– Иногда мужчинам не нужно знать правду, Чернушка, – произнесла Ганга, бросив на меня косой взгляд.
– Почему? – спросил я.
– Тут сложное политическое положение сторон, – объяснила Ганга. – С одной стороны, Тора – будущая княгиня. С другой – ты властелин вселенной и бог над степью. Это неравный брак. Но ты еще и человек, и по правилам снежных эльфаров это тоже неравный брак, умаляющий ее достоинство. Ты возьмешь ее в жены, а сам будешь в качестве кого?
– В качестве кого? В качестве Ирридара Тох Рангора…
– Вот я об этом и говорю – ты человек, а она снежная эльфарка, будущая княгиня. Ваш брак будет неравным, и это умалит ее и тебя. А если ты будешь в качестве Худжгарха, то это умалит нас. Она выйдет замуж за бога, а мы за человека. Вот это мы и обсуждаем.
Я вытаращился на них, не зная, что сказать. Они тут накручивали такое, что я и представить не мог. Бог, человек, умалить… Тьфу, чего только эти женщины не придумают, и лучше в их психологию не лезть, потеряешься.
Я вновь вышел на балкон, чтобы, следуя методу детей Творца, заглянуть в грядущее. Я спланировал брак Торы, как этот проект видел я, и стал наблюдать за проекцией грядущих событий.
Я сделал ее своей женой, а Шаву – ее фиктивным мужем, и в тот же миг Снежные горы взорвались восстанием Домов. Одни встали на мою сторону, другие – на сторону Торы, а третьи провозгласили своего князя. Я тут же остановил процесс, женив Шаву и Тору, но при этом Тора лишилась престола и у нее появилась ненависть ко мне. Она издала Высокий эдикт, который лишал меня права основать Дом, и снова в горах разгоралась гражданская война, и Тору убивали заговорщики.
Тогда я сделал ее безбрачной и провел тайный обряд венчания со мной. Тора стала княгиней, но во дворце зрело недовольство. Главы Домов объединились вокруг лидеров, предлагавших своих ставленников. Кого бы я ни выбрал, возникал конфликт интересов, перераставший в открытое противостояние и гражданские неповиновения.
В Снежных горах творилось что-то смутное и зловещее, что я не мог понять и изменить. Я понял одно: без меня Тора не станет княгиней, ее судьба будет несчастной, и только духовная поддержка принцессы Худжгархом могла возвести ее на престол. Я задумался и осознал, что без Рока здесь не обошлось. Он что-то спланировал, и его планы противоречили моим. Его план был тщательно проработан, и я не мог ему противостоять.
Я убрал Тору как претендентку на трон Снежного княжества, и на ее место выдвинулся лер Манру-ил, который устраивал всех. Но этот хитрый снежный эльфар угрожал принцессе и не заботился о благополучии княжества. Если убрать его, то Старшие Дома останутся без лидера, начнется разброд и шатания. В умах глав Домов снежных эльфаров царили смятение и хаос. И тогда горы захватывают лесные эльфары. В Снежных горах начинается долгий этап партизанской войны. Я не мог этому воспрепятствовать. Какие-то страшные события уводили меня в степь, но что это за события, я мог только догадываться.
Подумав, я понял, что Рок окружил меня со всех сторон. Часть Младших Домов, все Старшие Дома и лесные эльфары поддерживали претендента, которого готовили лесные эльфары. Лера Манру-ила. С его появлением сопротивление снежных эльфаров захватчикам сходило на нет. Он как-то умудрялся примирить враждующие стороны, разгромить Братство и прекратить кровавую бойню в горах. Лишь малая часть поддерживала Тору, и эти силы не могли противостоять объединенным силам Леса и снежных эльфаров. Если я применю свои способности против Великого леса, то получу огромные неприятности в степи, и мое положение как хранителя пошатнется. Все это я понимал. Но не понимал одного: как выбраться из этой ловушки.
