— У девчонки есть талант, — сказала мне Джинджер на ухо. — Гордишься?
— А мне-то чем гордиться? Выступает ведь она сама…
— Это ты ее нашел и привел сюда.
— Так ведь ты мне помогла, у меня в шоу-бизнесе знакомых раньше никогда не было.
— Не отговаривайся, лучше готовься выполнять нелегкую роль «крыши». — Она откровенно смеялась.
Тем временем представление шло дальше, почти на самом краю сцены несколько девушек в пышных юбках вовсю изображали канкан, повизгивая и взбрыкивая ножками, как породистые кобылки. При этом они ухитрялись не цепляться за пилоны — видимо, долго тренировались.
Буквально через пару минут к нам опять подсела Эвелин, все в том же сарафанчике. Быстро пошептавшись с Джинджер и получив одобрительный кивок, она переместилась на другую сторону дивана и прижалась к моему боку, положив голову мне на плечо.
— У тебя все получилось, как хотела? — спрашиваю у нее вполголоса.
— Да, и еще больше… Планировала два номера, на всякий случай сделала третий, обычно я на нем разминаюсь, а сейчас он пригодился, — хихикнула она. — Спасибо тебе!
— За что?
— За то, что не пристрелил тогда у забора…
Увидев приближающегося к нашему столу Маноло, она чмокнула меня в щеку и упорхнула в темноту служебного прохода. Мы подвинулись на своих сиденьях, и владелец клуба подсел к нам, кое-как вместившись между спинкой дивана и столом.
— Джин, Алекс, спасибо вам! Видите, как зрители реагируют? Теперь о ней слух по всему городу пойдет. Оплата выступлений будет соответствующая, девочка ваша еще и премиальные хорошие получила только что. Жить ей пока лучше здесь, все-таки Порто-Франко не самое безопасное место, особенно для красивых женщин. — Тут он посмотрел на Джинджер, и она согласно кивнула. — Если согласится еще и остальных моих девочек потренировать — вообще замечательно!
Мы с Джин переглянулись, и она сказала:
— Маноло, ты не хотел бы сделать красочную афишу для своего клуба?..
Дома, после ужина, мы снова сидели на диване и смотрели очередную старую комедию по телевизору. А когда легли спать, Джин обнимала меня и тихо-тихо пела какую-то песенку на незнакомом языке, будто колыбельную. Я не решился спрашивать, зачем она это делает. Если считает, что необходимо, пусть…
* * *
35 число 04 месяца 24 года, Порто-Франко
Несколько дней прошло как обычно — меня снова попросили помочь с ремонтом в конторе кабельного телевидения (починить несколько блоков), я ездил на аэродром, занимался штурманской подготовкой и обслуживанием «Сессны», к ужину возвращался домой. Как говорится, «проза жизни».
Вот и сейчас я откинул капот двигателя и проверял, нет ли потеков масла, для этого не нужно знать двигатель до последней гайки. Если где-то есть брызги — то остается позвать техника, и пусть он ищет причину. Осмотрев все доступное пространство, я уже собрался закрывать капот, как вдруг услышал звук мощного автомобильного двигателя — к ангару явно кто-то подъезжал. Кто бы это мог быть? Хокинс сейчас на вышке, техники работают в соседнем ангаре, Джинджер занята до позднего вечера, она меня предупредила. Сейчас мы над этим неожиданным визитером подшутим…
Машина остановилась за стеной, звук двигателя стих, и послышались легкие шаги. А, вот это кто…
— Привет, Эвелин! Каким ветром тебя занесло на аэродром? — громко сказал я, не высовываясь из-за створки капота.
— Привет! А откуда ты узнал, что это не кто-то другой?
— У меня очень хороший слух, чувствую, кто идет, даже если он крадется.
Выйдя из-за своего укрытия, вижу ее удивленные глаза. С трудом удерживаюсь, чтобы не засмеяться, — вся разгадка в том, что вход в ангар отражался в стекле открытой двери кабины. Но зачем лишний раз лишать себя удовольствия?.. Вытирая тряпкой грязные руки, подхожу ближе. Одета она сейчас вполне соответствующе моменту — светлая рубашка с коротким рукавом навыпуск, джинсы, кроссовки. На голове кепка с длинным козырьком, над которым сейчас сверху видны темные солнечные очки, волосы собраны в «хвостик».
