Ей повезло. Ренар стоял в широком холле и снимал перчатки.
— Начинал утро с поездки верхом? — улыбнулась она и остановилась, не дойдя до него трех шагов.
— Как спалось, мама? — дернув уголком губ, он даже не попытался выглядеть приветливым.
— Как всегда, прекрасно, — солгала.
— Что ж, я рад, что твои сны ничего не тревожит, — он наконец удостоил ее вниманием синих бархатных глаз.
Элария на мгновение залюбовалась его чертами. Прямой нос, четкий контур губ, разлет черных бровей и высокие скулы. Он не был похож ни на нее, ни на своего отца. Взял от каждого по чуть-чуть, соединил в себе лишь только хорошее. Ее сын был наделен холодной мужской красотой, на которую обычно заглядываются женщины. Она с каждым годом все сильнее удивлялась, почему он все еще не нашел себе невесту. По закону, вполне мог себе это позволить, не оглядываясь на происхождение и титулы избранницы. Элария опасалась, что в итоге, король подберет на пустующее место экземпляр из собственных «запасов». Более того, она знала, что в планы мужа входило отправить Ренара в Сапфировый замок, на границу со Срединным королевством, вечно норовящим прихватить никем не охраняемые земли.
Скорее всего, рано или поздно это произойдет. Магия Пятой стихии обеспечила королю долгую жизнь и в свои шестьдесят он выглядел на двадцать лет моложе. Элария подозревала, что Ренару вообще не суждено было взойти на престол. Она ему этого и не желала. Власть портит людей, а принца она может изменить до неузнаваемости.
Единственное, что Элария всей душой пророчила сыну, так это полюбить. По-настоящему, всем сердцем, почувствовать то, чего не удалось в свое время ей. Только в любви она видела его спасение. Но никак не во власти.
— Я редко тебя вижу в последнее время, — нарушила затянувшуюся игру в гляделки она, — ты взялся за очередной проект? Признаюсь, твоя идея изучать нежить меня немного покоробила… Надеюсь очередное увлечение вполне себе живое, носит платья и очаровательно улыбается?
Она вновь попыталась завести беспокоящую ее тему. Неожиданно, Ренар не стал уходить от ответа и торопиться на нескончаемые важные дела. Его взгляд потеплел, что совсем выбило почву из-под ног. Неужели дождалась!
— Признаюсь, есть одна девушка, — губ коснулась едва заметная улыбка, — я даже предложил ей наше родовое кольцо.
Элария замерла, забыв выдохнуть. Подобного она никак не ожидала! Ее сын, ни разу не заговоривший ни об одной девчонке, прямо сейчас стоит перед ней и заявляет о помолвке? С кем? Кто она? Какими сетями словила его сердце? Стараясь не выдать волнения, королева взяла сына под руку и потянула на улицу.
— Я просто обязана расспросить тебя о подробностях!
— Их нет, — Ренар позволил себя вывести во двор и увлечь в сад, что раскинулся за дворцом. Холодная осень его практически не коснулась. Обилие так любимого Эларией жасмина не позволяло разноцветным краскам поселиться в нем. Душистый кустарник до сих пор цвел, радуя глаз белыми и нежно-розовыми цветами, в окружении светло-зеленых поредевших листьев.
Королева любила жасмин не спроста. По ее мнению, он олицетворял истинную женственность и силу, которая вопреки всем законам природы, способна выжить и расцвести даже под снегом.
— Она приняла кольцо? — Элария вцепилась в рукав мантии Ренара, желая услышать, как можно больше.
— Еще нет.
Нет?! В королевстве имеется девушка, которая не приняла кольцо от ее сына? В то же время, это его «еще», заставило насторожиться. Ренар всегда добивался цели, что бы это не стоило ему или окружающим и Эларии стало немного жаль эту девушку. Ведь в отказе должна была быть веская причина. Может она уже в кого-то влюблена?
— А в чем причина отказа? Если существует серьезное препятствие между вами, не правильнее ли оставить ее? — она говорила осторожно, дабы своими словами не подстегнуть его к чему-то нехорошему. Элария безумно любила сына, но не могла поклясться в том, что он не сможет причинить кому-либо вред.
— Причина, на самом деле, ничтожна. Мы знали друг друга всего день.
