"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ) - Стоев Андрей

Ого! Какие там, оказывается, мадагаскарские тараканы в голове. Хорошо, что брат хотя бы доверяет мне настолько, что смог это сказать. Иначе мог пойти и по менее приятной дорожке — например, попытаться устранить меня как конкурента. Виктор, быть может, так бы и поступил, будь он вконец беспринципным козлом. Но пока что его верность семье была сильнее.

На самом деле его история и правда была в какой-то мере трагичной. Не приди в этот мир Искажения, я бы просто наслаждался тихой жизнью запасного сына опального князя. Построил бы себе домишко на берегу Вуоксы, ловил рыбу в свое удовольствие и вообще не отсвечивал. А Виктор смог бы развернуться — не в Питере, так в Гельсингфорсе. Унаследовал бы со временем титул, женился, продолжил род… И все бы шло своим чередом.

Но отпуск пошел не по плану, а я не могу сидеть сложа руки, зная, чем Искажения грозят этому миру. И моя личная беда в том, что невозможно с ними бороться, не проявив особых навыков. Мне теперь придется с нуля выстраивать структуру, которая будет сдерживать эту губительную силу. И для того, чтобы ее создать, нельзя быть никем. Нужны регалии, статус, влияние — все то, что позволит сделать здесь аналог моего Ордена. Поэтому я иду в Спецкорпус, поэтому явил Великую Триаду и вытащил наш Дом из забвения. И это — лишь начало. Все отпущенное мне здесь время я отдам этому делу. Потому что знаю, чем все закончится в противном случае. В моем мире тоже спохватились поздно, но успели.

— Знаешь, Вить, — я тронул брата за плечо. — А я ведь тоже хочу быть светлейшим князем.

— Так и думал…

— Все не то ты думал, балда! Слушай сюда. Я хочу получить другой титул. У нас же светлейший князь то Балтийский, то Чесменский, то еще какой… Это же лично дается, за особые заслуги. Вот и я хочу собственный. Не унаследованный от отца, а чтобы мне его пожаловал сам император. Потому что Балтийские у нас — отец и ты. А я… Пока что просто Алексей Николаев. Может, стану каким-нибудь Псковским. Или Курляндским. Или вообще Чухонским — зависит от того, где и как отличусь.

— Ну Чухонским — это уже обидно, — пробормотал брат. — Тогда уж Финляндским.

— Тоже хорошо звучит. — Я повернулся к брату и заставил его на себя посмотреть. — Главное вот что, Виктор. Даже если родители что-то там намудрят, я просто откажусь принимать их волю. У меня другой путь и другие планы. Я хочу, чтобы ты, именно ты сохранил наш род таким, каким я его знаю и люблю. На самом деле только ты и сможешь это сделать. Ты — человек традиций, а я вертел их на известном месте. Таня со временем станет частью другого рода, и у нее будут свои заботы. Никто, кроме тебя, с этим не справится.

— Да ладно тебе! Ты можешь и жениться удачно, и богатство нажить…

— Что и сделаю. Но под своим собственным титулом. Потом. Сейчас для меня главное — выяснить как можно больше про эти аномалии и понять, как с ними бороться. Меня постоянно не будет дома, и помощь семье ляжет на тебя. Как и было раньше. Единственное, чего я от тебя жду — того, что ты будешь действовать, как наследник.

Мне показалось, что Виктора это успокоило. Брат даже стал дышать ровнее, и плечи расправились, словно он сбросил с себя тяжеленную ношу.

— Ты это все серьезно про новый титул? — спросил он. — Будет сложно. Нашему отцу-то почти чудом достался…

Это вызвало у меня улыбку.

— Я уже сделал то, что люди считали невозможным. Думаешь, меня остановят сложности с получением титула?

— В твоем случае я уже могу ожидать чего угодно…

— Пойдем, Вить, — я поднялся со скамейки и протянул ему руку. Думал, брат откажется, но он ее принял и крепко пожал. — Нас ждет господин Ежов, с семьей которого было бы неплохо договориться о компенсации вреда. Все же работал по моему заказу…

— Значит, ты взял меня с собой, потому что передаешь дела.

— И потому что доверяю тебе. Теперь-то ты это понял?

Виктор молча кивнул. Все еще переваривал сказанное, но взаимопонимания у нас явно стало больше.

