А потом сам легко поцеловал меня в щёку и быстро скрылся на лестнице.
Я же так и осталась в коридоре третьего этажа… с ворохом мыслей в голове. И теперь уже не понимала ни себя, ни Дариса.
Глава 12. Розовый дым
– Аделия, подожди! – донёсся до меня знакомый женский голос.
Пришлось остановиться, пусть сейчас мне больше всего хотелось выбраться на улицу, вставить сигарету в мундштук и, наконец, получить порцию своего личного клубничного успокоительного.
Я обернулась, дождалась, пока Мирна меня нагонит, а потом потащила её за собой во двор. Благо, до заветного выхода из учебного корпуса оставалось всего несколько метров, и вскоре я уже смогла с удовольствием втянуть в лёгкие такой приятный дым.
Блаженство! Я мечтала об этом, начиная со второй лекции. Но самым приятным был не столько вкус любимых сигарет, сколько то ощущение спокойствия и расслабленности, которое теперь растекалось по телу.
А ведь во всём виноват этот гадкий препарат – не хочу даже мысленно произносить его отвратительное название. Утром я проснулась с таким чувством апатии, какого не испытывала никогда в жизни. Но стоило вспомнить о том, что произошло накануне, и мне вообще искренне захотелось самолично отправиться опробовать Лёшкины телепортационные установки, чтобы как можно скорее оказаться в другом уголке Вселенной.
Спасибо Сайру, который напомнил мне о сигаретах. Потому что, только выкурив первую, я смогла вернуть себе адекватность. Правда, одна не помогла, пришлось сразу за ней достать вторую. И вот когда потухла и она, а мои мысли стали кристально чистыми, я смогла осознать две важные вещи.
Во-первых, в своём нынешнем состоянии я виновата сама, ведь достала же Колториум, чтобы напоить им Риса. Откуда ж могла знать, как именно эта гадость работает? Мне казалось, что жертва просто должна впасть в подобие транса и покорно отвечать на все вопросы. В этом я и просчиталась. Хотя на Дариса это вещество подействовало странно. Оно ведь влияет на волю, вот, видимо, Рис и не сдержал желания напоить меня тем же самым в ответ. А о том, что он ещё мог со мной сотворить, будучи в таком состоянии, лучше вообще не думать.
Ладно, это всё «во-первых». На самом деле, второй вывод оказался для меня более значимым. Я вдруг поняла, что такие страшные воспоминания прошлого, о которых я вчера всё выболтала Рису, больше не приносят мне острой боли. Нет, они всё ещё пугали, но теперь не вызывали той гадкой паники. Мне на самом деле стало легче. Будто я долго хранила в собственной памяти этакий долгоиграющий яд, и лишь вчера, поделившись воспоминаниями с Рисом, смогла избавиться хотя бы от части этой отравы.
Но во всей череде плюсов был как минимум один существенный минус – гадкая апатия, которая так и норовила загнать в депрессию. Меня раздражало абсолютно всё: звуки, запахи, преподаватели, студенты. И если бы у меня не было этих волшебных сигарет, я бы точно под действием собственных эмоций забилась в какой-нибудь тёмный угол и рыдала, рыдала…
Правда прошлую сигарету я выкурила после первой лекции, и её действие почти закончилось. Зато теперь у меня в руках снова был любимый мундштук, и с каждой затяжкой в мыслях всё больше прояснялось.
– Так зачем ты меня догоняла? – спросила я, вспомнив, что рядом всё ещё стоит Мирна.
Девушка посмотрела с откровенным сомнением, но всё же спросила:
– Что с тобой сегодня творится? Ты сама не своя.
– Да ничего особенного, – отозвалась я, снова затягиваясь дымом с запахом клубники. – Просто настроение плохое.
Она чуть нахмурилась, осмотрелась по сторонам, и только убедившись, что нас никто не слышит, выдала:
– У Риса Энсари тоже плохое настроение. Видела его утром, так он на себя не похож. Хмурый, злой, раздражённый. Представляешь, он даже умудрился поцапаться с кем-то из эмпатов-старшекурсников. А ведь обычно Рис – образец спокойствия.
– Сочувствую ему.
Это было сказано искренне. Ведь Дарису тоже вчера досталась приличная доза Колториума, а значит и последствия он сейчас ощущает в полной мере. И что-то мне подсказывает – если он меня встретит, то я услышу в свой адрес много гадостей.
