— А почему они пришли сюда, а не устроили заседание Совета? — смотрел я из окна на них, накинув тунику.
— Потому что царя негоже вызывать куда-то какому-то Совету, — усмехнулась Ника, которая только-только обмоталась мягкой простынёй. — Но мне это тоже не нравится. Хорошо, что наша охрана выполняет все функции, которые ей положены.
Но ожидать гостей я не заставлял. Когда мы привели себя с Никой в порядок, сразу спустились вниз и начали обсуждение всего, что произошло за последние дни. Через полубогов, конечно, я уже давно всё знал, новости они собирали оперативно, но вот мнение и виденье Совета — это, конечно, всегда интересно. Ну и не всегда полубоги говорили со мной о политике.
Во-первых, что было для меня важно — военная составляющая. Легионы в принципе были восстановлены количественно, поток добровольцев был достаточен, чтобы обеспечить безопасность нашему дому. Всем разжевали, что твари появятся вновь через десять лет и их будет куда больше. И нам, естественно, нужно быть готовыми ко всему. И… народ воспринял это нормально. И слава богам, что потока мужского населения хватало на то, чтобы перекрыть все потребности. Экстренные меры в виде призыва «амазонок» больше не требовались.
А ту битву подле Спарты я не забуду никогда. Слишком… въелась она в мою память.
Во-вторых, уточнил состояние флота. Тут всё было не так радужно, но в перспективе за несколько недель можно было собрать достаточную для удара армаду. Не такую величественную, как перед войной, но под три сотни кораблей военных и сотен пять транспортных наскрести со всех уголков можно было. Но это предел, мы оголим свои морские фланги, а Рим не спит, он только и ждёт, чтобы напасть.
Рим! Это было «в-третьих». С ним всё было не так радужно. Пока могли с ними торговать, мы торговали, но напряжение нарастало. Мы и так не были слабыми последние годы, а тут ещё сильнее начали усиливаться. Часть полисов они под себя подмять смогли, но чтобы целиком Элладу — нет. И видя то, что мы стремительно формируем своё государство, подконтрольные Риму полисы захотят именно к нам. В этом был уверен вообще весь Совет. Поэтому войне быть. Только когда она настанет — неизвестно.
Следующий пункт — сам процесс присоединения городов. После того как мне удалось перетянуть к себе Фивы и Дельфы, к нам стремительно потянулись остальные полисы Центральной Греции. Да ладно они, поступило предложение от Македонии, которое придётся согласовывать. Что они будут нашим подчинённым государством, лишь бы мы им помогли в борьбе с тварями, которые как раз появляются где-то на той территории.
В общем, было интересно. Но пока это не мои заботы. Эллада станет единой, даже самые дальние полисы смотрели на нас с интересом. Может, и не все получится объединить, но Греция должна быть сильной. А для этого нужно стать воистину едиными. Ибо тот, кто мал, слаб и падёт.
Дальше началось обсуждение локальных вопросов. Прокладка новых дорог, улучшение всего и вся в самой Спарте, восстановление разрушенных городов. Требовалось привлекать невероятное количество людей, которых было мало. Но тут могли компенсировать всё монстры, которые начали выходить из лесов, спускаться с гор. Они предлагали свою помощь. С опаской, с осторожностью.
Тут уже отчитывалась Медуза. Она общалась с каждым представителем племени. Да, за ними были грехи, но на первый раз она предлагала всё забыть, а самим существам из Легенд предлагала загладить вину трудом. Они и себе дом построят, и всех греков к себе смогут расположить. В принципе, так было и с Серебряным Крылом, которые стали полноценной частью нашего государства, а члены этого клана рассредоточились буквально по всей текущей Элладе. То есть даже в Дельфах были.
Дальше пошло обсуждение положения Наксоса и других островов. Часть уже буквально захватили и установили там нашу власть насильно. Некоторые, видя нашу силу, сами перешли на нашу сторону. Но вот про Наксос — Палиас был приятно удивлён, что не придётся этот остров брать штурмом, ибо обошлось бы это большой кровью.
