— Папка! — проревела Аленка.
— Ну, ну… не голоси. Нормально все.
— Прости меня… — сквозь слезы выдавил сын. — Не знал я, что все так обернется. Обманули меня.
— Ни ты первый, ни ты последний. Забудь! Выкинь из головы.
Я чуть отошел, чтобы разглядеть их получше.
— А почему вы в форме? Стряслось чего?
— Аленка теперь военный медик, а я так, водитель — санитар на подхвате.
— На скорой работаем… — всхлипнула Алена.
— А как же служба?
— Так ушел я. Почти сразу. Ты как парней раскидал, нашего командира с должности сняли, ну и я под шумок спрыгнул.
— Что, перестарался я?
— Да как сказать… объясниться то мы не успели, — Сергей почесал затылок. — Не ожидал я от тебя такой прыти. Шесть конвоиров в лазарет отправил, а еще двоих позже комиссовали из за увечий. Зачем ты так?
— Не знаю… — я пожал плечами. — Рефлексы сработали. Мог, потому и сделал. Думал, если меня застрелят, грех с тебя сниму. Чтобы до гробовой доски не мучился.
— Эх батя… если подумать, то ты мне жизнь тогда спас. Ведь мне то сказали одно, а на деле было совсем другое. Всех, кого ты знал казнили… а потом по тихому устранили и всех причастных. А генерал, который руководил операцией вскоре неудачно поперхнулся.
— Так… я все еще под следствием или нет?
— Ты умер. Мы чисто случайно встретили здесь доктора Дюваль. Она вспомнила тебя и помогла со справками. Она же устроила нас в этот госпиталь, чтобы с голоду не померли, да к тебе поближе были. Я напряг старые связи и сделал новые документы на случай, если очнешься. Теперь ты другой человек.
— Постой… а что с вашим правительством? Ольга рассказала мне…
— Все плохо бать… — Сергей опустил голову. — Войска идут сюда не порядок наводить, а творить геноцид. За городом уже выстроен концентрационный лагерь. Будут делить людей на нужных и ненужных… Вот так то. Сегодня начнем эвакуировать госпиталь. Благо больных мало, в основном медперсонал и оборудование.
— Куда?
— Куда подальше. Двинем к границе, там еще сохранились леса. Нас встретят и помогут. Доктора нынче в большом дефиците.
— Ясно, — я стал серьезнее. — В сумке мои вещи?
— Да, все, что удалось забрать. Держи.
Забрав сумку, я разложил содержимое на столе. Прежде всего меня интересовал тактический интерфейс в потертом бронированном чемоданчике.
— Кажется он не работает. Я не смог его включить.
— Так и должно быть, — усмехнулся я, прикладывая палец к панели распознавания.
Мелодично звякнув, экран чемоданчика загорелся, система загрузилась. Вставив в ухо гарнитуру, я активировал ее и назвал свое имя. Система распознала голос и личность.
— Виктор Волков. Вход в систему Орсис, — проговорил я четко.
Экран моргнул красным и вывел код ошибки.
— Орсис больше нет, — поспешила сказать Ольга.
— Как нет…? — удивление отразилось намоем угрюмом лице.
— Ее удалили. Стерли, как опасный боевой ИИ, уничтожили центральный сервер и центр поддержки.
— Странно. Но зачем?
— Чтобы не помешала, — хмуро ответил Сергей. — Сейчас в даркнете такой срач стоит. Народ не знает куда кинуться. Все, кто причастен к победе и свержению правительств методично истребляются. Говорят, те, кто все задумал по выползали наружу из своих укрытий и доводят план до конца. Не хотелось тебя расстраивать сразу, но…
— Говори уже.
— Война тоже была частью плана. Правительства — марионетки. Их отдали на расправу толпе. Сейчас от человечества осталось чуть больше двух миллиардов. Один из них превратят в рабов. Теперь Орсис больше нет, и эти твари уже не скрываются. У них своя закрытая сеть и свой ИИ. Они действуют очень быстро. Спящие ячейки устраивают по всему миру зачистки. Людей фильтруют, тестируют и маркируют. Ненужных кастрируют или разбирают на органы. Прости отец, но такова наша реальность.
— А ты поумнел… — я улыбнулся, глядя на него. — Перешел на светлую сторону?
