— Жизнь наемника?
— Или разбойника... Когда как.
— А обычной жизнью никогда не хотелось пожить? Так, чтобы... — Я подбирала слова.
— Караван детей и муж-пьянчужка? — развеселилась женщина, ненадолго, правда. — Не уверена, что это мне подойдет. Если на пьяном мужике попрыгать — дело обычное, то визжащие, вонючие, склизкие мелкие существа умиления у меня не вызывают...
— Говорят, когда они свои, это ощущается иначе, — неуверенность в моём голосе была столь очевидной, что бывшая разбойница аж заржала.
— Проверите потом, поделитесь, — скалилась она. — Мне, видно, уже не судьба.
— А что так?
— Как-то так. Если бы могла, наверное, бы уже сотню раз залетела, — мне на мгновение стало жалко «разбойницу», но, вслушавшись в её насмешливый голос, поняла, что сама она по этому поводу не переживает.
— Договорились, будешь к тому времени жива — станешь матерью помазанной, — улыбнулась я.
А вот сейчас женщина всю свою веселость потеряла вмиг, аж губы задрожали.
— Не шутите так, леди...
— Разве по мне видно, что я шучу, Рахна? — добавила я в свой голос «стали», и та, не видевшая меня такой, аж вздрогнула.
Ей еще предстоит осознать, что милая девочка, дружащая с шпагой, та еще демоница!
— Нет, госпожа.
— Если живы будем, да друг в дружке не разочаруемся, так тому и быть. Слово даю.
— Не разучитесь, госпожа. Сдохну, но доверие ваше оправдаю.
Упав на колено, разбойница низко поклонилась, а я решила оставить эту скользкую тему... А тут еще и Артур как раз вернулся. Застав свою телохранительницу в коленопреклоненной позе, он, глядя на меня, вопросительно поднял бровь.
— Это наши женские заморочки, брат. Тебе знать об этом необязательно, — пришлось увильнуть мне. Пожав плечами, молодой лорд отправился к костру, на котором в котелке пузырилась похлёбка. А мы с Рахной продолжили сплетничать уже шёпотом.
Чтобы забрать артефакт-накопитель, как его называл Леонард, нам пришлось сделать крюк в сторону Вейкта. Можно было переложить эту обязанность на Леонарда, люди которого сделали бы это, не привлекая внимания, но у Артура здесь оказалось еще одно дельце — наёмник по имени Рэймонд.
Самое обидное было в том, что в Вейкте мы могли не застать его вовсе. Наёмники — люди ветреные: сегодня здесь, завтра там. В крайнем случае сговорились оставить письмо, а там уж пусть решат. Захочет, найдёт нас уже в Грейфилде — местечке на границе с Северией, где квартировались «Ублюдки Марви». На мой вопрос, не слишком ли много чести для простого бойца, Артур ответил неопределённо.
— Чутьё мне подсказывает, что Рэймонд не пустышка. Есть в этом парне «стержень». Если его слова о службе не пустой треп, он может стать одной из «скреп», что будут удерживать нашу будущую армию разбойников...
— Ты хотел сказать наёмников? — поправила его я.
— Как бы мы ни хотели, но поначалу это будет именно банда, способная разве что караваны грабить. Ядро из «Ублюдков» не может быть ничем иным по определению. Единственное, почему их еще не вздернули всем составом, — чисто работают. И мне очень не нравится то, что ты собралась лезть за мной в их логово. Может...
«Не может!» — вырвалась шальная мысль, но вслух я сказала иное.
— Артур, ты обещал! И знаешь, на что я способна! Тут еще вопрос, кто кого защищать будет...
— Знаю, Лин, но война — это не дуэли, не рыцарский турнир, где сражаются по правилам! Что ты будешь делать, если по тебе даст залп десяток арбалетчиков? Никакие «рисунки» или «танцы» тут не помогут. Самый сильный поединщик будет беспомощен против внезапного кинжала в бок или простой сети... — пытался достучаться до меня лорд.
Знает о чем говорит «братец». Я невольно скривилась вспоминая пережитое в доме герцога. Леонард так и не рассказал Артуру о моих приключения. Оставил в секрете, за что я была ему очень благодарна. А о смерти Форса упомянул, как о свершившемся факте без подробностей.
— Я же не собираюсь лезть на врага в одиночку,— фыркнув, возразила я.
