Снова удар!
Лезвие твари светится тусклым синеватым светом, и я отбиваю этот удар.
Разворот!
Быстрее!
Ещё быстрее!
Боль придаёт мне сил, хотя Червь уже взялся за дело и впрыснул в меня обезбол, чтобы я не откинулся раньше времени.
Наши клинки так и мельтешат в воздухе.
Это уже не фехтование, а тупая рубка в средневековом стиле, когда оба воина находятся на последнем издыхании и пытаются отсечь друг другу конечности или пырнуть остриём меча в живот и намотать на лезвие кишки.
Хоп!
Обманное движение.
Шаг в сторону.
Я переношу вес тела на левую ногу и рублю сверху-вниз. Наотмашь.
Ширх!
На! Получай, тварь!
Бух!
Мой клинок разваливает монстра на две части, от шеи до паха, и уходит вниз, а к моим ногам падают два обрубка тела, которое уже больше не соберётся.
Второй некробиоморф, воспользовавшись моментом, тычет в меня своим клинком.
Тупо, как копьём. Я не успеваю уклониться, уже не осталось сил, и лезвие втыкается мне в бедро, пробивая его насквозь.
Вот так — раз-два! Туда и обратно!
Я молчу. Терплю эту боль. Накапливая в себе ненависть, как скупец золото.
Припадаю на колено, увлекаю монстра за собой, и, пока он, по инерции, валится на меня, успеваю выхватить пистолет и палю зубами ему по глазам. В упор. Методично, как в тире, отстреливая его зенки от щупалец.
— Сдохни, тварь! Сдохни!
Бам! Бам! Бам!
Монстр дико трепыхается, а я, левой рукой хватаю его за основание, из которого растут его щупальца, и всовываю туда ствол пистолета, быстро нажав на спуск.
Бам! Бам! Бам!
Пули-зубы пробивают тварь сверху-донизу, и вылетают из него, оставляя фонтанчики в жиже.
Некробиоморф валится набок, и я, отбросив уже ненужный мне пистолет, в котором закончились заряды, закидываю клинок за спину, снимаю с пояса дробовик и, приставив дуло к брюху твари, нажимаю на спуск.
Бух!
Взрыв!
Тварь раскидывает во все стороны, а на меня выплёскивается кислота, от которой плавится мой шлем.
Я срываю его с головы и отшвыриваю в сторону.
Финита ля комедия!
Чудовище с молотом, тем временем, с трудом поднимается.
Одна ходуля у него сломана, но оно опирается на обрубок, и помогает себе молотом.
Его рот раскрывается шире, будто тварь готовится издать рёв. И, из монстра, я сразу это почувствовал, вырывается волна пси-удара.
У меня темнеет в глазах. Я плыву, и, едва не падаю в жижу.
А тварь, медленно, но неотвратимо, приближается ко мне всё ближе и ближе. И, из её лапы, показывается щупальце, — та кишка, через которое монстр питается. И следующим кормом должен стать я!
В этот меня захлёстывает такая ярость, что она испепелит меня изнутри.
И ярость даёт мне сил, даже больше, чем нейробустер из симбионта за спиной.
— Всё, — шепчу я. — С меня хватит! Пора тебя кончать!
Я, несмотря на пробитое клинком бедро, поднимаюсь. Стою и смотрю в харю этой твари, одновременно перезаряжая дробовик.
Готово!
Я целюсь в центр его тела — туда, где между складками кожи пульсирует, что-то тёмное и похожее на сердце.
— За всё, урод!
Жму на спуск.
Бах!
Разрывной заряд попадает точно в цель. Кислота прожигает туловище насквозь, но тварь не останавливается. Она лишь издаёт непонятный звук из самой глубины своей глотки, невероятный рёв, от которого у меня разрывает барабанные перепонки, и в ушах раздаётся тонкое — дзинь!
Это мой слух сказал мне: «Пока!» и я погружаюсь в мир тишины.
Чудовище делает шаг вперёд. Замирает на одной ходуле и поднимает молот…
Пытаюсь выстрелить снова, но дробовик клинит.
Млять!
Я перехватываю его за ствол, и размахиваюсь, как дубиной, чтобы с одного удара размозжить твари башку, но…
Молот уже взмывает в воздух и обрушивается вниз.
