После слов о ликвидации земля выбросила из себя зелёное марево, заключившее здание в непроницаемый купол, а все дружинники взялись за оружие и активировали боевые артефакты, готовые умереть, но не позволить ликвидатору выполнить его задачу.
— Император будет очень недоволен, если кто-нибудь из детей пострадает. Или пострадает род, всегда ставящий интересы империи превыше собственных.
— Могу вас заверить, максимум, что может пострадать, это только гордость всадников и больше ничего. Да и мне самому дико интересно, каким образом они решили восполнить вашей дочери утрату почти трети жизненной энергии.
— Что? — воскликнул князь и только сейчас позволил себе повернуться к собеседнику.
— Если быть точнее, то 36%, — улыбнулся князю человек, которого он не ожидал увидеть.
Его младший брат, исчезнувший почти двадцать лет назад.
Выходит, что всё это время он был одним из имперских ликвидаторов. Сильнейших магов империи, личность которых была известна лишь императору. Они даже имели право отдавать приказы Романову.
— Теперь ты мне веришь? — усмехнулся младший брат, и его лицо вновь стало неразличимым для всех.
— Верю, — выдохнул князь. — Но принять это будет очень тяжело. Потеря такого количества жизненной энергии влечёт за собой необратимые изменения. Вплоть до полной потери дара. А создание, получившее подобную подпитку…
— Становится разумным, — закончил ликвидатор.
— Так у неё всё же получилось пробудить фамильяра. Интересно, кто это? В исторических хрониках говорится о белоснежном волке, который впоследствии украсил наш герб.
— Всё зависит только от Лены. Изначально это был розовый человек, который отшлёпал Романова.
— Чего? — воскликнули одновременно князь и его воевода.
— Видимо, я поторопился, — кхекнул ликвидатор. — Мне не сообщали, что инцидент было решено сохранить в тайне. Вам хоть сообщили, что Лена прошла аттестацию?
— Да, и то, что на ней она смогла воссоздать технику Василия Андреевича.
Разговор резко прервался, когда из здания поместья вырвался душераздирающий вопль, заставивший князя и всех дружинников попятиться.
Остальные и вовсе бросились врассыпную. Кто-то заплакал, кто-то упал в обморок. Зацепило даже ликвидатора, на несколько секунд уничтожив его маскировку. Но сейчас на это никто не обратил внимания.
Следом за воплем последовала вспышка, заставившая всех схватиться за головы, а затем здание потонуло в обрушившемся с небес потоке золотого света.
После этого боль и страхи отступили, оставив лишь невероятную радость и неподдельное счастье.
Защита, созданная князем, задрожала и разлетелась, а из поместья вышли четверо детей. Впереди шла сияющая Лена. Левую руку девочки обвила розовая змея, каждое мгновение высовывая раздвоенный язык, чтобы поскорее познакомиться с этим миром.
Сзади шёл хмурый Воронов, глядя по сторонам в поисках чего-нибудь съедобного. Рядом с ним Медведев, выглядевший крайне озадаченным. И последней двигалась Скворцова, отплёвываясь розовыми чешуйками.
— Папа, смотри, какая хорошая. Это Маха. Теперь она будет приглядывать за нашей семьёй. Так что не обижайте её.
Лена протянула руку со змеёй отцу, но розовая совершенно неожиданно для всех прыгнула и впилась в плечо человека, стоявшего за спиной князя.
— Здравствуй, дядя Арсений. Мы хоть и не знакомы, но Маха тебя сразу узнала. Нехорошо вот так исчезать из семьи, даже никого не предупредив. В наказание ты неделю будешь жить дома. Император всё поймёт, я сама с ним договорюсь.
* * *
— Илларион, тебе не кажется, что уже пора отдать материалы Благославненного? Он же подготовил их для меня. Все твои требования выполнены и перевыполнены. Подумаешь, ещё не отдали официальную бумагу. До этого всего три дня осталось.
— Вот через три дня вы и получите желаемое. Только чёткое выполнение всех инструкций и правил позволяет…
— Выбирать верное направление в том хаосе, что окружает нас, — закончил я за смотрителя его любимую присказку, которую он вставляет при любом удобном случае.
