Через некоторое время наступила тишина, а еще через двадцать минут стало казаться, что вокруг нет ни единой живой души. Ветер стих, уханье филина резко оборвалось, даже крикливые вороны предпочли замолчать или же просто улететь куда подальше.
Алесана осторожно взглянула через плечо. Тай пребывал в том же положении: стоя на коленях, неподвижно смотрел на высокий холм земли, будто мысленно приказывая ему испариться. Она ожидала буйства эмоций, неконтролируемой магии, крушения всего подряд, а не этого убийственного спокойствия. Лишь черные клубы тумана неспешно покачивались над гнилыми листьями, устилавшими все вокруг.
— Тай?
Она приблизилась, не обращая внимание на беспокойно зашевелившийся дым. Присела рядом, дотрагиваясь до рук, висящих вдоль тела безвольными плетями. Даже своими замерзшими пальцами она почувствовала холод его кожи.
— Я очень соболезную тебе и понимаю, что ты чувствуешь. Но нам больше не стоит здесь оставаться…
Он перевел на нее взгляд абсолютно черных, без единой черточки света глаз. Алесана вздрогнула, но еще крепче сжала его ладонь.
— Пошли, Тай. Поднимайся.
Он не успел что-либо ответить или сделать. Тишину, облепившую их, словно кокон прорезал жуткий стрекочущий звук, пробирающий до мозга костей. Алесана подскочила, крутанувшись в сторону источника. Но вокруг были лишь ломанные тени надгробий и редких деревьев.
Звук повторился, но уже, с другой стороны. Сердце забилось, как сумасшедшее, кожу покрыл липкий холод. Быстро создав светящийся шар, запустила его в сторону стрекотания. Он ударился о ствол сосны, разлетаясь во все стороны, искрами освещая пустоту и в этот же момент уши уловили шорох за спиной.
Обернулась и завопила.
Совсем рядом, в трех шагах от нее возвышался монстр с распахнутыми кожистыми крыльями. Его тело покрывала красноватая шерсть, а с острых клыков стекала слюна. Расставив когтистые лапы, он прыгнул вперед.
Алесану с силой оттолкнуло в сторону. Приземляясь у чьей-то могилы, она успела увидеть, как в холостую пробороздивший место, где она только что стояла, нападавший врылся мордой в сырые листья.
С рыком, полным злости, на чудовище накинулся Тай. Он придавил не успевшую прийти в себя тварь к земле и со всей дури молотил кулаками, не заботясь о том, куда они попадали. Опомнившись, зверь сбросил с себя парня, словно тот был игрушкой, вскочил на задние лапы и вскинув морду к небу, завыл.
Страх, что все это время прижимал Алесану к чужой могильной плите, заставил подняться и броситься к Таю.
— Скорее! Уходим! — она схватила его за рукав, утягивая прочь, но Лоан оттолкнул ее, встряхивая ладони и призывая магию.
Из ниоткуда в воздух взмыли несколько ярко-красных стрел и метнулись в воющее чудовище. Достигнув его груди, они отскочили и со звоном разбились. Тай создал еще десяток, и еще. Все они не достигали своей цели.
— Тьма тебя разорви! — прошипел он, вскидывая руки.
— Нет! Тай, ты же видишь, магия его не берет! Прошу тебя, уходим, пока еще живы!
Тварь завершила вытье и вперилась сверкающими зеленым огнем глазами в Алесану. Ее затрусило. Было ощущение, что монстру плевать на Лоана, он был здесь ради нее. Отдернув руки от Тая, она развернулась и побежала. Не чуя под собой ног, не замечая обжигающий лицо ветер, лавируя между памятниками и надгробиями. За спиной не было слышно ни звука, но в какой-то момент ее толкнули и прижали к холодным, пахнущим гнилью листьям.
Она повернулась на спину, с ужасом глядя на обезображенную морду зависшего над ней зверя. Это был конец. Сейчас он распахнет полную острых зубов пасть, сделает резкий выпад и вгрызется ей в шею.
Но время будто остановилось и ничего не происходило.
Зеленый огонь погас, освобождая цвет мокрой хвои, резанувшей сердце наточенным клинком. В груди Алесаны стало невыносимо горячо. Она нахмурилась, вглядываясь в изуродованное лицо. И задохнулась, узнавая в нем родные черты. Разрез глаз, тонкий шрам над губой, едва заметная горбинка на носу, маленькая родинка на кончике брови.