— У меня еще один вопрос, — внезапно нарушил столь благостное молчание брат. — Насчет книги и тех заклинаний. Ты учишь Таню, но со мной об этом даже лишний раз не говоришь. Думаешь, у меня не получится?

Не в этом дело. Таню я бы тоже в это не вовлекал, но ее организм уже перестроился на работу с Искажениями. Тут хочешь-не хочешь, а работать с ней придется, хотя я пока что не планировал делать из нее мастера преобразований.

Виктор же в этом вопросе был бел, как лист. Сперва придется понять, какая у него форма чувствительности, затем — способно ли его тело воспринять необходимую для работы дозировку инородной силы… Это долго и рискованно. И наследником я рисковать не хотел, каким бы самовлюбленным хреном ни считал меня Витя.

Тане просто не повезло случайно оказаться в этой истории. Но других членов семьи я в это вовлекать не хотел.

— Ты прочитал всю книгу?

— Успел только половину, — признался брат. — Таня делает копию и постоянно забирает ее для работы.

— Ну вот. Помимо заклинаний там сказано, что большинство людей не могут работать с этой силой.

— Но вы-то с Таней можете! Я не собираюсь отнимать у тебя лавры! Я хочу понимать, что делать, если в доме окажется очередная зараженная штуковина или, не дай бог, откроется эта аномалия!

Что делать? Меня звать. Пока других магов-преобразователей нет. Таня сможет только поглотить энергию и переработать ее, но она пока не способна закрыть искажение.

— Придумаем что-нибудь, — ответил я.

— Это не ответ.

— Дай мне денек обмозговать, хорошо? Не нравится мне тот ритуал из книжки по знакомству с этой силой. Опасно.

Мы шли по дорожке, что проходила возле ограды — шипастые чугунные жерди с наконечниками в виде копий. За оградой на тротуаре выстроились в ряд автомобили медицинской службы — большие микроавтобусы скорой помощи, старенькие низкие универсалы с красными крестами, многие с военными номерами.

И мне снова попалась на глаза та машина, что выбивалась из общей картины. Вроде тоже белая, такой же фургончик. Но что-то показалось мне неправильным.

— Погоди-ка, Вить.

— В чем дело?

Я обернулся и снова уставился на ту машину.

Номера были другие. У военных и медицинской службы были свои отметки на табличках госномеров. Этот белый фургончик был гражданским, хотя и пытался спрятаться, как белая овчарка в стаде овец.

На переднем сидении были двое — водитель и пассажир. В гражданском. Водитель нервно барабанил пальцами по рулю и постоянно поглядывал на торпеду — видимо, на часы. Второй пристально следил за выходом из больницы.

А затем он повернул голову, и я увидел его лицо.

Человек со снимка Оксаны. Тот, с кем встречался Волков в том баре!

Глава 4

— В чем дело, Леш? — озабоченно спросил Виктор.

Я с улыбкой обернулся к брату и по-дружески приобнял его за плечи, вызвав недоумение.

— Идем медленно, прогулочным шагом, как ни в чем не бывало, — тихо проговорил я. — Словно мы просто болтаем.

— Да что случилось?

— Я засек кое-кого, кто здесь быть не должен. Возьми телефон, сейчас будешь писать сообщение.

Все еще ничего не понимая, брат послушно вытащил мобильник из внутреннего кармана пиджака.

— Диктуй.

— Госномер «Б — двадцать восемь-полста-шесть-ИУ», столичный регион. Отправляй на номер Черкасова. У тебя же есть его номер?

— Обижаешь. А сопроводить-то чем?

— Господи, Витя! Белый фургон возле больницы, где лежит выживший! Ты что, сам его не засек? Допиши, что в нем мужик с фотографии. Черкасов все поймет.

Виктор быстро набрал сообщение и сунул телефон обратно в карман.

— Что ж ты сразу не сказал, что там тот мужик⁈

— Тебе нужно тренировать наблюдательность. Совсем не смотришь по сторонам.

— Делать-то сейчас что будем, Леш? Если это и правда он, нельзя его упускать.

Это не могло быть совпадением. С этим мужиком контактировал Волков. Волков мог слить информацию о том, что Ежов выжил и видел неудавшихся убийц и грабителей. И Волков мог легко выяснить, куда именно отправили нашего реставратора. И слить… Волкова пока что не стали убирать со службы — это не так просто сделать с человеком из гвардии зимнего, так что у него оставался доступ к сведениям.