— Ты сегодня что, не репетируешь?
— Вечером представлений нет, решила устроить себе день отдыха. А ты часто летаешь?
— Когда есть заявки на пассажиров или груз, сейчас перерыв был, пока царапина на спине заживала.
Эвелин кивнула, затем подошла ближе к самолету и осторожно дотронулась до пропеллера.
— А я вот никогда не летала… Только автобусом и поездом ездила, не очень далеко. Как это вообще, по ощущениям?
— Летает самолет, я им только управляю… Да, что-то он у меня застоялся, могу устроить воздушную экскурсию вокруг Порто-Франко, облететь город по кругу. Все равно нужно работу двигателя проверить. Полетишь со мной?
Эва быстро-быстро закивала, будто опасалась, что я передумаю, а глаза стали как у маленькой девочки, которой пообещали полет в санях Санта-Клауса.
— Тогда сядь пока вон там на лавочку, она чистая, и подожди, мне нужно самолет из ангара выкатить.
…Так, где у нас тягач-то?..
— Вышка, здесь «Редлайн», прошу тягач, буду проверять двигатель.
— «Редлайн», это Вышка, тягач сейчас будет.
Все, теперь можно готовиться к вылету. Закрываю капот, проверяю замки. Пока едет тягач, можно провести подготовку…
Спустя десять минут «Сессна» стоит рядом с ангаром, тягач сразу же уехал, я помогаю Эвелин забраться в кабину и показываю, как подогнать ремни и надеть гарнитуру.
— Вышка, я «Редлайн», прошу разрешения на вылет, полет по кругу двадцать миль, дайте метео.
— «Редлайн», я Вышка, вылет разрешаю, взлет курсом девяносто, ветер семьдесят, скорость пять узлов, порывы до семи.
Пока разговаривал с диспетчером, завел двигатель. Когда температура поднялась до нужной величины, проверяю режимы и снова вызываю:
— Вышка, я «Редлайн», прошу разрешения на руление.
— «Редлайн», я Вышка, руление разрешаю, полоса свободна.
Ну что, вперед и с песней!..
Пока медленно движемся по рулежкам, Эва с любопытством изучает обстановку кабины и вид из окон, заметно волнуясь.
— Вышка, я «Редлайн», разрешите взлет!
— «Редлайн», я Вышка, взлет разрешаю, полоса свободна.
После короткого разбега «Сессна» отрывается от земли, и я начинаю потихоньку набирать высоту.
— Вышка, я «Редлайн», взлет произвел!
— «Редлайн», я Вышка, набирайте три тысячи футов.
— Вышка, я «Редлайн», принял, набираю три тысячи.
Заданную высоту набрали уже над морем, и я начал правый разворот. Эвелин сначала испуганно схватилась за кресло, но потом смущенно улыбнулась и стала смотреть вниз, на море, где виднелись маленькие пятнышки рыбацких лодок.
— Ну как впечатления?
— Здорово! А над городом можно пролететь?
— Не нужно, мы рядом с ним по кругу пройдем, и так все увидишь!
Она приникает к окну, а я беру курс на юг, вдоль берега над морем. Скоро с правой стороны появляются улицы Порто-Франко, идущие параллельно берегу, видны группы особняков, отгороженные со стороны улицы зелеными изгородями. Эвелин поворачивается ко мне, ее глаза горят от восторга:
— А ниже можно?
— Нельзя, злой дядька на вышке потом ругаться будет.
Она весело смеется и опять поворачивается к окну.
Вот и южная окраина города, скоро придет время разворачиваться на запад… Я слегка покачиваю самолет, Эва быстро поворачивается ко мне. Показываю ей рукой — по дороге в сторону города движется колонна машин, ветер сносит пыльный шлейф в саванну. Она кивает и продолжает наслаждаться видом на город с высоты птичьего полета.
Скоро выйду на точку разворота, где там нужный ориентир?..
— Вышка, я «Редлайн», разрешите посадку с прямой!
— «Редлайн», я Вышка, посадку разрешаю, заходите курсом девяносто, ветер семьдесят, скорость шесть, полоса свободна.
Спустя несколько минут «Сессна» плавно опускается к полосе и без удара касается колесами бетона, постепенно замедляя свой бег.