— Боже, нет… Сандор?
Бушующий океан эмоций грозил разорвать ее тело и душу на части. Этого не могло быть. Лунная ночь и чья-то коварная магия над ней жестоко шутят.
Звук быстрых шагов и тело существа дернулось. Алесана увидела кончик меча, пронзившего могучую грудь. Словно во сне, проследила, как густая капля темной крови отрывается от лезвия и капает ей на платье.
— Нет… нет… только не снова…
Острие исчезло, как и нависавшее над ней тело. Алесана подорвалась, с ужасом глядя, как Тай стоит над неподвижным чудовищем и заносит меч для смертельного удара. Метнулась к нему, со всей силы отталкивая в сторону. Упала на колени, задыхаясь от рвущихся на волю рыданий, обхватила узнанное лицо ладонями, впилась взглядом в родные, такие любимые глаза.
— Братик мой, Сандор, как же так вышло? Прошу тебя, поговори со мной. Подтверди, что я не сошла с ума. Что это ты. Что я тебя вижу…
— Эта тварь убила мою семью! — раздался рядом холодный голос.
— Он не виноват! Его изменили! Его заставили! Это мой брат, Тай! Мой Сандор, который прыгнул с башни два года назад! И я голыми руками разорву тебя на мелкие кусочки, если ты тронешь его!
У нее самой промчались по телу мурашки от собственного крика. Тай переменился в лице, но к нему она уже потеряла интерес, вновь нависая над братом. Слезы уже не сдерживаясь ручьями умывали щеки, замерзшие от холода. Алесана уже не чувствовала кожи на лице. За пылающим пожаром в груди она вряд ли заметила бы у себя на теле и смертельную рану.
Все это время Сандор неотрывно следил за ней. Когтистая рука поднялась и коснулась ее лица, вытирая слезы.
— Моя… голубка, — не похожий на Сандора, страшный, хриплый голос, но слова, которые мог сказать только он, заставили разразиться новым приступом рыданий, — помоги мне. Освободи…
— Нет. Я тебя не потеряю. Больше не смогу. Только не снова.
Она наклонилась, целуя безобразные щеки, лоб, нос, губы, чувствуя их реальность и от этого заходясь страшной, граничащей с безумием радостью. Она не верила в его смерть. Искала причины, доказательства, мотивы. И когда наконец смирилась, он воскрес, не соглашаясь умирать в ее сердце.
— Алесана, ты же видишь, что это уже не твой брат, — на плечо легла теплая ладонь, мягкие нотки в словах Тая вызвали лишь большую волну протеста. — Мы узнаем, кто это с ним сделал, мы отомстим и за него, и за его поступки. Только отпусти его.
— Ты не понимаешь! — Алесана вновь сорвалась на крик, но волосатая лапа, сжавшая ее запястье оборвала грозившие слететь с языка слова. Девушка полностью сосредоточилась на Сандоре, утопая в яркой зелени глаз — единственном, что осталось не измененным.
— Отпусти… Мне больно… Не могу терпеть. Исполнять приказы Маржаны. Я останусь с тобой, — острый коготь ткнулся Алесане в грудь, — здесь.
Душа обессиленно ухнула вниз. Перед глазами вновь возникло лезвие меча. Острие уперлось Сандору в область сердца.
— Люблю, — едва слышно проговорил он и закрыл глаза.
Алесана подняла взгляд на стоявшего с оружием Тая. Понимание неизбежности медленно выжигало ее изнутри, унося пепел со слезами. Два года назад она похоронила живого брата. А сейчас, ей нужно было его убить.
Тишину пронзил вой сразу нескольких голосов. Она вздрогнула и за озиралась.
— Это по нашу душу, — прошептал Лоан, — не думаю, что это существо было в одном экземпляре.
Алесана закричала. От безысходности, терзающей ее на части боли, неизбежности очередной потери. Схватилась за лезвие двумя руками и навалилась на меч всем своим весом.
Острие легко прошло в тело не шелохнувшегося Сандора. Их кровь смешалась в темном пятне, расплывающемся на его груди.
Тяжелые удары крыльев оповестили о прибытии тварей.
— Идем!
Тай поднял ослабевшую Алесану и собрался было сжать портал Памяти, но девушка дернулась к брату, будто вспомнив что-то. Схватила его безжизненные руки.
— Я не могу его здесь оставить! Его нужно похоронить!
