– Жихарь, командуй, началось. Давай грузиться будем, и в Булгар. Думаю, день нам понадобится, чтобы разобраться с лошадьми, загрузиться и начать выдвижение. Так что сегодня все должны быть там.
– Есть.
Так и получилось. До вечера успели перебросить всех, правда последние подразделения пришли уже почти в полной темноте, но справились. А вечером мне пришлось отправиться к хану Атагулу. Меня ждали и сразу провели к нему.
– Здоровья и долгих лет жизни тебе, Повелитель.
– Мне сказали, что ты уже привел свои войска. И много их?
– Триста пятьдесят воинов.
– А хазаров почти десять тысяч. Хан Курташ объявил общий сбор всех воинов, но меня вместе с тобой отправил на разведку вперед. Я поведу две тысячи бойцов. Думаешь, мы сможем задержать хазаров, пока хан собирает войска?
– Если ничего не изменится, думаю, мы уничтожим врагов.
– Вот как? На своего бога надеешься?
– На него, на выбранное место и воинскую удачу. Не зря же мои воины искали хорошие места для сражения.
– Так как мы пойдем вперед, правитель?
– Твои воины лучше знают эти места и лучше обращаются с лошадьми. Вот пусть они, несколько десятков, идут впереди всех и следят за врагом, но в бой не вступают. Нам надо просто знать, где находится противник и где он встанет на ночлег. За разведчиками будут идти мои воины, а уж ты со своими бойцами будешь нас поддерживать, если мы не справимся.
– Хорошо, тогда сотня Иркена будет идти с тобой. Он вышлет дозоры и отправит гонцов ко мне. Когда ты выступишь?
– Завтра буду готовить войска к походу, если не смогу вечером, то на следующий день с утра. Думаю, разведку можно отправить и завтра.
– Иркен, ты слышал?
– Да, повелитель.
– Отправляйся вместе с его воинами. Будешь моими глазами. Я почему-то верю, что он справится, а ты должен все увидеть и мне рассказать. А теперь идите.
Уйдя от хана и вернувшись вместе с Иркеном в свой лагерь, я еще раз собрал всех и распределил обязанности.
– Жихарь, ты командуешь движением батальона. Наша задача – сначала мы должны атаковать хазар во время ночевки. Для нас самый лучший вариант – на том месте, где овраги. Выдвигаемся в тот район и там ищем место для стоянки, где ждем данные от разведчиков. На каждый станкач взять по четыре десятка выстрелов, десяток на метатели, по десять ручных гранат, мины, чеснок. Азамат?
– Я.
– Покажешь Жихарю и мне это место. Надо самим все осмотреть и заранее наметить позиции для стрелков. Учтите, там надо расположить порядка трехсот человек. После того, как выведешь нас на место, берешь отделение егерей и отправляешься с воинами Иркена в разведку. Ты должен оценить скорость их передвижения и возможные сроки подхода к месту засады. Может быть, удастся атаковать раньше. Все понятно?
– Так точно.
– Иркен, скажи, как долго будут идти хазары до этих мест?
– Я думаю, долго, – и он три раза сжал и разжал ладонь.
– Значит, две недели у нас есть, поэтому горячку пороть не будем. Изик?
– Я.
– Ты идешь по Волге со всеми судами и ведешь разведку. Зря не высовывайся. Когда мы откроем огонь, ты поддержишь нас с реки. Держи дистанцию за пределами досягаемости стрельбы из лука и обрабатывай лагерь из всего, чем сможешь. Учти, после этого нам надо будет с тобой где-то встретиться и пополнить боекомплект. Возможные места и порядок действия согласуй с Жихарем. Понятно?
– Так точно.
– Тогда у меня все, товарищи командиры. Выясняйте между собой все вопросы, договаривайтесь о взаимодействии и определяйте сроки.
Булгария, военный поход. Жихарь
Шли мы до места возможной засады шесть дней. Стоянку организовали на большой поляне в глубине леса, который прикрывал нас от всех любопытных глаз. До выбранного места засады отсюда было час ходу, причем дорога до него проходила по низине, среди небольших холмов. Так что двигаться можно было вполне незаметно. Посмотрел я это место, все так, как рассказывал Азамат.
