— Вал. — строго сказала Сонг, заметив, как я буквально подпрыгнул. когда меня осенило. — Не время и не место стеснятся. Если у тебя есть что сказать — говори.
— Прошу прощения, уважаемые главы. До меня иногда долго доходит. Но ведь эссенция Сюэ-ци получается в том числе и из крови монстров и животных? Значит они пропитаны ею?
— Да малыш. — хмуро ответил старик Ки. — Я об этом уже подумал. Скот тоже будет подвержен новой болезни. Если кабаны не смогут нормально пережить обострение — придется пустить их под нож. Хотя запасы мяса от этого повысятся, можем их засушить, на трудное время.
— Я не об этом. — оборвал я рассуждения старика, и только потом понял на сколько это не вежливо было. — Прошу прощения, господин Фенг Ки. Но я имею ввиду другое. Вед звери снаружи. Те, которые регулярно нападают на поселение. Их же, наверное, тоже поразила та же напасть.
— Ли, я думал ты просто ради красивого жеста решил дать слово мальчишке. Но ведь он прав! — впервые за время совета Пинг Ченг улыбнулся, от чего стало видно его чисто орочьи острые клыки. — Вот он, свежий взгляд на вещи! Звери ослабнут и начнут сражаться друг с другом за место! Старые ареолы обитания изменяться, стаи начнут вытеснять самых слабых за границы Гэге или убивать. Нам предстоит очень тяжелый период в несколько недель, зато потом!
— Год. — не веря прошептал эльф, Джен Ли. — Год, пока не появится первый выводок новых зверей. А может и больше, смотря сколько будут длится войны за территории.
— Кроме того животные и сами не глупы. — заметил, поглаживая седую бороду Фенг Ки. — наблюдая за теми кто болен мы сможем найти растения или плоды которые они используют для лечения. С этими знаниями поселение станет еще сильнее. Спасибо парень. Может и не специально, но ты подарил нам не только знание, но и надежду!
Глава 8
— Почему ты здесь, а не на занятиях? — строго спросил Сонг, когда совещание глав закончилось. Нас все же выставили, перед обсуждением конкретных шагов. Хотя вернее было сказать, что Джен Ли решил прогнать Хироши, а мне просто пришлось уйти вместе с товарищем. Я даже не представлял, чего именно стоил ему этот разговор. Теперь я и в самом деле оказался в долгу перед эльфом, и как его отдать не представлял. Так что мы сидели у операционной молча.
— Доктор Хотару сейчас проводит операцию, спасает жизнь моей сестре. Я должен был рассказать вам о Ци, чтобы не случилось лишних жертв, но идти и заниматься, когда она там.
— Считаешь, что она одобрила бы твое бездействие? — нахмурилась врио ректора. — Дождись результатов, а затем, вместо того чтобы просиживать штаны — отправляйся на тренировки. Стань сильнее, быстрее, умнее и умелее. Только так можно забирать у жизни то, что должно стать нашим. Ждать пока природа даст тебе что-то сама, могут только тифлинги. Остальным, даже эльфам, приходится все делать самим. А если тебе этого мало, просто нагрузи свое тело до изнеможения и тогда мозг отключится сам собой.
— Спасибо за наставления, госпожа. Я их запомню. Но в первую очередь хочу дождаться результатов операции.
— Долго ждать не придется. — ткнул меня в бок Хироши показывая на занавеску из-за которой раздались медленные шаркающие шаги, а через несколько секунд наружу вышла доктор, мигом постаревшая на несколько лет.
— Что случилось? Как она? — не выдержав напряжения я подскочил, но Хотару лишь улыбнулась.
— Все в полном порядке. С твоей сестренкой мы закончили еще час назад, она отдыхает. — сказала врач, рухнув без сил на скамью. — Кровь прочистили, все сгустки убрали. Я подумала, что проблема господина Гуй Шенга может того же характера, но попытавшись очистить его кровь своей, ничего не добилась. Только потратила все силы.
— Спасибо, госпожа. Когда я смогу увидится с Юн?
— Она будет спать несколько дней, да и сейчас лучше ее не тревожить. Но можешь заглянуть в палату, когда санитары ее перевезут. Состояние стабильно тяжелое, хотя уверена скоро все станет нормально. Лучше займись чем-нибудь полезным для себя лично, а после занятий сможешь зайти и посмотреть на то как она спит.