Моя суета внизу мало что меняла. Главные нити процессов находились в руках Рока, и мне нужно было придумать свой план, внедрив его в замыслы Рока. Но у меня не было плана, и даже мое расслоенное сознание не помогало. Меня вели к большим неприятностям, словно за ручку. «Снежному княжеству помочь нельзя отказаться». Где в этой фразе поставить запятую? Или «жениться нельзя отказаться»? Я не мог отказаться от Торы как от жены и не мог на ней жениться, так как в любом случае грядут большие неприятности. Это еще если она останется претенденткой на трон. Но как княгиня она была весьма неумелой, и многие снежные эльфары это уже осознали. Нужен был иной подход к решению проблемы престолонаследования в Снежном княжестве. Но меня связывала клятва великому князю помочь его внучке. Как же быть?..
Ничего не придумав, я решил наведаться в Азанар и попробовать там разыскать девочек Демона.
* * *
Нейтральный мир. Город Брисвиль
Алеш почувствовал, как его тело мгновенно изменилось, и на площадь телепорта вышли два хумана: мужчина и женщина. Их поторопил голос распорядителя: «Покиньте площадку, не задерживайтесь». Он взял за руку ошеломленную Исидору и повел вниз, к будке, где полудемоница регистрировала приезжих. Исидора, охваченная удивлением, немного сопротивлялась, желая лучше разглядеть огромный двор порталов, полный разных существ: от демонов до маленьких дворфов.
– Смотри, Алеш, – шепнула она. – Здесь много демонов, и они все разные.
– Это Брисвиль, детка, нейтральный город. Тут могут жить и люди, и демоны, и другие представители разных народов. Пошли, не стоит задерживаться.
Они дождались своей очереди, и демоница, узнав Прокса, улыбнулась. Она хмуро оглядела Исидору и задала обычные вопросы: откуда, как зовут девушку?
– Из Азанара, ее зовут Исидора, – ответил Прокс.
– Проходите, рен, – равнодушно ответила демоница. – С вас золотой илир.
Цена за пользование порталом оказалась значительно выше обычной, но Прокс без возражений отдал золотой. Они миновали толпу торговцев-демонов с носильщиками и вышли за ворота портального двора. Снаружи у стен портального двора сидели нищие, моля прохожих о подаянии. Прокс бросил двоим по серебряной монете и повел Исидору дальше.
– Какой у вас странный мир, Алеш, – произнесла она, когда немного пришла в себя. – Существуют площадки, которые переносят человека в другое место. То мы с тобой были на горе, то вдруг оказывались в другом месте. Это, наверное, очень удобно… Ой, а это кто? Белый с длинными ушами? – воскликнула она, указывая на снежного эльфара. Тот оскорбился и преградил им дорогу.
Прокс не хотел ссоры и, отвесив поклон, извинился:
– Простите нас за неучтивость, лер. Моя спутница не привыкла к виду снежных эльфаров. Она вас никогда не видела.
Эльфар презрительно скривился и негромко произнес:
– Понаехали тут, деревенщина.
Он обошел парочку и направился своей дорогой.
– Почему ты ему простил грубость? – насупившись, спросила Исидора. – Мы не деревенщина, я дочь герцога.
– Это было там, Исидора. А здесь ты выглядишь как девушка из глухой деревни, которая никогда не выезжала за ее пределы.
– Я не деревенщина… – попыталась возразить Исидора, но Прокс приложил палец к губам.
– Тише, Исидора. На нас обращают внимание. Пойдем домой, я все объясню. Пока присматривайся и запоминай…
– Ой, смотри, какой пес! Он на нас смотрит, и… и-и, он мне что-то говорит… Я его боюсь, – Исидора спряталась за спину Прокса, а пес, виляя хвостом, направился к ней.
– И что он тебе говорит? – спросил Прокс.
– Ой, он говорит, что я новая хозяйка, – запищала девушка. – Спаси меня, Алеш!
Прокс остановился и посмотрел на радостно виляющего хвостом пса.
– Тебе чего? – спросил он.
– Он… он говорит, что хочет служить, – ответила Исидора.
– Кому? – уточнил Прокс.
– Новой хозяйке, молодой ведьме, мне, – ответила она. Пока они стояли и Исидора переводила мысли пса, их начала окружать стая псов. – Ой, они нас съедят, – затаив дыхание, прошептала Исидора.
– Не думаю. Ты умеешь улавливать их мысли… Тут раньше была хозяйка псов. Это шверды, или адские псы. Может, она куда-то делась, и собаки признали хозяйкой тебя. Немногие могут понимать их мысли. Я, например, не могу. Как ты можешь это делать, не понимаю. Ты же плоть от плоти моей…
