Даже когда портьеру сдвинули в сторону, а на меня уставился злой и вконец растерянный Дистер, я продолжала смеяться. Из глаз потекли слёзы, а мой хохот никак не желал успокаиваться. Наоборот, под гневным взглядом Тера стало только хуже.
Я села прямо на пол, не обращая внимания на то, как задралась юбка моего платья. А чего бояться, если оба присутствующих рядом парня предпочитают мужчин. Одной этой мысли хватило, чтобы мой смех начался по новому кругу.
А потом… мне на голову неожиданно полилась вода. Она стекала по лицу, предсказуемо попала в рот, и смех как-то сразу сменился кашлем. Да только вода продолжала течь откуда-то сверху, а подняться или отползти мне не позволяла чья-то сильная рука.
– Успокоилась?! – зло выпалил Тер, оставив в сторону опустевший графин. – Аделия, что, мать твою, ты здесь забыла?!
– Привет, Дистер, – проговорила я, рукой стирая с лица остатки влаги. – Ну и повеселил ты меня. Это было… феерично.
– Тен Алор! – прорычал он мою фамилию. – Я же придушу тебя, если ты хоть кому-то об этом проговоришься!
– А говорить и не нужно, – отозвалась, пожав плечами. – Всё заснято.
– Что?! – вот теперь он по-настоящему взревел. А мне даже на мгновение стало страшно. – Аделия, ты что, специально сюда забралась, чтобы записать… это?
– Вот честно, Тер, я даже представить не могла, что ты сюда с парнем заявишься, – отозвалась я, поднимаясь на ноги.
Платье намокло и теперь неприятно липло к телу. Причёска точно была испорчена, макияж… к счастью стойкий, ему ничего не страшно. Но в остальном… лучше мне никому на глаза не попадаться.
– Слушай, я вот одного не пойму, зачем ты это затеял, если тебе настолько неприятно? На эксперименты потянуло? – спросила, упав на диван рядом с растерянным Марти. Улыбнувшись этому милому, женоподобному, смазливому пареньку представилась: – Аделия. Очень приятно.
– И мне, – ответил он, изобразив робкую улыбку.
– Тебе-то какое дело? – зло бросил Тер, продолжая сверлить меня гневным взглядом. – Если решился, значит, были веские причины. – И сразу перешёл в наступление: – Удали видео!
– Не могу, – отозвалась, разведя руками. – Это «Пари». На кону четыре тысячи саеров. Если проиграю, мне придётся выплатить половину этой суммы.
– Я дам тебе деньги. Удали видео! – продолжал наседать Дистер.
– Ишь какой шустрый, – улыбнулась я. – Не так быстро. У меня будет условие, – чуть подумав, добавила: – Два.
– И какие же? – хмуро уточнил Тер.
Всё же он прекрасно знал, на что я способна. Как и то, что ничего он мне сделать не сможет.
– Первое, – поговорила, закинув ногу на ногу: – Ты мне расскажешь, зачем всё это устроил. И второе. Я слышала, что тебя хотят женить на моей подруге, Милене Сетхол. Она вроде бы против, хотя я не уверена. Потому второе условие такое: поговори с ней об этом. И если она откажется, откажись сам.
Дистер удивлённо замер, глядя на меня с непонятным прищуром. Кажется, второе моё условие стало для него настоящей неожиданностью.
– Она не хочет этой помолвки? – наконец, выдал Тер. – Ты думаешь? Я же видел, как она на меня смотрит. Мне казалось, что именно она уговорила своего отца заключить этот треклятый договор.
– Нет, – ответила я. – Она бы никогда так не поступила. И думаю, ты ей нравишься, но она видит, что не нравится тебе. А привязывать к себе человека насильно – слишком глупо. Вообще, сегодняшние условия игры придумала именно она. Хотела, чтобы видео о том, как ты предаёшься любовным утехам, попало в Сеть, и чтобы это увидел её отец. Тогда бы она смогла попросить о расторжении договора.
Дистер одарил меня очередным непонятным хмурым взглядом и, пройдя по комнате, опустился в кресло. Минуло не меньше минуты, прежде чем он сказал:
– Я согласен на твои условия, Аделия Тен Алор. Но ты дашь мне клятву, что никто никогда не увидит то, что ты тут наснимала. И сама ты никому ничего не сообщишь. Согласна?
– Да, да. Рассказывай, Тер, – выдала я, глядя на него с любопытством. – Мне до жути интересно.
Но вместо того, чтобы начать рассказ, он окинул меня виноватым взглядом и предложил сначала высушить платье. Я не стала оказываться.