Большая поляна, окруженная кустами, вход и выход с нее около реки, подход к ней удобный. Можно сказать, идеальное место для ночлега большому отряду. Для нас дорожка тоже вполне удобная, овраги широкие, так что по дну идти могут одновременно в ряд до трех человек. Места для стрельбы возле холма вполне достаточно. После осмотра позиций и определения порядка, в котором бойцы будут их занимать, провели несколько тренировок, как это будет осуществляться.
Азамат с булгарами ушел в разведку, и по его донесениям, врага следовало ждать дня через три, причем судя по скорости движения, они будут ночевать на этом месте, тем более что проводники знают про него. Иркен, который сопровождал нас все это время, хоть и не подавал вида, нервничал. Враг приближается, а мы ничего не делаем. Чувствуется, в отправляемых им донесениях хану в наш адрес должно звучать немало злых слов. Ну и ладно.
Как планировали, так и получилось. Разведчики сообщили, что хазары встали на ночлег в нужном месте. Вечером примчался Азамат и подтвердил, что как стемнеет, можно выдвигаться на позиции. Я предупредил Иркена, что ночью мы атакуем врага, пусть сообщит об этом хану. Главное, чтобы никто не лез вперед, мы справимся своими силами. Он захотел пойти с нами, я не возражал, но предупредил, чтобы он держался около меня и любой мой приказ выполнял незамедлительно.
Выдвинутые по пути движения разведчики сообщали, что путь чист, и когда почти стемнело, мы двинулись вперед. Как и определяли, за час добрались до оврага, ведущего на поляну. Разведка никого вокруг не обнаружила, очевидно, что хазары считают себя в полной безопасности. Оставив коноводов с лошадьми, отряд скрытно выдвинулся на позиции. Проведенные тренировки не прошли даром. Все делалось спокойно, без суеты, и даже темнота не мешала.
Вик, Иркен, Азамат и я расположись на вершине холма, у его подножия сто пятьдесят расчетов станкачей. Хазарский лагерь угомонился, большинство воинов спало. Летняя ночь коротка, и сейчас настало самое подходящее время.
– Командуй, Жихарь. Мы их не звали, пусть получат по заслугам, – сказал Вик.
Я и скомандовал. И началось что-то необыкновенное. Я сам в первый раз увидел подобное, и хотя и Вик, и Азамат принимали участие в такой операции, но и они были поражены. Сто пятьдесят станкачей одновременно выстрелили по вражескому лагерю, потом еще и еще. Одно плохо, мы не учли, что при такой стрельбе будет слишком много дыма от сгоревшего пороха.
Но несмотря на густое облако, окутавшее позицию, стрельба продолжалось, и только после десятого залпа наступила небольшая пауза. Хорошо, что дул довольно сильный ветерок, и дым стало сносить в сторону. Уже после первых залпов было видно, что мы стреляли удачно. В лагере творилось что-то невообразимое. И хотя до него было немногим меньше километра, крики, стоны, проклятья доносились даже сюда. А с реки продолжали работать лодии Изика. Им места хватало, и они просто меняли позиции, и стреляли, стреляли, стреляли.
Оценив результаты, мы также продолжили стрельбу, внеся небольшие коррективы. Новая порция гранат полетела в расположение врагов, и все там повторилось с новой силой. Насколько было видно с вершины холма, там гулял огненный вал от одного конца лагеря до другого. И хоть я уже неоднократно видел действие гранат, такое их массовое применение не могло оставить никого равнодушным. Бросив искоса взгляд на Азамата и Вика, я заметил, что и они оказались не совсем готовы к подобному результату. На мой взгляд, там не могло остаться никого живого.
После того, как был расстрелян весь боезапас для станкачей, мы начали отход. Сейчас соблюдать тишину не было никакой необходимости, и бойцы бегом преодолевали овраг. Последние два отделения минировали путь отхода, как говорится, во избежание. Вся стрельба заняла не более десяти минут, столько же отход, и после этого отряд без излишней спешки покинул место. Не думаю, что нам надо ожидать погони. Рядом со мной ехал Иркен, и хорошо, что я в темноте не видел выражения его лица.
