Утопающий во лжи 14 (СИ) - Жуковский Лев

Впрочем, я не забывал, что в памяти Багрового охотника никакой Системы в этом уравнении не было. Поэтому конечный результат мог серьёзно отличаться как в положительную, так и в отрицательную сторону.

С другой стороны, если уже имея возможность рисковать своей жизнью благодаря ипостаси ложного аватара и не использовать её для попытки перешагнуть несколько ступеней развития, это было бы преступлением против самого себя. Не попытаться было глупо, хотя и даже в малости ошибиться абсолютно точно не хотелось.

Особенно когда могущество моё становилось всё выше, и я был так близок к истинной свободе. К тому моменту, когда со мной будут считаться даже самые могучие игроки радуги миров и Бездны. Когда моё имя будет произноситься шёпотом в тёмных залах Владык, а мой приход заставит содрогнуться самые древние сущности.

В памяти Багрового охотника точных данных по поводу паразитического червя Бездны не было. К тому же видов червей и, как следствие, даруемых ими свойств, существовало огромное количество. Знать наверняка невозможно, что может быть получено именно из вида червя Далерис Аурсуш, мне оставалось лишь догадываться.

В теории план был не сказать, чтобы сложный. Нужно ВСЕГО ЛИШЬ направить червя на самого себя и не дать ему одновременно сожрать мою душу. При этом не позволить сгинуть самому червю Бездны, подкармливая его энергией Силы души, по факту скармливая ему чужие души вместо своей.

Звучало просто. Почти элегантно в своей жестокости.

На деле же остановить эту тварь оказалось невероятно сложно.

Момент снятия стазиса я запомню до конца своих дней, а дни мои, возможно, будут длиться вечность.

Сто единиц энергии Силы души покинули моё средоточие, втекая в артефакт. Оковы Сферата засветились тусклым багровым светом. Кристаллы Феруса задрожали, высвобождая вложенную мной в них энергию Силы души, издавая высокочастотный звон, который резал по нервам острее любого клинка. Стекло Аркона треснуло паутиной микроскопических разломов.

И червь пробудился.

Учитывая уровень восприятия ложного аватара, даже сотая доля одного удара сердца была для меня вечностью. Я мог наблюдать, анализировать, просчитывать десятки сценариев развития событий в промежуток времени, за который обычное существо не успело бы даже моргнуть.

И всё равно червь двигался слишком быстро.

От момента снятия стазиса до проникновения червя в моё тело прошла ровно сотая доля одного удара сердца. Для меня, субъективная вечность. Для любого другого наблюдателя, мгновение, быстрее мысли, быстрее смерти.

Это была смолянистая мразь цвета запёкшейся крови и тьмы между звёздами. Она не просто двигалась, она существовала одновременно в нескольких слоях реальности, прорывая ткань пространства самим фактом своего присутствия. Червь Бездны не подчинялся законам материального мира, он был анафемой существованию, воплощённым отрицанием жизни.

Только руки демонического Бога спасли меня в тот момент. Впрочем, на них и был расчёт, вот правда только я не ожидал, что червь будет двигаться так быстро.

Правая рука приняла на себя удар, впитав вгрызающегося в плоть паразитического червя. Эта смолянистая тварь сумела прогрызть внешний покров, защиту, способную выдержать удары Титанов, даже Жнецов смерти, словно он был сделан из гнилой ткани. Она углубилась в ткани мышц и костей, приближаясь к району локтя, и только там её продвижение замедлилось из-за влияния ядовитой стихии истинного Света и божественной природы самих рук.

Боль была… невыразимой. Не физической, моё тело давно привыкло к боли. Это была боль иная, боль самой души, которую пытались вырвать из моего естества и сожрать, переварить, обратить в ничто.

Червь всё это время пытался вырвать из меня душу, дёргая за тонкие энергетические отростки, жаждая дотянуться до её средоточия. Точнее, до искусственной энергетической структуры ложного аватара. А может, и до моей истинной души через излом пространства.

Полного спектра возможностей этой извращённой твари Бездны я себе даже представить не мог.