В ванной комнате нашлась сушилка, куда я и повесила свой мокрый вечерний наряд. Распустила волосы, чтобы тоже быстрее высохли. Повертелась перед зеркалом, придирчиво осмотрела свою фигуру в белье, в очередной раз решила, что мне не помешало бы наесть ещё пару килограмм… желательно, чтобы отложились они в районе груди. Состроила своему отражению рожицу, но, вспомнив, что я вообще-то леди, снова приняла строгий вид.
Платье всё ещё сушилось под струями тёплого воздуха, но мне стало скучно торчать в ванной. И, надев висящий на вешалке белый гостиничный халат, я отправилась обратно к парням.
Вот только едва войдя в гостиную, застыла под перекрёстным взглядом теперь уже трёх пар глаз! Оказывается, пока я была в ванной, в нашем театре абсурда появилось ещё одно действующее лицо – старший лорд Синар. Отец Дистера.
Он смотрел на меня с таким удивлением, что мне стало не по себе. Оно и ясно: в номере два молодых парня, а я выхожу из душа в халате. Вывод тут только один напрашивается… не самый для меня приятный.
Демоны!
– Добрый вечер, леди Тен Алор, – поздоровался мужчина, рассматривая мой халат. А повернувшись к сыну, спросил: – И что здесь происходит?
Да, хороший вопрос. Мне вот и самой хочется услышать на него ответы. И что тут расскажешь? Правду? Не думаю, что это хорошая идея.
Первым нашёлся Тер.
– Пап, понимаешь. Аделия… попросила меня о помощи. И я не смог ей отказать, – с самым серьёзным видом сказал он.
– И о какой же? – поинтересовался его отец.
Да, да, мне тоже интересно, как этот змей собирается выкручиваться. О чём я там его попросила?
– Ну… ты же слышал, что у Аделии проблемы с владением даром. И с мужчинами. Она даже не целовалась ни разу. Вот и… попросила найти для неё парня, которого бы принял её дар. Вот я и попросил Мартина попробовать.
– А Мартин чем-то отличается от других? – с сомнением уточнил старший лорд.
– Отличается, – кивнул Тер. – Мартин предпочитает парней.
Та-дам! Музыка! Аплодисменты! Занавес!
Идиот… ну неужели он не смог придумать хоть чего-нибудь более правдоподобного?
Вот только, как оказалось, отец ему поверил. И мало того – по моему виду решил, что у Марти всё прекрасно получилось.
– Вот, пап, понимаешь… вопрос тонкий, деликатный, и не стоит никому об этом говорить. А тебя просто ввели в заблуждение, – продолжал отмазываться Дистер.
– Точно, – мужчина явно вздохнул с облегчением.
Хотя, как мне кажется, не очень-то поверил в версию сына. Думаю, он бы скорее принял за правду то, что мы тут втроём развлекались… особо извращёнными способами.
– Простите, что помешал. Пойду, – сказал отец Тера.
И быстро удалился, оставив нас одних.
* * *
– Ну ты и… – выдала я, убивая взглядом этого гада Дистера.
– Аделия, прости, но он бы больше ничему не поверил. – Как ни странно, но в глазах парня отражалась вина. – Просто… дурак я, Делли. Такой дурак!
– Да, да, я в курсе, что ты умом не блещешь. Сама только что видела, – ухмыльнулась, проходя по комнате, и снова присела на диван рядом с притихшим Марти. – Давай, рассказывай, что за глупости ты тут устроил. Я очень внимательно слушаю.
И Тер ответил, даже не думая откладывать объяснения. Понял, видимо, что лучше сразу всё расставить по своим местам.
– Как это ни глупо, Делли, но я был уверен, что Милена желает стать моей женой. А я не собираюсь жениться в двадцать лет. Ни на ком. А когда заявил отцу об этом, он сказал, что если я откажусь, он отправит меня служить в армию. Мы поругались, но я знал, что он не возьмёт обратно своих слов.
Я смотрела на Дистера, как на самого глупого человека в мире, но он принял мой взгляд спокойно.
– В армию Союза, Аделия, не берут лиц нетрадиционной ориентации. А она выявляется специальным тестом. Его результаты доступны любому желающему, в том числе и прессе. В общем, я решил показать отцу, что… предпочитаю мужчин. Он бы сохранил это в тайне, ни за что бы не позволив мне пройти тест на ориентацию, он бы не стал так позориться. Потому сегодня в нужное время ему пришло анонимное послание о том, что я заперся в номере с парнем… геем. Я хотел, чтобы папа увидел этот гадкий поцелуй. Да, он бы орал, ругался, искал бы способы на меня повлиять, но в армию бы точно не отправил.
