Фаверо подошёл к этой задаче со всей серьёзностью, на которую только был способен, не подозревая, какие объёмы работы его ждут в первой же партии сырья.
Туши монстров очага поступали в мастерскую нескончаемым потоком. Симон, как искусный мастер клинка, сразу смекнул, почему его определили именно сюда — кто лучше него сможет виртуозно разделать эти громадины на аккуратные части? Бросив внимательный взгляд на образцы, разложенные перед ним на блестящем металлическом столе, он засучил рукава и взялся за дело, стремясь в точности повторить безупречную технику разделки.
Парень старался работать без промедлений, но туши прибывали с какой-то фантастической скоростью, словно где-то наверху работал целый конвейер по добыче этих существ. А, вероятнее всего, так и было.
Вскоре Симон взмок от напряжения, руки гудели, а гора неразделанных монстров росла с угрожающей быстротой. «Как же здесь справлялись раньше?» — недоумевал он, вытирая пот со лба тыльной стороной ладони. 'Неужели тут работала целая бригада мастеров клинка? Но куда же они все подевались?
Когда неразделанных туш накопилось столько, что они едва не доставали до потолка, в мастерскую спустилась сама Алина.
Какое-то время она с любопытством наблюдала за героическими усилиями Симона, чуть склонив голову набок и скрестив руки на груди. Затем, не проронив ни слова, просто подошла к одному из разделочных столов и нажала на ярко-красную кнопку с большой надписью над ней: «Авторазделка».
В тот же миг из стола вырвалась целая армада сверкающих клинков, а сверху опустился прозрачный купол, усеянный разнообразными ножами и пилами.
Механизм заработал с впечатляющей скоростью — и то, над чем Симон корпел часами, обливаясь потом, заняло у автоматики каких-то пару минут.
— Прости, Симон, — сказала Алина, с трудом сдерживая смешок, — кажется, я забыла упомянуть, что для разделки туш достаточно просто нажать на эту кнопку. Если честно, думала, что это очевидно, — кивнула она на надпись.
Симона окатила волна жгучего стыда. Щёки вспыхнули так, что, казалось, от них можно зажечь факел.
— Да, конечно… Мне стоило уточнить, — пробормотал он, внезапно заинтересовавшись узором на полу.
Желание и дальше оставаться в мастерской улетучилось мгновенно.
Симон не был глупцом и сразу понял, что если всё здесь настолько просто, что даже самая примитивная химера справится с нажатием кнопки, значит, Алина просто не знала, как ему отказать.
По своей доброте девушка придумала хоть какое-то занятие, чтобы он чувствовал себя полезным.
Так что Фаверо, конечно, честно дотерпел до конца рабочего дня, методично нажимая на кнопку и старательно избегая встречаться глазами с редкими посетителями, но покинул мастерскую с таким настроением, будто проглотил целый лимон.
С душой, полной горечи, Симон отправился проветриться в ближайший парк за границей резиденции.
Земля поскрипывала под ногами, а прохладный ветерок ласково обдувал его всё ещё пылающие от смущения щёки.
Внезапно его внимание привлекло что-то знакомое, а именно пушистая кошка, которую он частенько видел возле дома Максимилиана. Та промчалась мимо него со скоростью метеора, словно за ней гнался сам дьявол.
У Симона была отличная память и острое зрение, поэтому он безошибочно узнал именно ту самую кошку, с характерным чёрным пятнышком на правом ухе и забавно подёргивающимся кончиком хвоста.
«Неужели потерялась? Или от кого-то удирает?» — эти мысли вспыхнули в его голове. Недолго думая, он рванул следом, перепрыгивая через скамейки и лавируя между прохожими как заправский паркурщик.
Он настиг беглянку в тот самый момент, когда она юркнула в старый заброшенный склад, который не успели снести. Раньше там хранили инструменты смотрители парка, а теперь он просто ветшал без дела.
Ситуацию подогревало то, что кошку, как выяснилось, преследовал не только Симон. За его спиной материализовалась целая делегация разгневанных мамочек с колясками, которые остановились у входа в здание и затеяли бурное обсуждение.
— Я точно видела, как он юркнул туда с моей сумкой! — возмущалась одна, тыча пальцем в полуразрушенный склад.
