Погружение (СИ) - Кораблев Родион

Впрочем, окружающие уже догадались, и желающих нарушать распоряжения Мирам не осталось — адепты вообще довольно серьезно относились к личной безопасности. В смысле, они, конечно, постоянно рисковали, но только когда для этого имелись причины.

После этого они рассматривали дымчатое тело монстра строго через энергетическое зрение, благо гусеницу прекрасно было видно и так…

Что интересно, первые удары мгновенно пробили защитную аномалию. Более того, гусеница даже не особо напрягалась, словно ее защита действовала автоматически и ничего ей не стоила. А у некоторых особо чувствительных сканеров сами собой срабатывали особые навыки. Не сканирующие, а предупреждающие об опасности. Например, подсказки от Силы.

И все эти сигналы намекали, что существо опаснее титана!

На крайнюю степень опасности противника также намекал отряд мастеров Ментала, который несколько часов медитировал возле аномалии, но недавно все закончилось, и сейчас ментатов откачивали энергетические хирурги. Некоторых даже на корабли перенесли, настолько они вымотались. При этом никакого боя, по сути, не было — просто медитация.

Несложно было догадаться, что легион ментатов не сумел справиться с монстром, от которого, кстати, также несло Менталом.

Ну и последний штрих — на сцене неожиданно появился Разрушитель. Пару минут он провисел рядом с аномалией, спокойно рассматривая вихрь. Рядом с ним находилась весьма изможденная женщина, известная некоторым адептам как Старший Администратор Совета великих школ. Все это также указывало на то, что монстр не так прост, как кажется.

Алекс оторвался от вида гусеницы и перевел взгляд на невысокую худощавую женщину. Кляйн предупредил его, что Роберта с подозрением относится к гильдии Табера. Впрочем, странно было бы ожидать другой реакции от представителя Совета. Наоборот, стоило бы напрячься, если бы Совет с распростертыми объятиями принял гильдию-новичка в большую семью школ Первого Радиуса. Особенно после всего того, что Табера уже натворила и могла натворить.

Так что реакция Роберты не вызывала вопросов.

Хотя прямо сейчас женщина была истощена до предела и явно мечтала об отдыхе. Однако неподалеку вращалась причина, по которой им обоим нескоро придется отдохнуть…

— Расскажи мне о том, что ты там видела, — попросил Алекс.

— Видела — не совсем точное слово, — хрипло просипела Роберта. — Скорее почувствовала несколько намеков. Но я уверена, что это существо сделано не только из монстров, но и из адептов. Причем не только из ментатов. Там много Сил намешано. Но главная — Ментал. Это помимо Бесформенности, конечно.

— Совсем как у кукловодов в Квазаре.

— Не совсем, — покачала головой Роберта. — Кукловоды используют псевдо-дубль для тонкого воздействия на Реальность. А потом они накачивают его Бесформенностью. Получается замкнутая область, в которой они многое контролируют, но не все. Другими словами, Бесформенность для них стихия, а Ментал — поводок для управления этой стихией.

— А это существо?

— Его создал Бесформенный, и оно напрямую управляет силой хозяина. Ментал для него скорее помощник. Как Линза у адептов. Дубли-реальности и другие костыли ему вообще не нужны. То есть они помогут, но кукловод может действовать очень быстро и без них. Я даже думаю, что он не способен создать Дубль Реальности. Слишком молодой и неопытный. Но когда заматереет, станет непобедимым.

— На любого противника можно найти управу, — спокойно заметил Алекс. — Левиафан гораздо сильнее. Да и титанов я бы не списывал со счетов. Особенно если они объединяются в стаи. У них есть несколько интересных коллективных техник.

— Тут не мне судить, — пожала плечами Роберта. — Я титанов-то живьем только недавно увидела. Причем издалека. Однако Рой сильнее их всех. Это вообще самый сильный противник, с которым я встречалась. Даже без своей свиты.

— Потому что нематериален?

— Тут тоже не все так просто… Полагаю, он живет в своем слое реальности. Это примерно как дворцы пространства или твои аномалии, но только там царит Ментал. Поэтому его очень сложно достать. Не сравнивай его с кукловодами в Квазаре. Разница слишком большая. Настолько, что это существо проявилось в реальности. А это все равно что мысли материализовать!