БУМ!
Я едва успеваю уклониться и молот пробивает основание зала там, где я только что стоял.
Новый замах!
БУМ!
Молот обрушивается на меня с чудовищной силой.
И, на этот раз, я не успеваю отскочить.
Удар сбивает меня с ног. Раздаётся громкий треск сломанных рёбер.
Я выпускаю из рук дробовик, отлетаю к стене, и ударяюсь об неё головой. В глазах темнеет, а дыхание перехватывает.
Чудовище подходит ближе, нависает надо мной. Его рот раскрывается шире, из него вырывается поток чёрной жижи, который обдаёт меня вонючей и клейкой субстанцией, которая припечатывает меня к стене.
Я смотрю своей смерти в глаза, и, у меня нет страха.
Так тому и быть! Я сделал намного больше, чем может человек, и больше, чем даже не человек.
Чудовище выжидает. Явно упивается моментом своего триумфа. Затем, поднимает молот для последнего удара кувалдой.
Я почти вижу, как он опускается на меня, как тьма накрывает меня с головой.
Последнее, что я успеваю подумать:
«Значит, мне — пиз… ц…»
Молот опускается.
БУМ!
Мир для меня гаснет.
Лабиринт содрогается, стены начинают растворяться, но я уже не чувствую этого.
Я лежу на полу, неподвижный, в луже собственной крови.
Чудовище склоняется надо мной, протягивая лапу, из которого, как удав, выползает щупальце, чтобы меня сожрать.
«Вот и я стал кормом», — думаю я, и это стало последней мыслью, прежде, чем моё сознание окончательно отключилось.
* * *
Пи… Пи… Пи…
Противный звук в ушах.
Тьма.
Вспышка.
Тьма.
Вспышка.
Они мелькают передо мной, как лампы стробоскопа.
И, из этой тьмы, внезапно, как удар молнии, возникает системный код, который сменяется бегущими строчками зелёного цвета.
10… 9… 8… 7… 6…
Внимание!
Активировать проекта Феникс.
Загрузить начальный уровень.
Загрузка завершена.
Перемотать на исходную точку.
Перемотка выполнена.
Перейти к резервной копии.
Переход выполнен.
Запустить объект с идентификационным номером…
«Что за нах… — думаю я, пропустив мимо ушей порядковый номер. — Я, что, всё ещё жив?»
Ответа нет, поэтому я смотрю на бегущие строчки дальше.
Объект запущен.
Состояние?
Критическое!
Разряд!
Ещё разряд!
Бух!
Я точно получаю удар электрическим током, и меня, с головы до пят, пронзает резкая боль.
Состояние?
Стадия возврата.
Моторика?
Моторика в норме!
Уровень сознания?
Прогружено на 95 %
Прогружено на 100 %
Готово!
Перейти к исходной версии нейронафта.
Переход выполнен.
Включить сценарий 5 точка 0 дробь 1.
Сценарий запущен!
Запустить таймер.
Таймер запущен.
Выйти из проекта Феникс.
Выполняю. Выход на счёт:
5… 4… 3… 2… 1…
Строчки затухают, а я уже совершенно уверен, что у меня начались цифровые глюки.
«Эй! — мысленно ору я. — Кто это там ещё разговаривает?»
Ответа нет.
Вдруг…
Бам!
Я точно получаю кувалдой по башке, и резко открываю глаза.
Зрение ко мне возвращается не сразу, постепенно, будто с них снимают мутную поволоку.
Осматриваюсь.
Вокруг меня тот же зал, где и был бой.
Стены всё так же пульсируют, чёрная жижа хлюпает под мной, а я лежу на полу, в луже собственной крови, а надо мной склонилось чудовище.
То самое — с молотом!
Его щупальце уже проникло в мою развороченную, как после взрыва, грудину, и я чувствую, как оно высасывает мои растворённые внутренности, будто пытается вырвать из меня саму душу.
Боль адская, но… она меня не убивает!
А потом… я ощущаю внутри себя Червя.
Он шевелится, пульсирует и запускает нечто такое, что выходит за грань человеческого восприятия действительности.
Горячая волна энергии прокатывается по моему телу. Раны начинают медленно затягиваться на моих глазах, кости срастаются с тихим хрустом, а кровь перестаёт течь.
