Кружка с глёгом чудом не улетела за борт. Повернувшись, Йанта повисла на шее у ярла, с ухмылкой подхватившего её и прижавшего к себе.
— Фьялбъёрн! — выдохнул она. — Я тебя люблю!
Проходящий мимо плотник Матиас резко свернул, поймав взгляд своего капитана и здраво рассудив, что мачту можно обойти и с другой стороны. И вообще, что он, ярла давно не видел?
Спустя пару минут — как раз хватило на долгий поцелуй — Йанту все-таки спустили на палубу. Покраснев, она глянула в сторону Яшраха, который старательно показывал Ньедрунг в волнах что-то очень интересное. Мерикиви приподняла голову, улыбнулась ворожее. А потом посмотрела на своего спутника с такой нежностью, что Йанта снова от души за них порадовалась. Кажется, Ньедрунг нашла свое очень необычное, но подходящее ей счастье.
— Как думаешь, они захотят поплыть с нами? — спросила она задумчиво.
— Чтобы Яшрах отказался увидеть новые места и урвать какие-нибудь заклятия? — фыркнул драуг. — Да скорее Янсрунд разобьет сад возле своего дворца. А чудесница за ним везде, как нитка за иголкой. Ну да вместе веселее, разве нет?
— Вместе — замечательно, — согласилась Йанта и прильнула к плечу Фьялбъёрна.
Плащ, все-таки длинный и широкий для неё, хлопал на ветру парусом. Йанта запахнулась в него поплотнее.
— А знаешь, — сказала она, улыбнувшись и окинув взглядом бесконечное море с едва виднеющейся вдали полоской островов. — Я, кажется, счастлива.
— И даже не против моего плаща у себя на плечах? — ухмыльнулся ярл.
Йанта с изумлением посмотрела на него. Не может ведь быть, чтобы узнал?
— Яшрах рассказал, — подтвердил ярл, улыбаясь и щурясь на солнце, как сытый кот, поймавший мышь и раздумывающий, что бы такое интересное с ней сделать. — Увидел как-то тебя в моем плаще и пошутил… У них, оказывается, тоже есть такой обычай. Кого поймал плащом — тот и твой. Навсегда
— То-то я смотрю, на Ньедрунг плащ с его плеча, — пробормотала Йанта, еще сильнее краснея. — Ты же не знал, Бъёрн. Это не считается.
— Тогда не знал, но теперь-то знаю, — усмехнулся ярл и поправил ей воротник, чтобы усилившийся ветер не трепал волосы. — Не вздумай снимать, ворожея. Я больше никогда не позволю тебе замерзнуть.
— Я больше никогда не замерзну, мой ярл, — ответила ему невольной улыбкой Йанта. — Только не рядом с тобой
Николай Новиков
Наномашины, сынок! Том 1
Глава 1
Никогда бы не подумал, что снова придётся это пережить.
Но имеем что имеем.
— У неё схватки! Быстрее в родильную! Где доктор?!
— Дыши дорогая, дыши! Терпи! Я с тобой, всё хорошо!
Меня рожают.
Да, понимаю, странно. Если это на словах-то звучит как бред, то представьте как оно на деле. Лицо моё представили?
Хах. Смешно! Осознать себя ещё в животе…
— Госпожа! Вашего врача вчера убили на дуэли, я его заменяю! Вы только не переживайте!
— ВЫ СМЕËТЕСЬ ЧТО ЛИ?! – закричала мать с болью в голосе.
Во, слышите? Эти приглушённые звуки откуда-то сверху. Это… свобода.
Ох, как же я этого ждал! Как я об этом мечтал! Неделю. Неделю! Я сидел в животе матери целую неделю!
О боги, как же здесь СКУЧНО! Из развлечений – только слушать сплетни в родильном и телевизор! Мне ещё и дня от роду нет, зато я уже в курсе политической обстановки в стране, и почему Светка с соседней палаты развелась полгода назад.
Ну и нахрена оно мне? Я хочу «гу-гу, га-га» в реальном мире, а не вот это вот всё!
Мне стало настолько скучно, что я даже начал бить женщину изнутри, чтобы поскорее выпускала. Тем более это единственное время, когда меня за такое не осудят.
— Госпожа, потерпите немного!
Э, какой потерпите? Вытаскивайте меня отсюда!
— Да какой потерпите?! – мать сжала зубы, - Я сейчас… м-м-м-м!
Всё вокруг задрожало.
Ха-ха, да, так их мама! Не слушай их, рожай! Чем дольше мою новую мать куда-то везли, тем больше я чувствовал, как подходит время.
Честно скажу – я не знаю, почему осознал себя так рано. Я не помню прошлого. А оно очевидно было, потому что… ну, будем честны, дети себя в животе не должны осознавать. Это же не так работает, верно?
