Нет, это вычёркиваем явно…
Ведёт человек их, сил не щадя,
Навстречу судьбе и с верой в себя
Правитель последней горы — Варрикейна!
Чел, что прорвался из проклятой бездны…
Вроде сойдёт… Рифма-шмифма… Устал я.
— Что там, Дзот? Долго нам топтать снег и камни?
— Уже близко… Всё чаще я вижу горы, похожие на те, что были в нашем царстве.
— Да они же все одинаковые. Или почти все.
— Каждая гора уникальна. Нет ни одной похожей. Вот эта, например, — его костлявый палец указал вниз со склона на карлика среди местных вершин, — это малыш По-По. Знаменитый на весь мир. Это самая прочная и несломленная гора. Уж сколько жизней она забрала — не сосчитать. А всё из-за огромных залежей алмазов, что практически полностью её и образовали.
От слов командира у меня аж слюна побежала. Алчность проснулась. Или это жаба с хомяком возбухнули от радости?
— А вот это — Кродсштерпенгвар-ухгонрейкен. Мёртвый вулкан. Легенды гласят, что Великие отцы появились на свет во время его последнего извержения. Он выплюнул своих детей, великих титанов, что впоследствии и породили нас — альвисов. Ну и проклятых альвов тоже, чтоб им кровь в обратную сторону пошла. За миллионы лет вулкан обрушился и осыпался, но он всё ещё легендарен и в былые времена собирал миллионы паломников, каждый из которых уносил с собой его частичку…
— Поэтому он и стал таким маленьким и неказистым. Вы же его попросту растащили.
— Да нет… — отмахнулся альвис, сунув костлявый кулак в рот. Признак глубоких переживаний и размышлений.
Видимо, я своим предположением попал куда-то в душу патриота.
Так мы и шли. Я скучал, время от времени охотился на дичь, изучал всё нестандартное и интересное вроде руин или следов схваток других существ. Альвисы же рассказывали мне о своём мире то, что знали сами. Последние недели их жизни прошли под знаменем великой осады, которую устроили альвы, и безмерного голода. Они погибли и как закончилась война, Дзот не знал, но мог догадываться. Ушастые пышут силушкой и здоровьем, возведя в абсолют культ пауэрлифтеров, тогда как их бочкообразные родственники целой расой «воскресли» в виде нежити. Проиграли они… Жестоко проиграли. Думаю, количество бойцов и ресурсы сыграли свою роль. Всё-таки армия должна что-то жрать, а случае осады запасы имеют свойство заканчиваться. Если враг захватил все окрестные плодородные земли, то придумать что-то дельное вряд ли получится.
Итак, мы шли уже сутки, время от времени останавливаясь и отправляя глазастых гонцов на горную вершину по соседству, чтобы проверить направление. Да, как я уже слышал, свою родную гору они «чуют». И чуйке доверяют, следуя по лабиринту бесконечных гор.
— СТОП!
— Что такое? — рядом моментально появился Дзот.
— Тут кто-то есть…
Обострив чувства, я стал следить за потоками маны, пока не заметил, как она устремляется к впереди стоящему валуну, наполовину перекрывшему проход.
Я тихо показал направление возможной опасности, и командующий отправил разведчиков. Те намертво вцепились полуистёртыми пальцами в отвесные скалы по бокам от нас и умчались вперёд не хуже пауков. Спустя минуту началась битва.
Хватило обучить этих скалолазов банальной системе жестов и, используя бинокль, передавать сообщения основному отряду.
С топором в руках я одним из первых ворвался в строй бело-синих волосатых громил, весьма напоминавших йети или снежного человека. Ростом под три метра, каждый владеет магией льда. Сильные и живучие, но неповоротливые и самонадеянные. А по интеллекту и вовсе чуть умнее обезьяны. Короче говоря, справились с минимальными потерями.
Немного передохнули, восстановили костяков и отправились в путь дальше. Ну а я обрадовался награде в виде сухпайка, пусть и не земного происхождения, и дорогого сердцу апельсина.