— Пространство Ментала, — задумчиво протянул Алекс. — Любопытно… Кстати, ты столкнулась с Бесформенным?

— Да! — вздрогнула Роберта.

— И что почувствовала?

— Даже вспоминать не хочу! Теперь я немного жалею, что приняла его дар.

— Врата Бесформенного можно привязать к своей Силе. Я так и сделал.

— Отличная мысль! Хотя не прямо сейчас, — поморщилась Роберта. — Слишком его врата удобны. Хотя и опасны. Он словно искушает меня.

— Обычно так и бывает с дарами Бесформенного, — усмехнулся Алекс. — Но вернемся к нашему пленнику. Что с ним делать? Энергия воплощения на него слабо действует.

— Вот именно об этом я и говорю! — с чувством произнесла Роберта. — На него ничего не действует! Мы даже Менталом не смогли его пронять, хотя он почти не защищался. Он сам как маленькая стихия! И энергия у него не заканчивается. Я не спорю, возможно, у левиафана ее еще больше, но там она распределена по огромному телу. А это существо более компактное. И распоряжается ею иначе. Я не просто так сказала о материализации мыслей.

— С таким количеством «последователей» неудивительно, что энергии много, — хмыкнул Алекс, кивнув на огромную толпу монстров вдали. — Но ты все равно сказала Мирам, что нашла решение.

— Возможно, я поспешила, — снова поморщилась Роберта. — Но шанс победить у нас есть. Хотя сразу предупрежу, что после смерти эта тварь может переродиться. Причем далеко отсюда. Но я не уверена.

— Я тоже этого опасаюсь. Однако пока не попробуем — не узнаем.

Обсуждение предстоящего боя не заняло много времени. Роберта поделилась своими мыслями, и они показались Алексу осуществимыми. Нужно было только внести несколько дополнений с учетом его способностей. В общем, он решил не ждать, а действовать.

У него были свои идеи, как уничтожить гусеницу, однако все они предполагали прямое столкновение. Но тогда даже если они победят, кукловод сможет сбежать. Причем вместе с вратами. И все, ради чего затевалось это мероприятие, окажется под угрозой — гусеница вернется к своим монстрам и переродится в бабочку. В смысле, восстановит Рой и начнет утюжить окрестности Глирда, собирая адептов. И Первый Радиус в ближайших секторах станет необитаемым. А во что превратится Рой со временем, подумать было страшно.

Поэтому обязательно нужно было ослабить противника и дотащить до Бездны. Туда и мелкие монстры не полезут, либо с ними легче будет справиться. Бездна же была таким местом, где важнее силы были умения и знание о том, как найти выход обратно. Вряд ли простым монстрам это было под силу.

Так что пока Алекс придерживался прежнего плана.

Надо сказать, его сильно волновали новости о происхождении кукловода. Они намекали, что Бесформенный экспериментирует с разумными. Точнее, подстраивается под них и под ситуацию.

«Не только адепты получали новые возможности, но и монстры, — с тревогой размышлял Алекс. — Пришла напасть, откуда не ждали».

Почему-то он считал, что монстры останутся неизменными, пока адепты будут получать выгоду от новых врат… Но появление измененных Феста все изменило. Это как плеснуть бензин в костер посреди леса и ожидать, что пламя будет только обогревать. Вполне возможно, поднявшееся пламя разгорится и сожрет весь лес.

Собственно, именно это и происходило в глобальном масштабе — мир адептов и Тьма монстров начали смешиваться! К чему это приведет, никто, разумеется, не знал.

«Все мы меняемся. Бесформенный — действительно символ изменений», — поморщился Алекс, снова мазнув взглядом по смерчу — гусеница сейчас крутилась на месте, не желая засыпать.

Так или иначе, действия Бесформенного грозили создать множество проблем в будущем. Ведь кукловод перед ними не обязательно останется единственным представителем своего вида, потому что утратившие разум адепты сейчас были раскиданы по всему Пузырю. Да и левиафан, где они производились, никуда не делся.