Остальные же, похоже, надеялись, что всё как-то образуется само собой.
И вчера, когда они поняли, что мы с Бланш не где-то там далеко, запертые в осаждённой столице, а на расстоянии вытянутой руки, Вийоны почуяли, что это их шанс вновь прибиться к кому-то сильному. Каждый из них мечтал снова ощутить то чувство абсолютной уверенности и превосходства, когда за ними стоит всесильное чудовище.
Даже заговорщики, знающие, чьё мясо они пытались съесть, не смогли противостоять этому желанию, и явились на приём, как миленькие, надеясь, что виновным сочтут одного только Николя, а об их участии даже не узнают.
Но я планировал их разочаровать.
— Вы нас убьёте? — пискнула одна из них, хорошенькая, как и все Вийоны.
Хотя и не столь привлекательная, как Бланш. Стоит сказать, что красота нашей новой княгини была ещё одним аргументом за то, чтобы возвысить именно её. Я знал, что после Катарины, править её бывшим кланом сможет только девушка сравнимой красоты. Бланш уступала своей предшественнице лишь немного.
И то, потому что она не была столь же сильным и опытным магом. Но достоинств её внешности было достаточно, чтобы Вийоны восприняли её всерьёз.
И наше небольшое представление на балу доказало, что я был прав.
— А есть за что? — с усмешкой поинтересовался я.
К счастью для неё, она почувствовала, что враньё уж точно доведёт её сейчас до могилы, так что честно сказала:
— За то, что мы участвовали в заговоре против Бланш Вийон.
Остальные смерили её ненавидящим взглядом. Возможно, что некоторые из них ещё надеялись выгородить себя. В таком случае, им наоборот стоило бы сказать спасибо этой девчонке, которая своей честностью только что спасла их шкуры.
— Приятно видеть, — ответил я, — что ты отлично поняла, почему оказалась здесь и не пытаешься выкрутиться. Хотя, может быть, кто-то из присутствующих, считает, что оказался здесь по ошибке? — почти дружелюбно улыбнулся я, оглядев присутствующих, — я готов выслушать.
Однако, все они опустили взгляды. Солгать не рискнул никто.
— Что ж, в таком случае перейдём сразу к тому, зачем мы здесь собрались. Так как доверять вам — слишком рискованное предприятие, то каждый из вас станет обладателем особой магической печати, которая будет следить за тем, чтобы вы не наделали глупостей. Она будет отслеживать каждый ваш шаг. И стоит кому-либо совершить что-то, что может нанести вред клану Вийон, клану Рихтер или лично Бланш Вийон и мне, как вы мгновенно погибнете.
Я не часто прибегал к этому методу. Первый и последний раз в этом времени такие метки получили от меня Арнольд Зеппельт со своей родственницей.
Но сейчас я не собирался рисковать. Всё же, Вийон-де-Тур довольно далеко от Рихтерберга, и оставлять Бланш одну рядом с людьми, которые могут попытаться отомстить за свою неудачу, было бы глупо.
По кабинету прошёлся ропот. Заговорщики испуганно вздыхали и охали, а я вывел вперёд Габриэль и поднял её руку, на которой тут же проявился силуэт герба моего клана.
— Как вы видите, одна из вас уже приняла этот знак и всё ещё жива. Так что вы тоже будете в безопасности, пока не захотите поиграть с судьбой.
— А Николя? — воскликнул один из них, — он тоже с меткой? Или вы пощадили его за то, что он сдал нас всех⁈
Я бы не стал лишний раз афишировать новый статус рыжего юриста, но не хотелось, чтобы мои будущие вассалы думали, что меня можно подкупить мелким стукачеством.
Так что я ответил:
— Николя уже не нуждается в подобного рода контроле. Он мёртв, и полностью подчиняется мне и так. Вы и сами можете прекрасно в этом убедиться, если посмотрите внимательно. Вы же маги жизни, в конце концов!
Похоже, что они вняли моему совету, и теперь испуганно отшатнулись от ревенанта, который, вдруг, решил их своеобразно подбодрить:
— Не бойтесь, даже если вы случайно умрёте, то продолжите служить Великому Князю Максимилиану Рихтеру. После принятия метки, ваше жалкое существование, наконец-то, приобретет смысл. Как и моё.