Я просто в какой-то момент проснулся и: «Я что, ещё не родился? Да ну ёмаё!».
А потом я понял: «Да я же не родился, ха-ха!»
Всю эту неделю, что я провёл в животе, я строил планы. Анализировал. Собирал информацию. Я не терял время!
Я готовился.
Вы представляете, на что способен человек, если осознает себя с первых дней? Если поставит себе великие цели? Если составит план, и будет следовать ему с ПЕРВОЙ минуты?
Да, у меня маленькое тельце, я не помню прошлого и будущее моё неизвестно. Но поверьте…
Амбиции мои колоссальны. А иначе зачем жить, верно?
План таков:
Рождаемся. Уходим перекатом от акушерки, чтобы показать доминантность – никто не властен надо мной. Затем перегрызаем пуповину и убегаем изучать информацию. В месяц я сдаю на бакалавра, в годик туда-сюда и миллиардер.
Всё, вперёд!
— Дорогая, всё будет хорошо! – я слышал знакомый мужской голос, - Я здесь!
— Дышите! Тужьтесь! – говорил врач.
Ой, ёмаё, пошёл процесс. Как-то прохладно стало. Дискомфортно.
Всё, мне тут не нравится, я переезжаю. Куда только? Хм… кажется я инстинктивно понимаю, что нужно делать и куда двигаться.
О, и впрямь! Раньше тут было закрыто.
— Тужьтесь, госпожа! – слышалось снаружи.
«Да хватит подпихивать!», - возмущался я.
— Дорогая, давай!
«Да вы только мешаете!», - я ворочался.
— Госпожа, ещё чуть-чуть!
«Да хватит…», - ползу, - «Мне…», - карабкаюсь, - «МЕШАТЬ!»
Признаюсь – мне было больно. Неприятно. Я очень устал. Да кого там – мне захотелось вернуться обратно! В теплоту и комфорт. Оказывается, мама – неплохой такой вариант жилплощади! Но…
Нет.
Выбираться. Ползти. Сражаться! С каждым моментом слабости, с каждым препятствием в виде «охеренных» советов врача, в голове вспыхивали обратные мысли. Идея-фикс на двух словах:
«Карабкайся. Ползи!». Они вспыхивали в голове как удары военного барабана. Бам. Бам! БАМ! Этот грохот глушил мои слабые мысли.
Я.
Жажду.
С͚͙̗̈́̏͊В̫͓͙ͩ̔̃О̬̘̖̓̆̀Б̟̳̥̎̔̌Ӧ̺͚͉́̆͑Д̝̠̯̅ͧͮЫ̜̘̰ͪ̈̎.̮̳̩̈́̚
Это моя новая жизнь. Возможно вторая. Возможно сотая. Плевать! Я не выбирал рождаться. Это выбор сделали за меня! Но вот я здесь, и поверьте…
Я возьму от этой жизни всё.
Если за неё не сражаться, за свои мечты и амбиции, то лучше и не рождаться нахрен!
И вот после очередного удара…
— Есть! Получилось! Всё получилось! – я услышал мужской голос.
— Мальчик! Ха-ха! Дорогая, у нас здоровый мальчик!
Меня аккуратно поднимает акушерка. Да ёмаё! Я для кого тут целую речь только задвинул? Только родился, уже облажался. Да что за отстой.
Но…
Хех. Родился же.
Вижу очень плохо. Всё мутное, оттенков вообще два: чёрный и белый.
— Странно. Что он не плачет?
— Такое бывает. Нужно шлёпнуть.
«Э-э, я тебе шлёпну»
Я медленно и размеренно дышал. Было холодно. Даже чувствовал, как меня вертят и, вроде, бьют по попе. Но больно не было. Только холод нарастал.
И звуки тоже пропадали.
Я…
Мне…
Мне кажется, я перестаю дышать.
— Кх-х-х…, - с моего рта срывается хрип.
Грудь кольнуло.
— Д-доктор… что с ним? – обеспокоенно произнесла мама.
Я пытаюсь вздохнуть. Тяжело. Всё тело задрожало.
Ох млять… воздуха не хватает.
— Чёрт… чёрт-чёрт! – несмотря на глухоту, я услышал, как голос врача срывается, - Несите инъекцию! Быстрее! У него аномалия ядра!
— Аномалия?! Мы ходили на обследования, вы говорили, её не будет!
— Не должно было!
«Аномалия?», - мысли становились слабее, - «Здесь что… можно с аномалией родиться…»
Тяжело. Всё стало тяжелым. Чёрные и белые оттенки сливались в один. Воздуха становилось меньше. Дышать тяжелее.
