— Ты лжешь! — совершенно неожиданно зло перебил меня Дайренн. Я аж опешила от злобы его нападки. — Гусева, зачем ты это делаешь? Зачем выгораживаешь меня? Я недостоин…
— Я говорю правду! — почти взвизгнула, позабыв про устав и резко оборачиваясь лицом к декану.
Хотела еще добавить про самоубийственные наклонности некоторых. Но не успела. Адмирал Койо неожиданно грохнул кулаком по столу:
— Тихо!.. — А когда мы замолчали и уставились на него, раздраженно добавил: — Лжет курсант Гусева или нет, проверить легко. И я это сейчас сделаю, просмотрев записи с камер видеонаблюдения. До этого времени прошу сохранять молчание.
Начальник академии активировал на столе виртуальную клавиатуру и минут десять молча копался в галанете. По его выцветшему от возраста, пепельно-фиолетовому лицу невозможно было понять, чем он занимается, что видит. И постепенно я начала нервничать все больше и больше. Первоначально я намеревалась отстоять командора Дайренна, доказать, что он не виноват, вернее, не так уж и виноват в инциденте с Шаххертом, что Павелик намеренно его спровоцировал. Но теперь мне уже почему-то казалось, что я тоже виновата. Во всем. И вообще, зря занимаю время преподов и место в академии.
— Ну что ж, — спустя минут десять сдержанно заговорил адмирал Койо, отодвигая и деактивируя клавиатуру, — из увиденного могу с уверенностью сказать, что Гусева говорит правду. — Я приободрилась. Кажется, у меня получилось. Но в следующее мгновение сердце оборвалось в груди и укатилось куда-то вниз. Адмирал уставился на декана тяжелым, давящим взглядом: — Вираэн, я на многое закрывал глаза, молча позволяя твоим коллегам и друзьям исправлять ситуации. Но вижу, что тактика молчаливого попустительства плодов не принесла. Значит, ее нужно менять. — Адмирал помолчал. Вышел из-за стола и приблизился к командору Дайренну, заложив за спину руки, и вкрадчиво продолжил: — Прошло более десяти лет, Вираэн! Более десяти! — подчеркнул он голосом. — Но ты до сих пор не желаешь их отпустить. Всеми силами разрушаешь собственную жизнь. Это неправильно. Тем более что сейчас ты тащишь за собой эту девочку, которую зачислил на свой факультет вопреки тому, что она гораздо слабее установленных нормативов. Однако я простил тебе это, полагая, что раз ты берешь на себя ответственность за кого-то, то наконец-то начнешь жить по-настоящему. Но этого не случилось. Раз так, то я предлагаю тебе исправить собственную ошибку: либо ты подтянешь Гусеву до необходимого уровня, либо ты будешь уволен, а она — отчислена с записью в характеристике! Ты ведь понимаешь, что это значит?
— Понимаю, господин адмирал, — хриплым и ломким голосом, непохожим на всегдашнюю его отстраненность, отозвался Дайренн.
— Очень хорошо, — удовлетворенно кивнул начальник академии. — Значит, ты в полной мере осознаешь, что отныне полностью ответственен за судьбу землянки. Что бы с ней ни произошло, наказан будешь в первую очередь ты. Это понятно?
Мне казалось, что я сплю и вижу кошмар. Сердце билось уже не в груди, а в горле от ужаса. Начальник академии в курсе моей выходки на вступительных? И он закрыл на это глаза? Почему? Что вообще происходит? О чем говорит Койо? Я не понимала. Но ощущала, что сейчас, в эти минуты, происходит нечто крайне важное, что полностью и навсегда изменит мою судьбу. И… мне было страшно.
— Понятно, господин адмирал! — уже по-военному четко отрапортовал Дайренн, вытягиваясь точно так же, как вытягивалась я при разговоре с ним или Гимро.
— Отлично, — удовлетворенно кивнул начальник академии и покосился на меня. Проверял, что я обо всем этом думаю? — Тогда… — Он словно задумался на миг. Хотя меня не оставляло ощущение, что это уже игра, что все давно решено. Просто Фарн хочет, чтоб присутствующие прониклись моментом. — Тогда завтра на рассвете вы, командор Дайренн, и курсант Гусева отправляете на Эргату. Курс длится три недели. Это немного перекрывает начало второго семестра. Но я уверен, что неделя пропуска занятий в академии вам обоим будет полезней. И да, я извещу руководство лагеря о вашем особом статусе. На этом все, можете быть свободны! Гимро, а ты задержись, нужно кое-что обсудить. Отоспишься завтра, все равно уже начались каникулы, факультет обойдется несколько часов и без тебя.
