Преодолеть инерцию покоя быстро для этих громадин было невозможно. В итоге к тому моменту, когда они сумели сдвинуться с места, рудовоз был уже рядом и удар пришёлся обоим кораблям в нижние части корпусов. И Добрыня, и Дока, понимая, что это их шанс, тут же пошли на сближение, поливая корпуса дредноутов из туннельных орудий, словно из шлангов. Но самое главное, что все снаряды были нацелены в орудийные порты. Именно там у кораблей подобного класса и была самая слабая броня.
Так что, к тому моменту, когда «Сварог» и «Бродяга» начали плавно расходиться в стороны, чтобы зайти противнику в корму, практически все орудия дредноутов по одному из бортов были выбиты. Кружась вокруг противника, словно танцуя, оба корабля регулярно всаживали очереди в орудийные порты, вызывая пробоины и вспышки от ударов ядер. Едва увидев, как столбики показателей накопления энергии позеленели, Артём в полный голос приказал отходить и навёл два орудия из трёх на корабли противника.
Отработав маневровыми на полную мощность, оба корабля словно отпрыгнули от противника.
– Тёма, я вне зоны досягаемости взрыва, – послышался доклад Доки.
– Командир, подтверждаю, – коротко сообщил Добрыня, и парень, не раздумывая, нажал на гашетку.
Само собой, никакой гашетки у него не было, но кнопки активации орудий он вдавил так, словно хотел проломить пульт управления. Два орудия выплюнули мощнейший импульс, сопровождавшийся выбросом плазмы, и оба дредноута обзавелись громадными дырами в бортах.
– Абордаж, – яростно скомандовал Артём. – Дока, у нас глушилка связи включена?
– С самого начала. Потому у них и координации между собой не было, – бодро доложил искин.
– Абордажные боты пошли, – пришёл доклад от Добрыни. – Командир, нам живые нужны?
– Издеваешься? – фыркнул Артём. – Ну, их всех в бездну. Сгинули, и хрен с ними.
– А бабы? – не унимался искин.
– Добрыня, тебя чего, замкнуло? – удивился Артём. – Когда это я рабынь держал?
– Командир, они даже не пытаются сопротивляться, – помолчав, тихо вздохнул Добрыня. – Это же просто исполнители. Сделаем им какую-нибудь лоханку, и пусть убираются обратно в свою империю.
– Поддерживаю, – глухо добавил Дока.
– Согласен, – взяв себя в руки, вздохнул Артём. – Изолировать до отправки на другом пассажирском ярусе под присмотром дроидов, и пусть сидят.
27
После стычки все работы, которые велись до неё, пришлось на время оставить. Теперь первым делом требовалось восстановить крейсер и линкор. Как ни крутились и ни маневрировали искины, а половина эмиттеров щитов у обоих кораблей были просто снесены. Если бы не корпуса, за которыми они укрывались, пришлось бы гораздо хуже. Понимая всё это, Артём принялся экспериментировать, строя виртуальную модель новой конфигурации защиты.
Дока, застав его за этим занятием, несколько минут внимательно изучал выстроенные парнем схемы, после чего негромко вздохнул:
– Не трать время, Тёма. Лучше того, что у нас есть, всё равно не сделать. Твоя идея с рыбьей чешуёй оказалась самой действенной.
– Но щиты нам всё равно сносят, – вздохнул Артём, смахивая модель.
– Их сносят не потому, что они стоят неправильно, а потому, что эмиттеры не выдерживают нагрузки, – напомнил Дока.
– Давай зайдём с другой стороны. Что нужно, чтобы они выдерживали? – тут же отреагировал парень.
– Переделать их полностью, – хмыкнул искин. – Эмиттер – это своего рода предохранитель, который сгорает, когда нагрузка на поданное через него поле превышает пороговое значение.
– Ты ещё начни мне рассказывать, как всё это работает, – фыркнул парень, тяжело вздыхая. – Лучше скажи, можно на основе обычного эмиттера сделать усиленный? И что для этого нужно?
– Так сразу и не отвечу, – помолчав, мотнул Дока головой. – Нужно будет собрать всю информацию по их изготовлению.
– Не понял?! Ты что, никогда их не делал? – растерялся Артём.