Сухпай съел по дороге. То были странные пластины из каких-то растений семи вкусов и разной степени твёрдости, волокнистости и тянучести. Одни, будто чипсы из водорослей. Другие — жвачка из солёного манго. В общем, любопытный опыт. И главное — сытный. Пить потом хотелось невероятно. Благо скоро добрались до горного ручья, протекающего на границе двух гексов, и я объявил привал.
Вернее, торжественная церемония объявления привала досталась мне. Альвисы в отдыхе не нуждались. Им было нужно лишь время для разведки и определения дальнейшего маршрута.
Десяток скалолазов-экстремалов сорвался с места, а я решил прикорнуть. Обычно такие остановки длились не менее получаса. И вот, стоило только прикрыть глаза, как меня уже будят.
— Да что ж вы за люди такие⁉
— Что? Где⁈ — ошарашенно оглядел себя Дзот, даже приблизившись к ручью, чтобы взглянуть на собственное отражение.
— Царь… Не шутите так больше. Я чуть душу бездне не отдал.
— Ты чего будил-то?
— Ах, верно! Прошу простить мою слабость. Разведчик вернулся и доложил, что в нашу сторону приближается два больших отряда в несколько сотен бойцов. Что будем делать?
— И когда они прибывают? — вздохнув, с трудом поднялся с лежанки.
— Не могу знать, но идти им не больше трёх минут. И они уже отправили разведчиков в нашу сторону. Я видел одного прямо перед тем, как дослушал доклад и отправился будить вас.
— Хреново дело. На всякий случай — уходим. С какой стороны они идут?
Ответ поступил моментально: с горного склона спрыгнул ещё один разведчик и, даже сломав ногу, поспешил к нам. Ещё на подступах к лагерю он закричал:
— ОНИ РАЗДЕЛИЛИСЬ! ИДУТ ОТОВСЮДУ! С КАЖДОЙ ТРОПЫ!
Подремал, мать его…
Глава 19
— Отбой тревоги. Свои, — вложил меч в ножны Дзот и с разбегу прыгнул грудью в грудь другому, не менее здоровому и широкому скелету. Настоящий костлявый куб! И в ширину, высоту и толщину командир окружившего нас воинства был весьма равномерен.
— Дзот, дружище! Сколько гор, сколько лун! Как же я рад видеть старых знакомых! А что за уродливый альв с вами? Пленного взяли? — застучал челюстями Гирд, командующий обоими окружившими нас отрядами.
— Ох, сопляк Гирд, как ты возмужал после моей смерти! Как я погляжу, стал настоящим красавцем! Нет, это не альв. И он не пленник!
— Да? А кто это?
— Ты не поверишь… — попытавшись приобнять за плечи старого знакомого, вздохнул начальник элитной царской гвардии.
Я говорил, что альвисы — удивительный народ? Собственно, как и их история. А уж сколько таких историй могут рассказать мертвецы, вы не представляете.
Дзот был не просто командиром. Он был лучшим воином Вурфета. Самым безбашенным, верным и упрямым.
Поняв, что драки не будет и враг в серых накидках — это отряды Вурфета, все расслабились и стали быстро собирать лагерь. А много ли надо альвисам, которые не чувствуют ни холода, ни жары, ни жажды? Ну, за редким исключением… Маги немного «помнили» о вкусах и умели их как-то воспринимать через свой магический источник. Впрочем, это интересовало мой любопытный нос в меньшей степени. А вот после того, как меня представили и я подтвердил свой статус, рассказав о кончине царя последней горы…
Вот тогда-то я и стал отчасти «своим». Мы отправились по уже изученным гвардией Вурфета тропам, а я с интересом развесил уши, внимая истории падения Первой горы.
Дзот, оказывается, стал героем. Правда, посмертно. История о его небольшом отряде, что словно триста спартанцев перегородил путь огромной армии альвов на дальней заставе и трое суток, как скала в океане врагов, отвлекали усилия противника, широко разошлась у подгорного народа.
Вообще, называть их подгорным народом неправильно. Жили они в горных долинах и предгорьях, хотя многие действительно уходили в пещеры чуть ли не до конца дней. Но всё же альвисы не были исключительно подгорными жителями. До начала Великой войны и осады первой горы.