Задать вопрос я рискнула лишь тогда, когда мы с деканом покинули кабинет начальника академии и отошли от него на несколько метров по темному, почти неосвещенному коридору:
— Что за лагерь?.. — Потом сообразила, что опять нарушила устав. Смутилась и попыталась исправить положение: — Простите, командор Дайренн! Разрешите уточнить, что это за лагерь и зачем мы туда отправляемся?..
Надо заметить, что декан, хоть и имел возможность быстро избавиться от моего общества, почему-то подстраивал ширину шага под меня, шагая плечом к плечу со мной по темному коридору. Услышав мою неуклюжую реплику, он хмыкнул:
— Забудь про субординацию. Отныне мы с тобой в одной лодке. Кажется, так говорят у землян? — Я растерянно кивнула, не понимая, как реагировать на подобное предложение. А декан продолжил: — Эргата — это маленькая планета в созвездии Черного лебедя, на окраине секторов Звездного Альянса. Там расположен учебно-тренировочный лагерь штурмовых подразделений армии Альянса.
Я попыталась воскресить в памяти карту космических секторов, которую раньше могла разглядывать часами, мечтая, как поступлю на пилота и утру Павелику нос, став самым крутым пилотом Альянса. Но название «Эргата» мне ни о чем ни говорило.
Заметивший мои мучения, Дайренн фыркнул:
— Не ломай голову. Эргата настолько мала, что ее пришлось модифицировать, устанавливая на ней комплексы по генерированию искусственного притяжения и атмосферы. Без этого планета была пригодна для проживания на ней лишь в специальных скафандрах. И то, недолго. Но даже с наличием атмосферы и необходимого притяжения там несладко. Потому что большую часть планеты составляют голые скальные массивы. Лишь небольшую часть Эргаты занимает искусственный водоем, глубиной почти до центра мертвой планетки, а так же пески. Растительности нет. Естественной жизни тоже. Это единственный плюс: если потеряешься, тебя никто не сожрет. В остальном Эргата — один сплошной минус. Я бывал там в юности, сразу после окончания обучения.
Я представила описанную картину и содрогнулась. «Веселенькая» меня ждет экскурсия. Особенно если лагерь расположен где-то в горах…
— А что за лагерь? — вспомнив про еще одну подробность, уже с подозрением поинтересовалась я, догадываясь, что ничего хорошего сейчас не услышу. И точно.
— Лагерь переподготовки и повышения квалификации кадровых военных перед отправкой на неосвоенные и опасные для жизни планеты, — равнодушно отозвался Дайренн, распахивая передо мной дверь на улицу. Как-то незаметно за разговором мы дошли до выхода из центрального корпуса. И теперь наши пути расходились.
Я почти не обратила внимания на жест килла. Хоть и шагнула автоматически за порог академии. Меня просто оглушило услышанным. А понимание всей глубины ямы, в которую я угодила, накрыло уже на крыльце:
— Что?.. — эхо моего голоса испуганно заметалось по спящим аллеям академического парка. Кадровых военных? А я разве могу считаться таковой? Я же проучилась лишь первых полгода! Да и то не особо успешно!
Сегодняшняя ночь, будто качественная декорация к происходящему, была пасмурной. Без грамма знаменитого на всю Вселенную луранского серебра. Просто лиловой, мрачной и довольно холодной: от каждого сказанного слова у меня изо рта вырывались белесые облачка пара. Но я почти не ощущала холод.
Килл был просто вынужден остановиться вместе со мной на крыльце академии. Сунул обе руки в карманы штанов, задумчиво перекатился с мыска на пятку и обратно.
— Не кричи, — хрипловато одернул меня. — Перебудишь всю академию и заработаешь еще какие-нибудь штрафные «блага» от Койо. Начальник любит раздавать гадкие задания в качестве наказания. Или ты именно этого хочешь?
— Не хочу, — насупилась я, осознав, что криками делу не помочь. Но и на Эргату не хочу. Я там не выживу! А мне еще подтягивать учебу! Я не хочу вылететь из академии! Это вам легко: показывай, рассказывай, а потом оценивай…