— Всё именно так. И я рад, что вы также стали это понимать. А теперь смею напомнить, что настало время медитации. Через два часа к вам должна прийти Мирослава Антоновна, и вы…
— Собираемся отправиться на прогулку. Спасибо, Илларион, ты как всегда незаменим. Только будь добр, в следующий раз хотя бы сделай вид, что действительно меня слушаешься.
— Как будет угодно, — ответил смотритель, слегка поклонился и удалился из моей комнаты.
— Всё же он красавчик. Вообще ни в чём тебе не уступает. Должно быть, это я его так хорошо воспитал, — произнёс радостный Каспер. — А ты чего продолжаешь сидеть? Не слышал, что сейчас самое подходящее время для медитации?
— Да иди ты, — отмахнулся я от духа. — У меня и так магической энергии больше, чем у первых девяти классов вместе взятых. Да и некогда мне сейчас на эту ерунду время тратить. У нас ещё подарки не готовы.
— У нас? — удивился Каспер.
— Конечно, у нас. Без тебя я точно не смогу сделать ничего путного. Синие Всадники Апокалипсиса мне не нужны, такими могут быть только индейцы. А вот умные, быстрые и сильные — самое то. Так что давай дальше накладывать наше благословение. Осталось всего два дня.
— Вполне хватит, — на этот раз Каспер отмахнулся от меня. — Да и сейчас мы ничего не сможем сделать. Ты подготовил краску, притащил нужные материалы?
Вот за каким чёртом для наложения благословения на предмет нужны утиные перья?
Сколько я ни пытался добиться ответа на этот вопрос, так ничего и не получил. Каспер лишь говорит, что нужно, и точка.
А ещё специальная краска, сделанная лично мной из крахмала, воды и пищевых красителей. Всё это в нужных пропорциях замешивается магией, и вуаля — готова магическая краска для наложения благословения.
Хотя в специализированных магазинах уже продаётся готовая краска, которую сможет заказать даже ребёнок, но Каспер запретил мне это делать. Заявил, что необходима исключительно краска, сделанная моими руками. Иначе вся работа пойдёт насмарку.
А там уже много всего было сделано. Неделю уже этим занимаюсь. В основном по вечерам, когда родители думают, что я уже лёг спать.
Каждому всаднику свой подарок с благословением, выполненный в виде символики определённого всадника. Насколько я помню. А помню я хреново, так что не могу утверждать, что попал. Но уверен, что ребятам понравится.
Особенно после того, как они распробуют мои благословения.
Главное — не накосячить, как с лестницей в школе. А то Каспер сейчас всю основную работу возложил на меня. Сам же согласился проработать самые сложные узлы и проверить общую схему начертания, когда я всё закончу.
Заявил, что даже этого слишком много и будет считаться подарком на мой седьмой день рождения.
Отыскать всё необходимое на кухне не составило труда. Вместо красителя взял обычную зелёнку, Каспер сказал, что пойдёт.
Затем несколько минут борьбы с кухонными весами, и вот я уже замешиваю магическую краску. Вышло довольно неплохо. Краска получилась очень яркая и густая.
— А теперь утиные перья. Штук десять будет достаточно.
— Вот ты скажи, на кой чёрт нужны эти утиные перья, в конце-то концов⁈
— А рисовать ты рисовать чем собрался? Пальцем? Наложение благословения на предмет — это тебе не то же самое, что на подоконнике пальцем чертить. Здесь нужны тонкие линии, и лучше всего для этого подходят именно утиные перья. Вот получишь мои материалы у Иллариона, поймёшь, почему утиные, там про это по-любому должно быть написано.
— Нельзя обычную кисточку, ручку, карандаш там?
— Нет, нельзя. Сказал, что нужны утиные перья, значит, нужны. И это не обсуждается. И у тебя остаётся всё меньше и меньше времени для медитации.
— Не буду я медитировать, задрал. Пойдём доставать утиные перья. Только сперва Миру нужно предупредить. Где тут был её номер телефона…
* * *
