Я закрыла дневник и откинулась на спинку кресла, запрокинув голову. А и правда, смогла ли бы я в такой ситуации согласиться на роль фаворитки, чтобы остаться с ним? Пожалуй, все же нет. Не смогла бы делить его с другой, даже если она имеет на него больше прав. Особенно если она имеет на него больше прав. Не представляю, как бы мы все это пережили, но его выбор в данной ситуации для меня был очевиден, а значит я просто ушла бы. Пожалуй, и из Мириндиэля тоже. Не хотелось быть для окружающих бывшей будущей владычицей.
Скучала бы я при этом по Тэлю? Бесспорно. Согласилась бы стать при таком раскладе женой Райнкарда? Думаю, да. Ведь тогда меня уже не связывали бы обязательства перед другим. Я попыталась представить, что прихожу с Райном на бал, вижу там Тэля с Анли, и поняла, что порадоваться за него, как за Элтара, воссоединившегося с Милиэной, не смола бы. От одной мысли о том, что он с другой, становилось тоскливо и горько.
А если представить, что Райн женился? Да хоть на той же Линаре. Я вроде бы и рада за них, но как представлю, что больше меня не зовут в замок, не предлагают вместе слетать для снятия реперной точки или пойти в поход, в душе опять все те же тоска и горечь. Как собака на сене, право. Да и если представить, что Тэль выбрал меня, а не Анли, но постоянно проводит с ней время, ведь их объединяет столько всего… Я бы с ума сошла, наверное. Бедный Тэль.
Нужно было раньше попытаться поставить себя на его место, а я все куда-то бежала, спешила жить. Дурацкая ситуация сложилась. Еще и Райн с предложением этим. Неужели он думал, что я действительно могу бросить жениха и уйти к нему? Даже если бы я не любила Тэля, есть же обязательства… Стоп!
Я замерла, боясь поверить в чудовищное предположение.
А что, если Тэль не случайно пропал именно в тот момент, когда вампир решился? До чего такого они договорились, что это кончилось практически дракой? И почему Тэль считал, что он низко пал?
Нужно было расспросить Райна об этом поподробнее, но не сейчас. На улице было уже темно, а меня после сегодняшнего активно проведенного дня ощутимо клонило в сон. Я не стала сопротивляться и, забравшись в постель, закрыла глаза.
Где же ты Тэль? Что с тобой?
Утром первым делом убедилась, что камни в венце не потускнели, и, прихватив на кухне гостинцы для вампиров, отправилась в замок. Райнкарда на месте не оказалось, но с учетом того, что Вельд присутствовал при их ссоре с Владыкой, так, пожалуй, было даже лучше.
Оказывается, как Райн делает мне предложение, не только слышали, но и доложили об этом Владыке. Кошмар! Уж лучше бы я все-таки пошла тогда в Мириндиэль и сама все рассказала, а то еще неизвестно, как ему это преподнесли. Хотя тут как не преподноси, намного хуже не станет, особенно учитывая, что узнал он об этом не от меня. Вот тебе и не хотела поссориться.
Тэль, появившись в замке, напрямую заявил вампиру, что уводить чужую невесту подло. И я с ним, в общем-то, была согласна, но ведь и уводиться не собиралась. Райн же ответил, что я имею право сама выбрать с кем остаться, а то, что эльф сделал предложение первым, ничего не значит. И вообще, меня просто уговорили тогда сказать ему «да». После этого они и сцепились.
Честно говоря, такого от Райнкарда я не ожидала. Не знаю, откуда о том, как проходила наша помолвка с Владыкой, стало известно ему, я вроде бы не говорила, но это, по всей видимости, оказалось последней каплей, переполнившей чашу сомнений Тэля. Ведь именно правда бьет большее всего. А о том, почему я изначально ответила «нет», мы с ним так ни разу и не поговорили. Вот Тэль и решил предоставить мне это самое право выбора. Посмотреть, что будет, если он исчезнет из моей жизни.
Остается главный вопрос: «Куда?». И с этим Вельд мне помочь уже не мог. А Олист оказался не так уж не прав, обвиняя меня. Скорее, даже полностью прав.