— Я ему то же самое сказала. — хмыкнула Сонг, а затем, кивнув своим мыслям похлопала Хотару по плечу. — Чувствую ты сейчас не в том состоянии, чтобы вести медитативную технику. Я возьму твои занятия на себя, отдыхай.
— Им еще рано осваивать боевую медитацию. — покачала головой доктор. — Они еще даже с дыхательными техниками не справляются. Гипервентиляция большинство доведет до обморока.
— Ты их недооцениваешь. — усмехнулась орчиха. — Но так и быть, я попробую снизить общую планку. Вал, ты слышал врача. Больше тебе здесь делать нечего. Следуйте за мной.
— Как прикажете, госпожа ректор. — вздохнул я, поднимаясь. — Еще раз спасибо. — поблагодарил я, повернувшись к Хотару. Юн обязана вам жизнью.
— Не только мне. Лян сказал, что ты стучал по сердцу девочки, заставляя его биться. Если бы не это, она точно умерла. Все, хватит разговоров! Не заставляй Гуй Сонг ждать.
Догнать ректора и Хироши, держащегося рядом с ней, мне удалось только у самого класса. Занятия по боевой технике уже закончились, и незнакомый мастер из рода Фенгов, отпустил учеников. Сейчас все стояли вдоль стен зала, дожидаясь пока закончится медитация второго курса. Перешедшие на ступень медных адептов подростки сидели громко дыша, и одновременно развивая легкие, сердце и печень. Попутно наращивая объем Ци.
После катаклизма многие чувствовали себя больными и по тому мастер Цинь Вэй прогонял их через лечебную очищающую медитацию. Даже Гуй Сонг не решилась прервать занятия своим появлением, оставшись стоять в дверях. Благодаря этому я мог наблюдать за старшими во всех планах детьми. Хотя некоторые скорее являлись подростками.
Лестница в небо давалась легко далеко не всем. Официально в академии было семь этажей общежитий. По одному на первые пять ступеней, и два этажа на тех, кто сумел переступить ранг воинов. Не все могли справится с такой задачей, а потому жесткий отсев начинался уже на этапе адептов. Почти треть не могла достигнуть ранга золотого неофита к десяти годам, и таких детей просто признавали бесперспективными.
Нормальным считалось к восемнадцати стать медным воином. Эта, девятая ступень, покорялась одному из пяти. Остальные после достижения двадцати лет отсеивались и назначались на не боевые должности. Благо рабочие руки нужны всегда. Скотоводство, рыболовство, лесоводство и всякие другие «ства» — нуждались в усердных, но не выдающихся людях.
Среди оставшихся в академии выделяли два типа — обычные ученики и гении. Обычный ученик к восемнадцати перешагивал на ступень медного воина, начиная формировать собственное ядро силы. Гений достигал того же показателя к двенадцати. Именно взятие порога в две сотни Ци выбранного пути и силы удара в четыреста пятьдесят килограмм — основные требования для становления медным воинам. Обычные ученики достигали следующей ступени — бронзового воина, к двадцати годам.
После этого формально считалось что активный рост организма прекращается и дальнейшее развитие замедляется в пять раз. Серебрянным воином становились к тридцати годам. Золотым — к тридцати пяти. Те из обычных учеников, что сумели благодаря тренировкам, эликсирам и стальной воле сформировать собственное ядро назывались гениями упорного труда. И на сто процентов заслуженно носили свое звание.
Гении же…
Стать медным героем в девятнадцать считалось у гения позором. И большим вопросом к его усердию и трудолюбию. Ведь все мы разные. Высокие и низкие, склонные к полноте и тощие как спички. Так и с талантом и предрасположенностью к Ци. Если от природы ты наделен хорошим потенциалом, но не развиваешь его — это только твоя вина.
К двадцати годам гении уже развивали первое ядро, переходили на новую ступень существования и переставали быть обычными людьми. Быстрее, выше, сильнее — это все про гениев, перешедших на героическую ступень. Тринадцатую, если считать неофитов. Именно эта страшная разница в скорости взросления, набора физических и ментальных характеристик столь сильно сказывалась уже с первого года обучения.