– Необходимости не было, – пожал Дока плечами. – Этого добра на любой свалке тоннами набрать можно. Расходники. Не забывай, что щит нужен не только для боя, но и для выхода из гипера. Так что на любом старом корыте их всегда найдётся с запасом. А усиление самих эмиттеров приведёт к повышенному потреблению энергии, что тянет за собой расход по топливу. Так что, надеюсь, ты понимаешь, почему их не стали усиливать?
– Вполне. Следом за эмиттерами придётся усиливать и энерговоды, – задумчиво кивнул Артём. – Ладно, будем играть конфигурацией.
– Развлекайся, – усмехнулся Дока, отключая голограмму.
– Добрыня, как там наши гости? – выходя из рубки, на всякий случай уточнил парень.
– Бывшие рабыни в порядке. Бойко обсуждают, что будут делать дальше. А снятые с дредноутов явно напуганы. Уж очень их впечатлила наша абордажная команда, – ехидно закончил искин.
– Ладно. Если что, я в своей каюте, – проворчал Артём, усаживаясь в кресло гравиплатформы. Но не успел он добраться до лифта, как снова пришёл вызов от Добрыни.
– Командир, бывшие рабыни очень тебя видеть хотят, – сообщил он с усмешкой в голосе.
Вообще, благодаря увеличенному кластеру, искин линкора прогрессировал в наработке личности гораздо быстрее, чем раньше это делал Дока. Хотя тому некуда было торопиться.
– Чего им опять надо? – не понял Артём. – Вроде в прошлый раз всё обсудили.
– Обсудили, но не в полном составе. Некоторые из них на тот момент были в медотсеке.
– Ладно, поеду, побеседую, – нехотя сдался парень, направляя платформу в лифт. – Мои андроиды там?
– Да, постоянно контролируют всех гостей. Боевых дроидов я отправил для контроля пленных, – доложил Добрыня.
– Ну и славно, – усмехнулся Артём, выезжая в коридор нужного уровня. Добравшись до местной кают-компании, он кивнул вытянувшемуся в струнку андроиду и, войдя в помещение, остановился, оглядываясь.
– Кто тут со мной поговорить хотел? – спросил парень, заметив несколько незнакомых девичьих лиц.
– Это вы капитан? – осторожно уточнила одна из девушек.
– Я.
– Вас правда зовут Артём?
– Да.
– А ваш корабль «Сварог»?
– Верно.
– Ты с Земли? – спросила девушка, переходя на русский.
– С неё, – грустно улыбнувшись, кивнул парень.
– И давно ты здесь? – торопливо спросила девушка, полыхнув радостным взглядом больших голубых глаз.
– Скоро будет шесть лет.
– И тебя тоже украли?
– Угу. Пираты. Как и всех здесь, – вздохнул он, обведя рукой кают-компанию.
– И что ты собираешься с нами всеми делать?
– Давай по порядку, – качнул Артём головой и, приказав дроиду подать кофе, присел к столу, указав девушке на соседний стул. Получив напиток, он не торопясь сделал глоток, собираясь с мыслями, и, вздохнув, тихо заговорил:
– Значит так. Чтобы выжить в этих мирах, нужно обязательно иметь имплант. Симбиот, называемый нейросетью. Обычно их устанавливают местным где-то в восемнадцать лет, и с этого момента они начинают серьёзно учиться. Но учатся не так, как привыкли мы, а при помощи учебных баз, которые закачивают на те самые нейросети. Потом, когда база изучена, человек отправляется в ближайший центр сертификации и сдаёт экзамен, после чего ему ставят на нейросеть отметку о полученной профессии. Дело это не быстрое и весьма недешёвое. А самое главное, что сейчас здесь, в обитаемых мирах, идёт война. Раса, которую почему-то назвали инсектами, прошлась по большей части обитаемых планет так, что там никого живого не осталось. Только растения и животные. Так что искать и устанавливать новые нейросети проблематично и очень дорого. Но есть выход.
– Какой? – тут же отреагировала девушка, слушавшая его, едва не открыв рот.
– У меня есть вторичные нейросети. Это те, которые были сняты с убитых людей. Они очищены, обеззаражены и готовы к новому применению. А самое главное, на них уже имеются нужные базы. То есть человеку, которому такую нейросеть установят, не будет необходимости что-то учить. Это значит, что у всех у вас на руках уже будут готовые профессии. Вот ты, например, кем в той жизни была?