— А я это сейчас не про врага говорил, — ехидно усмехнулся «брат». — Люди, которых мы хотим подрядить на работу, — это беспринципные сволочи. Убить мужчину и насиловать женщин для них в порядке вещей. Стадо животных, по недоразумению называющих себя людьми. Выдастся возможность безнаказанно тебя трахнуть и прикопать, они ей обязательно воспользуются.
Обычно молчаливая Рахна при этих словах подтверждающие хмыкнула.
— Не беспокойся брат, я ни кому не собираюсь предоставлять такие возможности. Если уж меня будут насиловать, то только возле твоего бездыханного трупа, — мой ответ заставил лорда Лоуденхарта скривится, а бывшую разбойнику заржать.
Рэймонда мы, как и рассчитывал Артур, застали в «Синей птице». Чего мы не ожидали, так это найти вместо бравого наёмника опухшее и воняющее нечистотами существо. Дверь в его комнату оказалась не заперта. В углу валялась куча пустых винных бутылей, такую же, но ополовиненную, держал в руке развалившийся на кровати мужик. Уставившись остекленевшими глазами в одну точку, он даже не отреагировал на наше появление. Когда-то закрученные кольцами дерзкие усы безжизненно повисли, прилипнув к засаленным давно небритым щекам. На голове словно стадо коров гуляло. Огромные мешки под глазами, пропитанная блевотиной рубаха и сползшие загаженные штаны...
— Ты всё ещё хочешь принять это ничтожество на службу? — не смогла я сдержать презрения.
— Уже нет, — разочарованно покачал головой Артур, разворачиваясь.
— Простите мне мою дерзость, лорд Лоуденхарт, — остановила его Рахна. — Вы ведь даже мне дали второй шанс...
— Дал, но ты была готова им воспользоваться... Не сдавалась в ситуации, когда всё в этом мире было против тебя, цепляясь за каждую возможность, — лорд обернулся, указав на пьяницу. — А тут человек с тысячей возможностей, который сам на себе крест поставил...
— Бывают ситуации, когда ты сам над собой не властен, мой господин. Дайте ему шанс...
— Хорошо. Если для тебя это так важно, я дам его. Но не ему, а тебе, Рахна. Как бы то ни было, завтра мы едем в Грэйфилд, — больше не медля, Артур вышел из комнаты, а еще немного задержался у входа, заинтересовавшись, что будет делать «разбойница».
И посмотреть тут было на что. Подойдя к кровати, женщина пнула матрас, так что полулежавший на нем человек аж подпрыгнул... Да только действия это не возымело эффекта — Реймонд лишь отмахнулся, в очередной раз приложившись к бутылке.
— Твоё имя, боец? Меченый, забери твою душу! — крикнула «разбойница» — тот же эффект. — Ну тогда по-плохому.
Ударом ноги она выбила из его рук недопитую бутылку вина. Звон битого стекла и рёв разъярённого мужика, наконец-то «вернувшегося» в наш мир. Попытавшись напасть на женщину, он получил ещё один удар ногой с разворота прямо в лицо. Гибкая баба!
— Сука! Убью! — орал он, мечась из стороны в сторону, получая затрещины.
Неспособный держаться на ногах, он был легкой добычей. Получив дюжину увесистых ударов и осознав, наконец, бесполезность сопротивления, парень сжался на грязном полу в позе зародыша. Вздрагивая каждый раз, когда получал пинок, он скулил, переходя на всхлипы. Жестоко... И чего только Рахна добивается?
— Хватит, хватит! — закричал наёмник. — Не надо!
— Что не надо, боец? — крикнула Рахна.
— Не надо бить! Я... я... не надо... — он всё ещё плохо соображал, что происходит вокруг.
— Твоё имя, боец! — повторила женщина.
— Реймонд, Реймонд Фолл.
— Ты дерьмо, Рэймонд!
— Я... дерьмо, — согласился мужик.
— А знаешь, почему, ублюдок? — рычала Рахна.
— Много на то причин, — он попытался приподняться, встав на четвереньки, но не смог.
— Много, ублюдок, — согласились с ним. — Но самая главная — это то, что ты не оправдал доверия лорда Лоуденхарта.
— Лоуденхарт? — мыслить связно было для него нелегко, но, кажется, он начал справляться с этим нехитрым навыком. — Причем здесь Лоуденхарт?