Глава 24
Найти подсказку о текущем местонахождении Тэля в его дневнике я уже не надеялась, но все равно продолжала его читать, разматывая клубок жизни эльфа в обратном направлении. Записи он делал не часто, по всей видимости, выплескивая на молчаливо внимающие ему страницы то, чем не мог поделиться больше ни с кем.
Самая ранняя запись современного периода датировалась временем после очередного покушения, когда Райн мимоходом признался, что любит, и меня угораздило рассказать все Тэлю. Именно тогда он решил поделиться сомнениями с дневником. Причем, сомневался он преимущественно в том, не принуждает ли меня к браку насильно. И все из-за моих слов, что останусь с ним потому, что он сделал предложение сразу, а Райн не сделал его вообще. И ведь я-то хотела как лучше, когда ему это объясняла. Вот уж правду говорят, благими намерениями выложена дорога в ад.
Следующие надписи относились уже к периоду отбора невест, приведшему к бегству Тэля ото всех. Тогда он, правда, сбежал скорее внутрь себя, но, похоже, такая реакция на проблемы для него вообще свойственна. Во всяком случае на проблемы личного характера. Если я правильно помню, когда погибли его жена и дочь, он тоже сбежал ото всех, а вернулся только чтобы устранить бытовые сложности, сопутствующие уединению. Мириндиэль возник, по сути, вопреки его воле.
Пожалуй, первые два дня действительно не стоило беспокоиться, учитывая оставленную им записку, но сейчас идет уже восьмой. Неужели трудно было Вейлеру сообщить, где он, чтобы остальные не переживали? Я же нашла способ из Мертвого города к нему сходить, когда нас туда на два дня отправили, не предупредив об этом. Вот только я хотела с ним еще и повидаться, а не только предупредить. Он же, судя по всему, видеть никого не желает. Может, я не права насчет балахона, и история действительно повторяется?
Отложив дневник, решила немного отвлечься, но начинать повторять вопросы перед завтрашним экзаменом было уже поздновато. Как говорили у меня на родине, перед смертью не надышишься. Да и вряд ли удастся сейчас достаточно сосредоточиться.
Побродив по дому несколько минут, я заперла дверь и неторопливо пошла в сторону озера. Перелетать его не стала, вместо этого нашла каменную дорожку, по которой попала на остров первый раз. Пока шла по ней, казалось, что вот сейчас зайду на поляну, где под журчание воды ласкает босые стопы мягкая трава, а там на камне у края пруда сидит эльф в темном балахоне, сам себе напевая тоскливую мелодию. Но там ожидаемо никого не было. Только ветер тихо шелестел листвой, да рассыпал радужные брызги небольшой водопад. Если бы только они могли подсказать, где искать Тэля.
— Помогите мне, — шепотом попросила я, обращаясь сразу и к стихиям, и к свету творения, да к кому угодно. — Дайте подсказку.
Вот почему мое предчувствие молчит, когда оно так нужно? Хотя, может, и хорошо, что молчит, а то обычно после его подсказок кого-то срочно спасать приходится. Но как было бы хорошо, если можно было бы просто взять и перенестись к нему по волшебству, как в сказке. Но я уже знаю, что магия так не работает. А жаль.
Раздевшись и сложив одежду на камне, я шагнула под струи водопада, оказавшиеся довольно холодными. Прошлый раз они нагрелись для меня по просьбе Тэля, а сейчас его не было рядом.
Простояла так недолго, быстро замерзнув, но вода успела смыть налет безнадежности, и я, высушив себя теплым воздушным потоком, отправилась домой дальше читать дневник. Даже если там нет прямого указания на то, куда мог отправиться Тэль, возможно, я смогу достаточно понять его, чтобы догадаться об этом сама. Главное не сдаваться. Пока он жив, ничего непоправимого не произошло.
Чем ближе к началу отбора я продвигалась в чтении дневника, тем более ироничными становились описания предполагаемых невест, то и дело вызывая у меня улыбку. Особенно позабавил момент, когда Тэль долго думал, что его смущает в отношениях с, казалось бы, ничем не раздражавшей юной претенденткой, пока не понял, что относится к ней как к ребенку, не представляя эту эльфийку в постели за исполнением супружеского долга. Почему у них не сложилось позднее, когда девушка стала старше, из дневника было непонятно, но настолько интересно, что я даже решила расспросить об этом Тэля, когда он найдется.