— Этот негодяй уже третью неделю промышляет в парке! — вторила ей другая, поправляя сползшие на нос очки.
— А вдруг у него там подземный ход? — выдвинула фантастическую теорию третья, с тревогой поглаживая коляску.
— Бедная кошечка! Что, если он её обидит? — переживала самая молодая из них.
Симон не стал дослушивать этот импровизированный консилиум и решительно шагнул внутрь здания. Интуиция его не подвела, кошка действительно метнулась в подвал, но какая-то тень молниеносно захлопнула дверь прямо перед его носом.
Не тратя времени на размышления, Симон выхватил свой верный клинок и обрушил его на преграду.
Удар вышел настолько мощным, что дверь не просто слетела с петель, а разлетелась в щепки. К несчастью, лезвие задело какую-то опорную балку, ключевой элемент конструкции и без того дышащего на ладан здания.
Ведь клинок у Симона был не простым, а артефактным. Он мог пробивать магические щиты. Что ему какое-то трухлявое дерево.
Дом содрогнулся. С потолка посыпалась штукатурка, стены пошли трещинами, а откуда-то сверху раздался зловещий треск. Но разве мог Симон отступить, когда услышал отчаянный кошачий вопль из глубины подвала? Конечно нет! Лавируя между падающими обломками, он ринулся вниз по шатающейся лестнице.
Картина, представшая его глазам, была настолько нелепой, что на мгновение он застыл в изумлении. В дальнем углу подвала, забившись в угол, сидел тощий парень с всклокоченными волосами. Его руки и лицо были исполосованы свежими царапинами, а сам он истерично швырял в кошку дамские сумочки.
— Пожалуйста, не надо больше! — взвизгивал он каждый раз, когда кошка делала угрожающий выпад в его сторону. — Забери эти проклятые сумки и уйди!
А довольная Пуша, а это была, несомненно, она, восседала на внушительной горе своих трофеев, словно дракон на сокровищах. Её янтарные глаза сверкали триумфом, а хвост победно подёргивался.
В этот момент потолок начал рушиться с оглушительным грохотом. Не раздумывая ни секунды, Симон активировал защитный щит, который, переливаясь голубоватым сиянием, накрыл куполом и его, и кошку, и даже незадачливого воришку. Не то чтобы Симон горел желанием спасать преступника, но он твёрдо верил, что воровство — не тот проступок, за который следует расплачиваться жизнью. Суд решит, что с ним делать.
Когда обвал закончился, Симон применил ещё одно заклинание — магию ветра.
«Воздушный взрыв!» мысленно скомандовал он, и мощная волна воздуха аккуратно раздвинула обломки, образуя проход наружу.
Он действовал предельно осторожно, чтобы не задеть столпившихся зевак, которые теперь с отвисшими челюстями наблюдали, как из-под груды разлетевшихся гнилых досок появляются три фигуры.
Выражение лиц собравшейся публики было бесценно. Смесь изумления, восторга и недоверия. А маленький мальчик лет шести, стоявший в первом ряду, внимательно оглядел сначала разрушенное в хлам несчастное здание, а затем Симона, державшего на руках мурчащую Пушу, и крайне серьёзно произнёс:
— Зато он спас кота!
Симон дождался полиции, с грустью понимая, что и здесь его помощь была совершенно излишней. Пуша оказалась не просто кошкой и вполне справилась бы с преступником сама, притом не разрушая склад.
Хотя, учитывая, что его и так должны были снести… только это и примиряло Фаверо с ситуацией.
Решив, что приключений на сегодня более чем достаточно, он направился обратно в резиденцию.
Однако судьба явно имела на него другие планы. Неподалёку от ворот Симон заметил пожилого господина, которого уже не раз видел в компании Макса, но так и не имел возможности познакомиться.
Старик стоял на обочине дороги и с каким-то отрешённым, почти потерянным видом наблюдал за проезжающими автомобилями.
Симон не раз сталкивался с проявлениями старческой деменции и прочими возрастными недугами, поэтому не смог просто пройти мимо. Пускай и изредка, но такому подвержены даже маги. Дар не всегда идёт рука об руку со здравомыслием. В случае некоторых кланов — скорее наоборот.