– Вы поругались? – спросила Мирна. – Это он из-за тебя такой?
Я от удивления чуть дымом не подавилась.
– С чего ты взяла?
Нет, ну она-то про Колториум точно знать не может!
– Просто, – девушка смущённо заправила за ухо короткую зелёную прядь и всё-таки призналась: – Я сплю у окна, которое как раз выходит на аллею, ведущую к нашему корпусу. И вчера видела вас с Рисом. Вы так мило ворковали. Он тебя обнимал, улыбался тебе. А сегодня оба ходите хмурые.
Тут я вспомнила, что Мирне очень нравился Рис, и стало дико не по себе. Она ведь на него, как на божество смотрела, восхищалась им, а тут такое зрелище, да ещё и с моим участием. Даже как-то стыдно перед ней. Но вот заверить Мирку, что между нами ничего нет я не могла. И не хотела.
– Мы не ругались, – ответила, вздохнув. – Но, Мир, понимаешь, он занимается со мной. Помогает с приручением дара, пытается решить мои проблемы с мужскими прикосновениями.
– Вижу, весьма удачно, – бросила девушка, хотя обиды в её голосе не было. Только лёгкая грусть.
– Успехи есть, – кивнула в ответ. – Мы… вроде как почти подружились. И теперь я начала понимать, что ты в нём нашла. Прости, я не думала, что так получится.
– Не извиняйся, Делли, – отозвалась девушка. – Он ведь не мой и мне никогда не принадлежал. Я воспитана так, что сама за мужчиной бегать не буду, а он… в упор не видит во мне девушку. – Она вздохнула и даже смогла ободряюще мне улыбнуться. – Я рада, что вы нашли общий язык. Может, ты сможешь вернуть ему прежнее благодушное расположение духа?
– Я попробую. – Кивнула в ответ. А про себя добавила: – «Если только он меня при встрече не прикончит».
* * *
Когда после обеденного перерыва я преступила порог четырнадцатого тренировочного зала, то от удивления просто застыла на месте. Да, Рис был здесь, но, вопреки сложившейся традиции, не медитировал, и даже не сидел на полу под стеной. Нет, он с жуткой злостью отрабатывал приёмы в спарринге с тренажёром!
Его удары были сильными, резкими, даже какими-то дикими. Дарис двигался, как настоящий профессионал. Он мастерски уклонялся от атак робота-тренажёра, нападал сам и, кажется, не собирался останавливаться. Честно говоря, было странно видеть всегда уравновешенного Риса в таком откровенном бешенстве. Думаю, если бы сюда сейчас на мгновение заглянул Рэмир, то он бы точно сразу кинулся извиняться за все свои гадкие слова.
Сегодня на Дарисе не было футболки – она скомканная валялась углу. А я поймала себя на мысли, что любуюсь его широкой спиной, игрой мышц на руках, разворотом плеч. Эх, красивый он всё-таки. Смотрела бы и смотрела. Но сейчас меня куда больше волновало внутреннее состояние парня. Потому, к сожалению, придётся его отвлечь.
– Привет, – поздоровалась я, бросив сумку на мягкий пол. – Срываешь злость на спортивном инвентаре?
– Привет, – ответил Дарис, продолжая атаковать тренажёр. – Кстати, очень рекомендую. Прекрасно помогает после хорошей дозы Колториума.
– Не-не, – улыбнулась, стягивая туфли. – У меня свои антидепрессанты. Я и тебе, кстати принесла. Офигенно помогают.
– Это какие? – он всё-таки остановил работу робота и повернулся ко мне.
– Травы антакарских шаманов, – тоном опытного рекламщика проговорила я. – Лучший антидепрессант в Союзе! А ещё не вызывает привыкания и имеет приятный клубничный вкус и запах.
– Ты сейчас о своих сигаретах? – скривился Рис.
– Ага, – я вытащила из сумки портсигар, взяла зажигалку и направилась к парню. – Хочешь?
– Не курю.
– Это не обычные сигареты. Считай, лекарство.
Я открыла крышку заветной коробочки и протянула парню. Он посмотрел на меня с сомнением, но всё-таки отрицательно мотнул головой.
– Нет, Дель. Если тебе это нужно, то кури. Только окно открой. А я… лучше пойду дальше отрабатывать приёмы.