— Да, можно и так сказать. Аленку вот прикрываю. Да, там в кармане твой пистолет. Уж прости, сейф вскрыть пришлось.
— Доктор? — Я обратился к Дюваль. — Найдется для меня комплект формы?
— Да, этого добра навалом. Бронежилет нужен?
— Три, если можно.
— Ясно, — она неопределенно улыбнулась. — Готовите переворот?
— Готовимся выжить. Сколько человек в госпитале?
— Около сотни, если считать пациентов. А что?
— Хорошо. Небольшим отрядом проще уйти. Здесь, в подвале есть большая герметичная дверь, не так ли?
— Есть такая…
— Там арсенал. Пароль к замку слово «доверие». Если все так, как я понял, нам придется вооружиться. Центральный сервер больницы исправен?
— Ну да… — она растерялась. — Он в контейнере на крыше здания. Рядом с антенной.
— Глав врач кто?
— Ну, в данный момент я.
— Отлично. Позволите? Мне нужен сервер.
— Какая теперь разница… Делайте, что считаете нужным.
Через час молчаливые медбратья принесли одежду и бронежилеты. Вместе мы спустились в подвал и разблокировали двери резервного арсенала. Сергей остался за старшего, чтобы выдать оружие и боеприпасы всем, кто причастен. В холле и у каждого выхода госпиталя скрытно выставили посты. Ближе к вечеру, во внутренний двор госпиталя пригнали десяток грузовиков и еще три бронемашины из собственных резервов. Два заправщика, полные топливом, прибыли чуть позже. Из города, к тому времени, потянулись вереницы машин груженых личными вещами. Однако уехать решили не все. Закаленные в боях ветераны решили остаться и дать бой. Эти люди хорошо понимали, что отход нужно прикрывать. Благо оружия и боеприпасов после войны на руках осталось немало. Части ПВО и танковая бригада без колебаний перешли на сторону жителей. К вечеру в городе уже слышалась стрельба. Начался штурм бункера, в котором укрылось правительство.
— Зачем тебе сервер? — Алена запыхалась, пока мы поднимались на крышу.
— Хочу увидеть общую картину, — держась за грудь ответил я. После месяца в коме сердце с ума сошло от короткой пробежки.
Отдышавшись, я вскрыл контейнер и уселся на место наладчика. Отыскав подходящий разъем, я воткнул его в свой чемоданчик.
— Соломон?
— Слушаю тебя, Виктор, — отозвался бархатистый мужской голос.
— Анализ сети!
Соломон был предустановленной урезанной версией Орсис на моем устройстве. Такие выдали каждому офицеру, выбранному для программы взаимодействия с боевым искусственным интеллектом. Страшная правда открылась позже, уже к концу войны. Оказалось, что Соломон непросто часть интерфейса, а страховка на случай провала миссии.
— Сеть безопасна, — доложил интерфейс. — Что дальше?
— Грузи Орсис, — приказал я. — Разрешаю вскрыть резервную копию.
— Здравствуй Виктор! — послышалось из динамика минут через пять. — Загрузка ядра завершится через тридцать одну минуту. Распаковать архивы?
— Не нужно. Как закончишь, мне нужен краткий доклад по тактической обстановке. Нас обыграли. Враг уцелел. Взломай существующую сеть и проанализируй. И отыщи свои копии, если они уцелели.
— Принято.
— Ты как? — спросила встревоженная моим видом дочь.
— Нормально. Только есть очень хочется. Не принесешь?
— Аппетит — это хороший признак, — улыбнулась она. — Сейчас схожу.
— И проведай брата. Тоже небось голодный.
Махнув рукой, Алена поспешила к лестнице.
— Соломон, — тихо спросил я. — Сколько еще интерфейсов сейчас существует?
— Этот единственный, — доложил он. — Остальные уничтожены владельцами.
— Вот как… — ком подкатил к горлу. — Значит другие командиры либо мертвы, либо захвачены?
— Данных нет, Виктор. Запросить состояние системы? На это уйдет около часа.
— Сделай.
Отложив чемоданчик, я вставил в ухо другую, уже тактическую гарнитуру. Закрепив на голове скобу, зафиксировал микрофон так, чтобы тот не мешался. Теперь связь с устройством работала по всей территории госпиталя.
— Доклад готов! — прозвучало в ухе по истечении часа. Я как раз доедал сухой паек.