— Любовь с первого взгляда? — она не удержалась и взглянула на его лицо. Губы плотно сомкнуты, скулы напряжены, взгляд задумчив.
Они шли по мокрой белой плитке аллеи, между раскидистых кустарников. Ветер путался в подоле ее фиолетового платья. Воздух пах дождем и свежестью.
Эларии не нравилась пауза, затянувшаяся после ее вопроса. Она знала, так может начаться затяжное молчание и «уход в себя», потому постаралась подойти с другой стороны:
— Назовешь мне ее имя?
Неожиданно он остановился и повернулся к ней. Пару секунд она ничего не понимала под его внимательным взглядом.
— Куда делась твоя магия, мама?
Она опешила от такой резкой перемены темы. Не успев взять себя в руки, интуитивно сделала шаг назад и огляделась. И вдруг поняла, что не она увела его из дворца, дабы разузнать секреты, а совсем наоборот.
— О чем ты? Всё королевство знает эту историю…
— Да-да, «Вынашивая наследника престола, королева смертельно заболела и лишь чудо спасло их обоих. Но она расплатилась за это магией. Всей, до капли». Я слышал это и не раз. А теперь хочу правды.
Сердце бешено билось в груди, а лицо пылало. Если бы Элария не была уверена, что ее кожа всегда неизменно бледна, отвернулась бы и поспешила во дворец. Но вряд ли кто-либо мог прочесть ее чувства. Даже Ренар.
— Это и есть правда, сынок.
Она грустно улыбнулась и отвернулась, продолжая движение вглубь сада. Любое напоминание о прошлом ввергало ее в тоску, от которой не было спасения.
Ренар нагнал ее и пошел рядом.
— Я изучил повадки всех стихий. Особенно твоей — Земли. Ни одна из них не покидает мага, оставив ему жизнь.
По спине прошелся холодок. Ренар ступил на слишком тонкий лед. Она молчала.
— Но когда мои исследования дошли до некромантии, в одном из древних фолиантов нашлась короткая заметка о некой силе, с именем Пустота… Кто-то считал ее Пятой стихией. А кто-то, «матерью» четырех известных, «ибо все берет начало….
— … в Пустоте» — закончила она цитату, впервые услышанную от Хисса. Старый Мастер старался спасти их с Дэлией, просил не привлекать к себе внимание и умолял беречь свой дар. Для чего, какой цели — не говорил. Быть может скрывал, а может и не знал вовсе. Сейчас это не важно, ведь они обе не уберегли его. Одно Элария знала наверняка: ничего в мире этом не возникает просто так, бесцельно, ради собственного существования.
Ренар резко остановился. Его лицо побледнело, губы сомкнулись в тонкую линию, а в глазах полыхнул огонь.
— Значит, я был прав!
Он резко развернулся и почти бегом направился во дворец. Элария запаниковала, представляя, что натворила.
— Нет! Ренар! В чем прав? Остановись!
Она сорвалась с места, понимая, что вряд ли догонит сына. Но интуиция подсказывала — он направился к отцу.
ГЛАВА 10
Шла третья на этой неделе пара зельеварения, а она уже ненавидела, как предмет, так и его преподавательницу — белокурую красавицу Лорну. Называть ее Мастером просто язык не поворачивался. Она словно сошла с обложки журнала мод: точеная фигурка в бирюзовом платье, длинные локоны, струящиеся по спине, закрученные ресницы и небесно-голубые глаза под ними. В первые минуты, Алесана думала, что ее разыгрывает одна из одногруппниц и поспешила всем видом показать, что на столь дешевый маскарад она не купилась. Пока на столы не полетели из настенных шкафов разнообразные склянки-пробирки-котлы. Кабинет мог подчиняться лишь Мастеру, потому, после подобного фокуса, Алесана резко сменила выражение лица.
Увы, внешность оказалась не только обманчивой, она жестко поиздевалась над соответствием того, что снаружи с тем, что внутри. Эта женщина, своим маниакальным стремлением нести науку и просвещение в темные умы сумела в короткий срок превратить жизнь Алесаны в ад.
В первый же день получив в домашнее задание подготовку доклада по безвкусным ядам, Алесана благополучно на него забила. Ойр просил прикинуться дурочкой? Получите, распишитесь! К тому же, нежная улыбка и тонкие кружева наряда Лорны никак не состыковывались со строгим образом Мастера.