— Но вот то, что культ уплыл на Крит… — напряжённо говорил он. — Что вообще на Крите такого?
— Ну, там жил легендарный царь Минос, там некогда существовал единственный, как полагали легенды, минотавр, там пещера, в которой родился сам Зевс, — спокойно проговорила Ника. — Так что причины там находиться есть.
— Пещера, где родился Зевс, — задумался я. — Хм-м-м… а может, там то, что нужно относительно Зевса?
— Не исключено, — кивнула Ника. — Но сейчас явно не об этом думать надо, Ас, если хочешь остановить культ.
— Да понятное дело, но этим может пользовать и культ в своих целях, те же свитки, — задумчиво проговорил я, выдвинув такое предположение.
Ещё некоторое время мы уточняли ситуацию относительно островов, после чего решили прерваться на обед. Столы были накрыты, хоть они не были «по-царски» накрыты, но этого нам хватило, чтобы утолить голод и возобновить наше негласное заседание.
Попутно разбирали документы, которые мне передал посыльный. Уточняли, где можно, что можно, как можно строить. Предложили основать новый город, который ознаменует начало новой эпохи, но где его строить, никто пока не решил. И поэтому вопрос просто повис в воздухе, а потом и забылся вовсе.
Но основные моменты: план оккупации последних неподконтрольных островов Эгейского моря, а потом уже блокада Крита с последующим штурмом. Пока только глобальные планы, не более того. После этого разошлись, зафиксировав основные моменты в нескольких разных свитках.
Ближе к вечеру я решил направиться к Оракулу. Девушка до сих пор находилась там, где её попросил находиться Александр. Путь я помнил шикарно, так что дошёл вообще без каких-либо проблем. И был довольно сильно удивлён, когда встретил тут знакомые лица из числа храмовой стражи города Дельфы.
— О как, — улыбнулся я. — А вы тут какими судьбами?
— Сам Аполлон снизошёл до нашего Оракула, воззвав к тому, чтобы мы охраняли ту, которая займёт место текущей, — немного возвышенным тоном проговорил он. — Она весьма молода, но её предсказания точны. Она сразу определила, почему мы сюда пришли и кто нас прислал. Сомнения сразу развеялись. Поэтому мы будем защищать это место и этот город ценой своей жизни.
— Она может, да, — улыбнулся я. — Меня-то к ней пропустите?
Один стражник посмотрел на другого, после чего второй зашёл в помещение. Не было его буквально минуту, затем он появился и пригласил меня войти внутрь. Что-что, а традиции нарушать я не собирался вовсе. Просто так тревожить Оракула нельзя было даже полубогу, который стоит выше. То наш святой закон.
Девушка меня ждала, сидя на балконе и «смотря» в сторону города. Тот выглядел отсюда прекрасно. На её лице была печаль. Видимо, ей тут одной одиноко, видимо, знает больше, чем имеет право говорить. Но стоило мне оказаться рядом, как она развернулась и тут же мило улыбнулась.
— Господин царь, — шутливо проговорила она. — Ведь могу вас так называть?
— А если я откажусь? — уточнил.
— Тогда успех вашей кампании не гарантирован, — прямо заявила она, а улыбка с её уст пропала. — Я не буду говорить, как та, с которой вы встретились ранее. Я буду говорить прямо. Такому государству, которое растёт на религиозно-идеологической волне, нужен правитель под стать. И за ним и только за ним пойдёт народ туда, куда он прикажет. Ибо в него будут верить, как в бога, если не больше. И…
— И мой путь лежит ровно туда, — показал я на потолок, но мы оба поняли, что я имел в виду, хоть она этого и не видела.
— Этого мне знать не положено, ибо ваша судьба скрыта от меня, как и от Мойр, — улыбнулась она. — Но я вижу судьбы других жителей нового государства. И с уверенностью могу сказать, что без сильного лидера государство перестанет существовать. А более сильного разумного существа в наших краях, нежели вы… найти невозможно.
Я лишь грустно усмехнулся.
— А так не хочется.
— Ни много ни мало, но от этого зависит судьба того, что вы создали своими же собственными руками. Так что — решайте.
