— Я хочу зарегистрироваться как пользователь! — выпалил я, едва дверь к библиотекарю закрылась за моей спиной. — Наивысший приоритет. Прямая передача данных. Пароль безопасности: KoWoT.
— Пароль принят, начинаю двухфакторную аутентификацию. Посмотрите мне в правый глаз. — на мгновение в зрачок ударила почти незаметная вспышка, но интерфейс тут же высветил окно: «Разрешить сканирование портов ввода?» и я ответил да. — Сканирование сетчатки завершено. Пользователь не найден, доступ по прямому лучу подтвержден, добавление пользователя в общий список завершено. Личный ид 001. Общий ид: 25128.
Выданы базовые гостевые права на получение информации. Внимание, доступность прямой передачи данных ограничена емкостью вашего хранилища. — безразличным металлическим голосом произнес библиотекарь, и перед глазами появилась надпись: «Хранилище переполнено. Хотите удалить неиспользуемый объект „Джи“ без возможности восстановления?»
Чего? Удалить Джи? Единственную мою ниточку к прошлой жизни и пусть не самую любимую, но спутницу жизни? Только потому что не хватает какого-то там пространства? Ну уж нет.
— Хранилище переполнено. Прямая передача данных невозможна. — констатировал Страж. — выберите другой вариант воспроизведения информации.
— А какие есть? — на всякий случай спросил я, надеясь, что будет не только на глиняных таблицах.
— Аудио-визуальный, текстово-цифровой, доступна печать на внешних носителях.
— А по проще объяснить? Что они значат? — попросил я у Стража, но железный истукан продолжал сидеть на стуле, не понимая, что я от него хочу. — Ладно, пусть пока будет аудио-визуальный. Я же смогу его сменить если захочу?
— Совершенно верно. Получение данных может быть изменено в любой момент. Какую информацию вы хотите получить?
— Пробуждение тифлингов. — уверенно сказал я, но несколько секунд ничего не происходило. — Нет? М-м-м тогда демонов?
— Данные понятия признаны художественными и не относятся к закрытой базе данных. — проскрипел библиотекарь. — Вывести информацию из общедоступной базы в новом формате? Найдено — сто пятьдесят стихов, три поэмы, шестьдесят восемь рассказов…
— Нет. — я уже понял в чем заключается проблема. Используя одни и те же слова мы имеем ввиду совершенно разные понятия. К тому же кардинальная разница между скрытыми и открытыми данными не давала мне покоя. Кто-то очень тщательно оберегал старые секреты. — Хорошо. Дай определение, к какой расе принадлежит ректор Гуй Сонг.
— Вопрос не корректен. Термин раса, пол, возраст, красота — являются дискриминирующими и не могут быть отнесены к разумным гуманоидам. Согласно норме МККК 2145.76.92 от 21 января 2187 года они более не употребляются. Пользователю вынесено устное предупреждение в дискриминации. Старайтесь далее избегать подобных вопросов, иначе вы будете забанены.
— Твою мать. — я прикрыл глаза, стараясь не поддаваться внезапно пришедшему порыву ярости. — Ладно. Есть ли у тебя определение для Гуй Шена? Передай его.
— Отсечение закрытой информации. — сказал страж. В глазах его что-то мелькнуло, а в следующую секунду перд моим взором открылась текстовая карточка с фотографией холеного мужчины в строгом костюме. Господин Гуй Шен, привилегированный пользователь № 7261, компетентный управляющий, сотрудник класса АВ. Имеет доступ ко всем открытым частям учреждения. Служил руководителем администрации Чщаси с «данные недоступны» по текущий момент. Не отмечался в течении 37 дней 8 часов и 15 минут. Статус — не определен.
Дальше шла характеристика, большая часть слов из которой были зачеркнуты или заменены тремя точками и ссылками на запрет данных. Но в целом выходило что Гуй Шен управлял колонией МККК Ковчег-3.12 с момента ее основания. Показал себя только с положительной стороны и уже 1276 раз рекомендован к повышению. И при всем этом — ни черта полезного! Кто он? Откуда, а самое главное, как его вылечить!
— Пользователю 7261 требуется медицинская помощь. — решил зайти я, с другой стороны. — Персонала, разбирающегося в его физиологии, не осталось. Требуется любая информация, которая может помочь спасти ему жизнь.
