"Фантастика 2025-3". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Лазаренко Ирина

– Это почему же? – вмешался в разговор Сергей.

– Потому что мы не явились на поклон к Моргенштерну, что обычно всегда делают петрийские наемники.

Марк тем временем снял гермошлем и принялся сдирать с лица полосы герметика.

– Нам надо добраться до двадцать девятого сектора, прежде чем петрийцы все поймут и сумеют замести следы. Я хочу поднять в сенате вопрос о положении рабов и вольноотпущенников на Петре. А для этого мне нужен материал. Подлинный. Из первых рук. Остальное меня не волнует. Ни Моргенштерн, ни губернатор не посмеют тронуть патрициев Лация. И еще я должен найти Люса.

– Корвин, ты забыл, что они могут натравить на патрициев местных ублюдков или их потомков, – заметил Флакк.

– Я предпочитаю называть их на латинский манер – гибридами, – заметил Марк.

– Пусть попробуют на нас напасть! – хмыкнул Сергей.

Когда они выехали, наконец, на Красную дорогу, ведущую к Сердцу Петры, не слишком длинный петрийский день уже перевалил за середину. Звезда Фидес висела над серым хребтом. Впрочем, дорога до Сердца Петры не сулила никаких происшествий: пустынное шоссе, разделенное широкой полосой безопасности. Марк почему-то вспомнил, как бежал из усадьбы барона Фейра вместе с Флакком и Люсом.

Корвин оглянулся. Сквозь прозрачный фонарь мобиля он теперь видел, как на небольшом расстоянии за ними следуют две машины. На вид – самые обычные вездеходы, какими пользуются кожевники, отправляясь на подкормку потолочников или на сбор их шкур. Но начинка у этих машин была совершенно иная.

Пока они мчались по шоссе, Марк занимался своим наладонником.

– Ну что, удалось вытряхнуть из таможни номера Люса и Верджи? – спросил Сергей.

Корвин отрицательно покачал головой:

– Похоже, все это пустая игра для отвода глаз. Компьютер Тома Риджи – черная дыра. Туда все попадает, но обратно нельзя ничего получить.

– Надо было взять с собой Друза, – сказал Флакк. – Он бы живо расколол машину.

– Э, нет! Лери вот-вот должна родить. Пусть сидит подле нее и держит сестренку за руку. А то на него опять свалится ложное обвинение в убийстве, или кто-нибудь полоснет его ножом!

– Ну да, конечно! – буркнул трибун. – Это старину Флакка можно посылать, куда угодно и когда угодно. Жена беременная – лети на Китеж. Ребенок родился – пожалуйте на Петру.

– Всего три-четыре дня? – поинтересовался Корвин.

– А почему мы не взяли боевых “триариев”? – спросил “лейтенант”. – Говорят, новая модель бесподобна.

– Да потому что петрийские наемники их не используют, – отозвался Флакк.

Когда возник указатель “Черна дыра – 23”, три машины свернули с Красной дороги и помчались дальше по боковой ветке. Пока все шло, как по маслу. То есть подозрительно гладко.

– Как ты думаешь, Флакк, нам будут оказывать сопротивление, когда мы прибудем на место? – спросил Корвин.

– Постараются перехватить на подъезде, если заметят. И могут огрызнуться, когда мы проникнем в купол, – предположил военный трибун. – Но я думаю, парализующие гранаты их быстро успокоят.

Только на рассвете появился матовый купол Черной дыры. В самом деле, дыра – если судить по размерам купола. Крошечный городок, где проводят короткие петрийские ночи работники кожевенных плантаций пустыни.

В купольный город они въезжать не стали – обогнули его и понеслись дальше. Пополнять запасы им не требовалось: у каждого с собой были баллоны с воздушной смесью, пищевых концентратов и воды на трое суток, к тому же в вездеходы загрузили все необходимое еще на пять дней. Этого должно было хватить с лихвой. Дорога, правда, теперь сделалась куда хуже прежней – то и дело попадались ямины и трещины. Да и пыли на полотне было предостаточно: за каждой из машин стлался рыжий шлейф. Несмотря на то, что уже рассвело, скорость пришлось сбросить, чтобы не свалиться нечаянно в какой-нибудь приют потолочника.

