"Фантастика 2025-67". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Flow Ascold

Тью подвёл ко мне Мишку. Это был уже другой жеребец, а не тот, который издох вскоре после нашего побега с Керми. Гнедой красавец с лоснящимися боками сердито фыркал, мотая головой, и стучал копытом по брусчатке. Я похлопал его по шее, схватился за луку седла и взлетел вверх. Остальные последовали моему примеру. Стражники уже распахнули ворота, пропуская нас на улицу.

Кавалькада понеслась к Рокане, распугивая гуляющих по дороге вальяжных и толстых голубей. Отсутствие моста через реку жутко напрягало. Пока парусники продолжают шнырять по реке, его придётся долго ждать. Единственными средствами переправы оставался паром. Лодки были удобны тем, что их хватало для всех, кто не был обременён тяжёлой поклажей. Нашёл перевозчика, заплатил ему пару монет — и наслаждайся жизнью, пока он машет вёслами. А вот с паромом совсем другое дело. Если опоздал — жди не меньше полутора часов, когда он вернётся обратно.

Нам повезло. Знакомый паромщик с сыновьями только-только убирал сходни, поэтому к нему на полном скаку рванули Гусь и Щербатый, размахивая руками.

— Эрл, — согнулся в поклоне бородатый хозяин широкого дощатого парома, когда подъехал я с остальными. — Прошу, проводите лошадей вон туда, к левому борту. Там посвободнее.

Вместе с нами на пароме оказалась карета с гербом Вальтоссо и с десятком сопровождающих, но кто в ней ехал, я не знал. Может, сын Главы, дочери или кузены с кузинами. Родственников у Аласа Вальтоссо хватало. Так и особняк у него самый огромный из всех, что стоят на правом берегу.

Свитские косились на нас, и на всякий случай держали руки на рукоятях шпаг. Не знаю, чем их запугали, что каждое моё появление на людях вызывало такую реакцию. Полагаю, кто-то умело разносил слухи о кровожадном эрле Сироте-Толессо, готовом перерезать глотку любому, кто слово поперёк скажет. И я догадываюсь, чьих рук дело.

Помимо кареты и свитских в нашей компании ехали слуги из разных Родов по каким-то надобностям. Они старались не привлекать к себе внимание, и жались к перилам.

Штормовой ветер, немного утихнувший к полудню, перестал гнать волны в гавань, поэтому паром довольно быстро домчал нас к противоположному берегу. Я залюбовался нашей новенькой гостиницей. Даже отсюда она гляделась пряничным домиком: уже оштукатуренная и выкрашенная в светло-бежевые тона, с большими окнами, в которых отражались посеребренные воды Роканы и бледно-голубое зимнее небо, коричневая черепичная крыша с печными трубами и флюгером в виде изогнувшей спину кошки. А когда мы подъехали поближе, моё сердце и вовсе обрадованно ёкнуло. Хоть строительный мусор ещё присутствовал вокруг здания, но зато прилегающая к гостинице площадь оказалась выложена брусчаткой. На высокое крыльцо то и дело выходили рабочие в заляпанной известью одежде с вёдрами или носилками. Отделочные работы ещё продолжались.

— Командор! — окликнул меня Рич и вытянул руку в направлении конюшего двора, и картина мне не понравилась.

На неогороженном ещё участке столпилось до полусотни человек. С одной стороны небольшой вооружённый отряд возглавлял беловолосый крепкий мужчина, превосходивший всех чуть ли не на голову, в потрёпанном, видавшем многое камзоле. Похожий на скалу посреди поля, он сложил руки на груди и спокойно глядел на разномастную компанию, вооружённую пистолетами и палашами.

— Говорю вам, убирайтесь к чертям собачьим, — громко гудел он. — Это не ваша территория, а эрла Сироты-Толессо! Какого дьявола вы мне суёте грёбанную бумажку? Подтереться ею — да и только!

— Погнали, — я понукнул Мишку, тот всхрапнул и зацокал по брусчатке.

Выехавшая из-за угла вооружённая до зубов кавалькада немного сбила накал. Непонятные налётчики тут же ощетинились клинками и грамотно выстроили две линии обороны. Я не стал подъезжать ближе, и мрачным взглядом окинул всё это безобразие.

— Кто такие? — спросил я и услышал за спиной щелчки взводимых курков пистолетов. Парни стали подражать мне, и чуть ли не у каждого теперь был огнестрел. У каждого — но не у всех. Наби-Син со своим тальваром был куда страшнее выстрела, не говоря уже и о Риче. Те ещё головорезы. — Почему на земле, принадлежащей роду Толессо, находятся посторонние?

