верно. Не наша кровь, не наша плоть, — кивнул он. — Он не будет нашим ребёнком, наследником Великого рода Ли. И история, которая длится десятки веков, прервётся.
— А родственники? Разве у вас нет ближайших родственников?
— Те, что были в нашем доме — погибли. Есть и другие, они находятся в чужих домах, но просить их… не думаю, что ты поймёшь хитросплетения в наших делах, но просить своего родственника из другого дома очень некрасиво. Мы запятнаем себя, но это лишь часть проблемы. Хуже то, что наш родственник — уже часть чужого дома, и как следствие, тот дом сможет претендовать на нас.
— Не хочу показаться бестактным, но вопрос, судя по всему, пойдёт о серьёзных вещах. Потому я хочу спросить сразу: а ещё одного наследника… как бы выразиться правильно…
— Почему я не найду молодую девушку и не сделаю наследника? — спросил старик спокойно.
— Да, — глухо отозвался я.
— К сожалению, я уже не способен на это, иначе бы вопрос решился очень просто.
— Я… сожалею… сочувствую… в смысле, жаль это слышать, — меня это не на шутку смутило. — Но чем в этом вопросе могу помочь я?
— Так получилось, что у нас всё же есть родственник. Дальний и не прямой, но всё же принадлежащий кровью нашему роду. Не сказать, что это было специально, но видимо, сама судьба благословит нашему роду и даёт ещё один шанс.
— Троюродный или четвероюродный родственник? Кто-то из дальних?
— Да, ты угадал — четвероюродный племянник.
— Но с ним что-то не так, — догадался я.
— К нашему позору, он принадлежит твоему сословию, — вздохнул глава.
Моему сословию? До меня не сразу дошло, о чём конкретно идёт речь.
— Он из картеля или клана? — уточнил я.
— Из клана в Китае. При этом он ещё и глава этого клана, как это ни прискорбно. Мы очень стыдимся такого родства, потому делаем вид, что никогда такого у нас не существовало. Но теперь, когда вопрос повернулся этой стороной, вынуждены прибегать к любым мерам, что спасут наш род.
— Это, наверное, очень личный вопрос, но как так получилось, что кто-то пошёл по этому пути, когда у него было всё? — полюбопытствовал я.
— Случайные отношения на стороне, скажем так. Мы тщательно следим за подобным, и все наши родственники так или иначе связаны с домом, но бывают и исключения, например, как он.
— То есть глава клана — ваш родственник. Дальний. Он знает об этом?
— Нет, — был ответ.
— И вы… нет, он вам не нужен, верно? Он уже не тот, — до меня начало доходить, к чему сейчас разговор придёт.
— Можно и так выразиться. Он уже не тот человек, который мог бы стать нашим наследником. Бандит, убийца, жестокий человек, который осквернит собой практически всё. Окажись такой главой дома, и в Сильверсайде появится ещё один картель или клан, а рода будут разорены и разрушены им. Человек, что всю жизнь прожил бандитом, уже не сможет отучиться от старых привычек.
— Значит… если он вам не нужен… У него есть ребёнок, верно? И вам нужен этот ребёнок?
— Сын. Ему сейчас два года. Идеальный возраст, когда ребёнок ничего толком не вспомнит. Мужской наследник, практически оптимальный вариант для того, чтоб сохранить наш род.
— Но в нём кровь, должно быть, уже сильно перемешана, если не ошибаюсь. Настолько, что крови вашего рода не так уж и много.
— Верно. Но всё же в нём течёт наша кровь. Может сил в нём будет и не так много, как у нашего сына, однако это решается сильной второй половинкой в будущем.
— Иначе говоря, вам важно, чтобы в теле было ваше ДНК.
— Если переходить на научный разговор, то да, ты абсолютно прав, — кивнул господи Ли. — И здесь мы подходим к самому главному. Нам нужно, чтоб ты привёл его сюда. Без шума и пыли. Чтоб его отец не нашёл своего сына, не пришёл к нашему порогу требовать его обратно.
— Украсть ребёнка, — подытожил я, раздумывая. — Почему вы этого не сделаете или не сделали ещё?
— Потому что мы не обладаем достаточными связями, чтоб решить этот вопрос тихо, Томас. У нас нет выхода на криминальный мир Китая. И найти из-за этого их будет для нас проблематично.
— А дома? — спросил я. — Те, что в Китае?
— Через них вопрос решить не получилось. Они неохотно идут на контакт. А если давить, то есть шанс, что это может всплыть, и тогда наш дальний родственник спрячется и станет совсем недоступен. А этого мы не хотим. Он должен чувствовать себя в безопасности и не прятаться, чтоб у нас была возможность его найти.
— То есть ни наёмников, ни кого другого вы не посылали. Даже не пытались, — подвёл итог я.
— Нет. У нас нет достаточно точной информации о нём, чтоб прийти и без шума забрать ребёнка. Поэтому мы не высовывались, ожидая своего часа.
Я понял, о чём он. Всё же криминал и дома — разные вещи. Просто так выйти на связь с криминалом дом не может, как не может этого сделать обычный человек. Всё же надо иметь своих связных, которые сведут вас. Потому дом из другой страны не может прийти и тут же, как ни в чём не бывало, поднять всё по кланам. А если и попытается сделать это, то тут же спалится. Исходя из этого, господин и госпожа Ли пришли к выводу, что криминалу будет легче выйти на связь с криминалом. Всё же брат брата, рыбак рыбака, мужик мужика и так далее.
— Когда я найду, выкрадывать его будет кто — я или ваши люди?
— На твой выбор, Томас. Мы потеряли много связей, сил и возможностей, отчего сделать это для нас становится непосильной задачей. Не с нашими ресурсами. Считай это презентом к нашей встрече, который мы высоко оценим. Заодно этим ты докажешь, что вы не просто шайка, которую можно взять под контроль, а равноценный партнёр, с которым можно вести дела.
Украсть ребёнка. Что я должен думать об этом? Дело, конечно, гнилое, но не настолько, чтоб я отказался. Меня успокаивало в этом то, что семья ребёнка, по сути, бандитская, и отдам я его в дом, где его будет ждать хорошее будущее со всем лучшим, включая университет. О нём будут заботиться и его будут оберегать. А что его ждёт в той семье? Отца убьют, и он будет самым обычным парнем с обычной семьёй, которой вряд ли много будет светить. К тому же, на кону лежит и моё будущее, потому я могу найти тысячу оправданий этому.
— То есть, если я всё сделаю, то вы рассмотрите моё предложение и примете?
— Я внимательно рассмотрю твоё предложение. В конце концов, ты сможешь показать, на что действительно способен, потому что пока, глядя на то, как вас гоняют по городу, ощущение складывается не очень.