Перекусили в дороге и поехали дальше. Марка стало клонить в сон: короткие петрийские сутки неудобны для человека: спать приходится урывками. Корвин заснул неожиданно крепко. Ему снились Острова Блаженных и Верджи. Он предавался с ней Венериным удовольствиям на пляже. Проснувшись, Марк понял, что во сне пережил наслаждение, которое с Верджи не довелось испытать наяву. Мерд! Ну надо же! Прямо в этом чертовом вездеходе.

– Эта история с инфокапсулой похожа на историю с бутылкой, брошенной в море, – рассуждал тем временем Сергей.

– О чем ты? – спросил Корвин.

– Потерпевший кораблекрушение на Старой Земле брал пустую винную бутылку, сочинял послание к друзьям и знакомым, запечатывал записку в бутылку и бросал в море – плыви, дорогая, к родным берегам, донеси мой вопль о помощи.

– И что, в самом деле, так можно было отправить письмо? – недоверчиво спросил Марк.

– Не знаю, как в реальности, а в литературе возможно, – улыбнулся князь Сергей. – Значит – делаем вывод – в реальности тоже могло быть.

– Записка спрятана в инфокапсуле, как в бутылке. Что ж, сравнение очень верное. Но в чем суть, я пока не знаю. – Корвин по новой привычке не торопился выдвигать гипотезы, предоставляя это делать другим.

– Суть в том, – тут же охотно принялся рассуждать князь Сергей, – что морская вода проникает в бутылку через испорченную пробку и уничтожает записку. Выедает, будто кислотой, буквы. Самые важные. И по уцелевшим обрывкам ты можешь лишь догадаться, что же было написано на самом деле.

– И что же было написано? – Марка чрезвычайно заинтересовала история, которую рассказывал Сергей.

– Этого уже не узнать. Можно лишь толковать записку в желаемом ключе.

– Я могу дать толкование, – отозвался фальшивый лейтенант Вин.

На самом деле это был один из молодых, но уже довольно известных галанетчиков, которого Корвин решил взять с собой на Петру. Странно, но сенат Лация отнесся к затее молодого Корвина индифферентно. Никто не одобрял, но и не препятствовал. Скорее всего, сенаторы толком не знали, чем грозит в данной ситуации затеянное расследование.

– Мы слушаем, – сказал Сергей.

– Если человек действительно работает в котловане, то есть устанавливает крепежные опоры и готовит новый купол, то работа эта тяжелая, но не адская. Тогда парень преувеличивает, утверждая, что попал в ад. Но его могли запихать в яму и заставить по первому разу обрабатывать шкуры, вот это – полное дерьмо. Все руки будут в ожогах, которые со временем превратятся в гниющие язвы. А регенерацию кожи, как вы сами понимаете, в таких местах не делают.

Корвин вспомнил рассказ эксперта о руках и лице Бена Орлова. Вот откуда следы заживших старых ожогов.

– Мне казалось, что самое страшное – это работа в промышленной зоне, – заметил Марк. – Те люди – словно слепые кроты, никогда не покидают своих катакомб.

– Там работают исключительно рабы, причем по приговору суда, – уточнил галанетчик. – Люс туда попасть не мог, если он не вор и не убийца.

– Мы въехали в двадцать девятый сектор, – сообщил трибун Флакк. – Сейчас появятся промышленные котлованы.

– И как мы их заметим? – спросил Сергей. – Если, конечно, сами туда не провалимся?

– Мастерские накрыты небольшими куполами, – опять подал голос “лейтенант”. – Метра на два-три они поднимаются над землей.

– Следите за датчиками движения, – посоветовал Флакк. – Вот-вот должна появиться охрана.

Но никакой охраны они не заметили. Вообще никаких признаков того, что в этом секторе есть или были недавно люди. Ни гравилетов, ни вездеходов, ни огней. И ни единой души на поверхности. Напрасно Марк оглядывался по сторонам: он видел только черные ямины – вдалеке и вблизи. Но нигде ни намека на купол. Не было и корпусов генераторов или блоков солнечных батарей.

Снова начало смеркаться.

– Мы не могли ошибиться? – спросил Корвин. – Может быть, это не двадцать девятый сектор?

– Двадцать девятый, – подтвердил Флакк.

– Но где же… Останови! – приказал Корвин.

Он вдруг увидел – отчетливо, на огромном камне написанную красной краской цифру “7”. Камень лежал недалеко от очередной дыры. Котлован?