Я хмыкнул. Не помню, чтобы закладывал в него обязательство самоуничижаться. Неужели комплексы и психотравмы юриста последовали за ним даже в посмертие?
В любом случае, несмотря на ужас в глазах присутствующих здесь Вийонов, выбора у них не было.
И я начал ритуал.
* * *
— Я надеялась, ты задержишься хотя бы до завтра, — расстроилась Бланш, когда я собрался на вокзал ещё даже до того, как закончился приём.
Но иначе мы рисковали не успеть на последний поезд.
— Мы и так провели в Вийон-де-Тур гораздо больше времени, чем планировали изначально.
Бланш вздохнула.
— Понимаю, но, честно говоря, мне немного страшно. Впервые после всего… что случилось, я окажусь так далеко от тебя. Хотя и очень хочу остаться здесь.
— Я бы не стал тобой рисковать, если бы опасность была действительно велика. Но я не думаю, что мои враги сейчас готовы развязать войну. Кроме того, весь Вийон-де-Тур накрыт моей шпионской сетью. Лифэнь не пропустит, если в городе начнёт происходить что-то подозрительное.
— Да, — грустно кивнула Бланш, — конечно, я понимаю. К тому же, мы восстановили защитные заклинания в поместье, так что даже в чрезвычайно сложной ситуации, у меня будет время что-то предпринять.
— Не волнуйся, красотка, — неожиданно обняла её Октавия, — ты гораздо сильнее чем думаешь. Ты справишься.
От неожиданности, Бланш едва не разучилась стоять на каблуках. Её колени задрожали, и она чуть не упала, но всё-таки вернула себе самообладание.
А я в очередной раз отметил, что между девушками сложились довольно странные отношения. И хотя Октавия постоянно подкалывает Бланш, но уж точно не позволит никому причинить ей реальный вред.
— Симон, — обернулся я ко второму из своих спутников, — ты точно не хочешь остаться здесь?
Я заметил, что он также испытывает к Бланш большую симпатию. И такой сильный боец в её окружении, точно бы добавил нашей княгине уверенности.
Но Фаверо упрямо стоял на своём.
— Надеюсь, мадемуазель Бланш меня простит, но я не имею права сворачивать со своей дороги, пока не выполню данный себе обет. Оставшись сейчас в её чудесной компании, я безусловно буду очень счастлив, но предам самого себя. А предателям нельзя доверять. Особенно в вопросах безопасности.
Закончив эту речь, он поцеловал Бланш руку и выразил надежду, что вскоре увидит её снова, после чего покинул поместье.
— Интересный он всё же паренёк, — задумчиво покачала головой Октавия, — похоже, что он и впрямь верит во все эти рыцарские принципы.
— Верит, — грустно подтвердила Бланш.
Её тоже явно понравился Симон, так что такому его решению, она была не сильно рада.
— Ну ничего, — коварно улыбнулась Октавия, — зато с тобой остаётся Николя!
Наша княгиня аж подпрыгнула от раздражения.
— Не напоминайте мне об этом придурке! Хотя бы сегодня!
Ведьмочка засмеялась. Вот теперь это было больше на них похоже.
И на этой ноте, мы с ней тоже покинули поместье.
Да, возвращался в Рихтерберг я совсем в другом составе, нежели сюда приехал. Из моих спутниц, со мной осталась только Октавия.
Бланш собиралась укреплять свою власть на исконных землях клана Вийон. А также ей предстояла ещё куча бумажной волокиты в банковских и судебных вопросах.
Все, кроме бывших заговорщиков, всё ещё считали Николя живым, а отмеченные никому об этом не скажут, если сами не хотят оказаться умертвием, только уже гораздо менее высокого ранга, чем пронырливый юрист.
Но, даже несмотря на то, что он отзывает все свои иски и отказывается от прочих претензий, бюрократическая волокита всё равно рисковала растянуться надолго.
Чтобы исправить всё, что он натворил, понадобится далеко не одна неделя, и это ещё одна причина, по которой Бланш оставалась в Вийон-де-Тур.
Вместе с ней временно здесь задержаться решила и Кристина.
Она собиралась как следует продумать захват местных рынков, раз уж мы и так стали новыми хозяевами города и окрестных земель.