— 7261 поврежден, персонал недоступен, прошу подтвердить запрос. — спустя несколько секунд раздумий сказал библиотекарь и я немедля кивнул. — Время ожидания от пользователя превышено. Ситуация признана критической. Объявлена тревога первой степени. Связь с привилегированными пользователями. Связи нет. Связь с техническим крылом. Связи нет. Связь с лабораторным комплексом. Связи нет. Объявлена тревога второй степени. Сирены не работают. Код красный. Комплекс МККК Ковчег-3.12 в опасности.
— Прошу передать мне любую информацию, которая может спасти Гуй Шена! — упрямо повторил я, и страж взглянул на меня совсем по-другому, будто первый раз увидел.
— В связи с чрезвычайных ситуаций пользователю 25128 временно назначены привилегированные права. Уровень доступа: АВ-. Передача медицинской карты, инструкций по реанимации — завершено. Права возвращены в статус гостевых. Автоматическая блокировка комплекса начата. До завершения блокировки осталось. 5 часов, 59 минут, 46 секунд… 45…
— Твою мать. — выругался я, вылетая из кабинета библиотеки. Не смотря на то что был уже поздний вечер, а скорее ночер, весь день я провел в тренировках и сражениях, усталость будто рукой сняло. Прямо перед глазами висело несколько заметок, одна из которых была переполнена картинками. Вот только даже на бегу я видел, что эти картинки не соответствуют реальности.
Техника, технологии, оборудование и окружение ничем не напоминали текущие. Попросту говоря — я оказался в ситуации когда понятия что делать не осталось, при том что данных появилось выше крыши. Предполагалось что я возьму из экстренного медицинского набора точечный волновой излучатель ТИ-3.0 и приложив его к височной доле подам модулируемый сигнал частотой 2433 кгерц для активации УДИ 4. От всего этого у меня возникал только один очень краткий вопрос: Чо?
— Вал, что ты здесь делаешь? — строго спросила Гуй Сонг, когда я без стука ворвался в ее кабинет. — У меня совещание, выйди немедленно!
— Некогда! — крикнул я и схватив со стола лист бумаги с каким-то текстом перевернул его на чистую сторону и начал быстро переносить картинку с интерфейса на лист.
— Это крайняя степень неуважения к своему ректору и господину. — сказал, чуть не брызжа слюной от злости Лян Хуабао. — За такое тебя нужно выпороть! И это не первый случай, так что я считаю, что оптимальным наказанием станет изгнание из академии!
— Хоть вешайте, только не мешайте. — бросил я, дорисовывая особенно хитрую загогулину самым кончиком кисти. Мастер рукопашного боя поднялся, но Гуй Сонг в последний момент остановила его движением руки. Я же полностью сосредоточился на выведении нужного предмета. Того самого ТИ-3.0 который был на картинке. — Вот! Такую вещь вы когда-нибудь видели?
— На кочергу немного похоже, которой уголь и золу из печи выгребать. — сказала не слишком уверенно орчанка. — Что это и почему я должна это знать?
— Потому что вы глава безопасности, назначенная ректором Гуй Шеном. Он должен был оставить вам вот эту вещь. Или нечто похожее. Вот такое. — закусив губу я быстрыми штрихами нарисовал ящик первой помощи с характерным ромбом. — Прошу вас! Вспоминайте, это может быть очень важно! Где вы его видели?
— Очередные детские выдумки? — фыркнул Лян. — Госпожа ректор, этот мальчик все время нарушает распорядок. Влипает в неприятности и тянет за собой других учеников. Он и сейчас скорее всего придумал какую-то глупую авантюру. Мы же обсуждаем крайне важный документ, договор о мире с Хэй, которые готовы признать вас новой владыкой! А он, на этом договоре накалякал коробку и кочергу! Теперь же этот договор никуда не годится! Мы не сможем его подписать и вернуть Хэй!
— Ты совершенно прав, уважаемый Лян Хуабао. Я виновата, что не сохранила документ, но сейчас он и в самом деле больше не может быть использован. Придется получить новый. Если ты сумеешь принести мои извинения и принести мне новый договор о мире, обещаю, что внимательнейшим образом его прочту.