Что могли противопоставить червю Бездны демоны-Багровые охотники? Мне даже в голову не приходило, никаких дельных предположений не имелось вообще. По нанесённому урону червь был куда серьёзнее, чем даже проклятие первородного Холода, от которого я едва не погиб когда-то. А это о многом говорило.

Теневая проекция Лорда погибла бы мгновенно, я в этом не сомневался ни на йоту. Как не пережили бы атаку червя Бездны и практически все встреченные мной Титаны и Владыки демонов. Может, только Владыка, пришедший в мир Сатея Хозз гракотов, призванный мной после в мире Теселия-7 и давший серьёзный бой Императорам тиранидов, возможно, он мог бы дать отпор червю Бездны. Ну и, скорее всего, сам Лорд, истинный Лорд, разумеется, а не его жалкие тени и проекции.

Это были не ничтожные тени Лиастров, от которых я серьёзно пострадал в своё время, потеряв оригинал активной брони Крушитель Зертос, утрату, о которой я сожалел до сих пор. Титаны Ахортов из мира Дей Тар Акан, эти недодраконы, уповающие на технологическое развитие, точно не смогли бы противопоставить червю ничего. Их плазменное оружие и силовые поля были бы бесполезны против сущности, существующей сразу в нескольких слоях реальности.

Будь у меня подобная тварь раньше, можно было попробовать совладать даже с мастером Атории Со, а не пытаться избегать его до последнего. Хотя, учитывая, что именно он смог проникнуть в мой ритуал предвидения, возможно, и хорошо, что я не пошёл на поводу своей воинской гордости. В тот раз, считаю, что поступил максимально рационально. Как видится мне сейчас, это спасло мне жизнь.

Слишком стремительной была атака червя. Тварь всё это время пыталась вырвать из меня душу. Так как тонкие энергетические и плотное материальное физическое тела были связаны в одно целое, червю необходимо было коснуться энергетических центров и средоточий.

Однако совладать с плотью демонического Бога червь Бездны так и не смог, растратив всю заложенную в его суть энергию в этом одном невероятно могучем алчном порыве. Алчность его была абсолютной, первозданной, не искажённой разумом или расчётом, а чистой и беспримесной, как сама Бездна.

Как останавливать этот порыв я так и не понял из памяти Багрового охотника. Возможно, у них были какие-то врождённые способности, которых у меня попросту не было.

Червь начал затихать и медленно исчезать из этого слоя реальности, словно призрак, растворяющийся с рассветом.

Я же, зная из памяти Багрового охотника процедуру проращивания (как они это называли), начал направлять энергию Силы души в этого неведомого энергетического зверя.

Сначала небольшими объёмами, по одной душе. Осторожно, словно кормил дикого хищника с руки, готовый в любой момент отдёрнуть ладонь. Затем увеличивал дозу, возвращая желание этой твари находиться в этом слое реальности, насыщая её, успокаивая и словно откармливая.

Червь явно стремился вернуться в Бездну. Не на один из планов, где их яйца изредка удавалось находить, что считалось великой удачей для безумных охотников за артефактами, а именно в истинное пространство Бездны. Туда, где так любезно и приветливо меня встретили голоса самого Хаоса и их извращённых Богов. Туда, откуда не возвращался никто и ничто.

Путём простых манипуляций и множества экспериментов, каждый из которых мог стоить мне жизни или того хуже, я выяснил точное количество энергии Силы души, необходимое для поддержания жизни в этом странном существе.

Порядка пятидесяти единиц энергии Силы души в час, такова была цена твари Бездны. Чудовищная стоимость, которую нужно было платить беспрерывно, чтобы червь продолжал находиться в правой руке демонического Бога, начиная оживать и при этом не пытаясь коллапсировать, не стремясь вернуться в родную стихию Хаоса.

Я не до конца понимал, сколько всего может понадобиться этой твари энергии. Надежды, что хватит двух сотен единиц, рассеялись уже через четыре часа. Стало абсолютно ясно, что тварь и не думает прекращать поглощать души. Она лишь входила во вкус, словно обживаясь в моём правом предплечье, превращая божественную плоть в своё гнездо, свой кокон трансформации.