— Так это ты Игнат Сирота? — развязно спросил один из бандитов в потрёпанном сюртуке, из-под которого виднелся пояс с ножом и заткнутым за него пистолетом. Он бесстрашно приблизился к Мишке, которому не понравилась такая бесцеремонность. Животное оскалилось, предупреждая о последствиях.

— Эрл Игнат Сирота-Толессо, — сказал Рич. — Будь вежливее, мужлан.

— Да плевать, — ухмыльнулся мужик, показывая пеньки передних зубов. Видать, не один раз прилетало ему по роже. Значит, не умеет думать головой. — Вот, держи письмо от господина Адалхайда. В нём указана претензия, которую я намерен исполнить.

Я неторопливо извлёк кортик из ножен, отчего вся компания зашевелилась в ожидании атаки. Усмехнувшись, опустил клинок и стал ждать, пока переговорщик догадается, что надо сделать. Поколебавшись мгновение, он насадил сложенный в несколько раз плотный лист бумаги на кончик кортика и отошёл назад, боясь, как бы Мишка его не цапнул. Жеребец был на взводе от такого количества людей на крохотном пятачке, но под моей крепкой рукой решил не буянить.

Я развернул письмо и вчитался в ровные каллиграфические строчки, отчего мои брови самопроизвольно поползли вверх. Не поверив, прочитал второй раз и рассмеялся. Чтобы поднять настроение моим спутникам, передал эту писульку подъехавшему виконту Агосто.

Через пару минут хохотал и он.

— Нет, серьёзно? — переспросил Ним. — Захват земель?

— Ну, не совсем захват, лишь часть, — ухмыльнулся я и обратился к мужику, передавшему мне письмо. — Эй, нелюбезный, скажи-ка мне, а ты какого хрена сюда припёрся с этим отребьем?

— Чтобы взять под охрану вон ту часть конюшен, — он вытянул палец и провёл невидимую линию, начиная от крайнего сарая до большого павильона, который, по замыслу Тиры, должен был оберегать кареты постояльцев от дождя и снега.

Я поразился наглости Далфина. Он не отступился от своих притязаний на землю, которую Тира уже приобрела вполне официально, но вот наш оппонент решил, что подкупив префекта центрального округа, можно свободно манипулировать законом и нагло захватывать чужое добро. В письме было его требование уступить часть земли, простирающейся от крайних причалов до конюшего двора, принадлежащего роду Толессо, господину нобилю Адалхайду. Согласно пункту такому-то в дополнение части договора и прочая муть, которую читать не хотелось…

— Что-то здесь нечисто, — высказался Ним, изучив письмо куда тщательнее, чем я. — Или на префекта надавил кто-то свыше, или тебя прощупывают, как ты отреагируешь.

— Как отреагирую? — я усмехнулся. — Можно вырезать всю эту шелупонь, но кровью дело не решить. Надо посетить этого самого префекта и поговорить по душам. С Адалхайдом разговаривать бесполезно. Его или выгонять из города придётся или вырезать под корень всю буйную семейку.

Это так. Представляю, что он натворит, если я на долгое время покину Скайдру, оставив Тиру на хозяйстве. Далфин ведь ей житья не даст. А если мы уедем вместе, то тем более всё под хвост коту пойдёт. Надо вопрос с этим наглым нобилем решать быстро. Хвала богам, что Адалхайд вдруг захотел бодаться со мной именно сейчас, а не тогда, когда я буду далеко отсюда.

— Как мне знакомы эти интонации! — рассмеялся виконт Агосто и скомкал письмо, потом бросил его под ноги переговорщику. — Эй, вы, чернь! Передайте своему нанимателю, что вся эта земля от причалов и до рыбачьих посёлков принадлежит семейству Толессо. Закреплённая по закону, кстати.

Мои парни направили лошадей на захватчиков, оттесняя их с территории гостиницы. Ворча и скалясь, те благоразумно отступили, но угрозы свои не преминули высказать.

— Надо огораживать всё это хозяйство, — пробормотал я, — и как можно быстрее. Ходят тут всякие…

Убедившись, что штурмовики вместе с наёмными бойцами, воодушевившимся поддержкой, отогнали чужаков к причалам, я спрыгнул на землю, разминая ноги. К нам поспешил беловолосый гигант. Его имя мне было известно. Рудо Тилль был капитаном наёмной кондотты из Эбонгейта, с кем Тира заключила договор на охрану нашей гостиницы. С ним прибыло пятнадцать человек, которым предстояло нести службу только здесь, не отвлекаясь ни на какие другие мероприятия. И судя по последнему событию, скучать им не придётся.