‑ Нет – мы с Денисом ответили одновременно.
‑ Он много роликов выпустил. Сам он не то чтобы адекватен, но полезные крупицы есть. Я скину потом. Но один из порожденных его бородатым гением видосов мне прямо в душу запал – говоря это, Эдди задумчиво поглаживал ствол своей лупары, не сводя глаз с собак за забором – Одна из самых запоминающих его фраз: если с наступлением конца света ты не убил домашнего питомца – то ты дебил и тварь, а твоя тупость тебя же и прикончит рано или поздно.
‑ Охренеть – невольно вырвалось у меня – Как будто это так просто...
Я даже попытался представить, как подхожу к своему, предположим, милому белому облачку шпицу, целюсь из пистолета в доверчивую мордочку с бусинками глаз и спускаю курок. Ну как‑то тяжело это сделать... а многие за собаку и убить готовы.
‑ А зачем? – спросил Денис, отступая в глубину комнаты, поднимая ружье и наводя ствол на сидящего в центре стаи алабая – Зачем убивать питомца? Чтобы не кормить? Так может пес отработает свою пайки тушенки. Во многих фильмах собаки очень даже полезны.
‑ Пекинес или чихуа‑будь здорова‑хуа тебе сильно полезны будут?
‑ Ну...
‑ Собаки громкие – вздохнул Эдди – Будь у нас ядерный постапокалипсис и броди мы сейчас по безлюдным пустошам, я бы может и захотел себе овчарку как в Фолле... но мы живем в мире, где жить надо тише. А собака громкая. Начнет лаять – хер уймешь. Твари среагируют мгновенно. Так что... тут бородач с алым дробовиком прав – убивать надо всех. И не выпускать, а именно убивать. Если собака декоративная – она все равно сдохнет, она не выживет в дикой природе. Милосердней убить сразу. Если собака ближе к волку, то... то она сама станет волком, они собьются в стаи и будут искать жратву... и если не найдут на помойках и свалках, то начнут охотиться...
‑ А кошки?
‑ Большинство из них должно выжить вроде как – ответил Эдди – Если конечно это не что‑то вроде коротколапых или голокожих уродцев бедолаг.
Денис фыркнул:
‑ Ну не всем же рождаться красавцами доминантами вроде сибирских котов.
‑ К лешему ваших собак и котов – буркнул я – Что делать будем? Прыгаем по машинам и напролом? Или сначала без лишнего шума соберем что поценнее и только затем рванем сквозь собачью армию?
Само собой, мы выбрали второй вариант. Выбор очевидный – мы внутри окруженного забором дома, калитка узкая, собаки к нам пока не рвутся, а у нас есть оружие, так что пристрелить парочку всегда успеем и тем самым отпугнем остальных.
А вот дом осмотреть надо... и... прежде чем я успел додумать эту мысль, а затем предложить ее остальным, безмятежное тявканье снаружи сменилось пронзительным визгом боли, следом раздался дикий лай, мы привстали, подняв глаза на уровень подоконника и увидели как собаки уносятся прочь. Но убежать удалось не всем – у двух псин этот фокус не удался. Одна с воем перебирала передними лапами, волоча за собой безжизненную заднюю часть, вторую шавку на наших глазах подняли мускулистыми руками вверх и прежде, чем она успела извернуться и укусить, ударили о каменистую почву головой. Пес мгновенно обмяк и возможно даже не почувствовал прилетевший ему в шею удар босой пятки. Через секунду добили пса с перебитой спиной, а еще через полминуты трое нагих тварей, две женщины и мужчина, поражающие своей жилистой мускулистостью, исчезли в одной из отходящих в сторону улочек, утащив с собой добычу.
Жрать прямо на месте не стали – это первое что я отметил. Хотя солнце палит так нещадно, что даже безмозглые предпочтут пожрать в теньке. Но ведь раньше твари жрали добычу прямо на месте... и снова я не успел додумать – из той же улочки вырвалось еще четыре стремительные фигуры, мы с парнями дружно припали к полу, подняв с него облачко пыли, Денис скорчил рожу и мы с Эдди буквально накинулись на него, зажав ему рот.
Чихнет – и мы сдохнем.
Твари быстры... а мы сами открыли калитку. В следующий раз так торопиться не будем – если он еще будет этот следующий шаг. Попыхтев, Денис мягко похлопал нас по рукам, и мы отпустили бедолагу. Торопливо согнувшись, буквально засунув голову целиком в принесенный с собой пустой рюкзак, прижав его ткань к лицу, он дернулся в чихе, но мы считай ничего и не услышали. А снаружи донесся сначала лай, потом визг, ясно заявившие, что охотящимся тварям сейчас не до вслушивания.
Выждав немного, я хотел приподняться, но Эдди коротким жестом удержал меня, порылся в одном из карманов разгрузки, вытащил оттуда провод со странным наконечником, второй конец воткнул в удивительно толстый и массивный смартфон в сложном защитном чехле. Если мне не изменяет память о просмотренных рекламах, то это смартфон Танк с заявленным невероятно долгим сроком работы без подзарядки, защищенный от падений и все такое прочее, при достаточно производительной начинке. Там вроде от модели зависит и её я не знал – потом спрошу у Эдди, а пока я просто завороженно наблюдал за его быстрыми четкими действиями. Он же, привалившись спиной к стене под подоконником, поднял руку, положил наконечник провода на окно у края, ткнул пальцем по смартфону, выбирая приложение и на засветившемся экране возникло вполне четкое изображение опустевшей улицы. Это камера на проводе! Я даже чуток ощутил себя персонажем фильма боевика – не главным героем, конечно, а тем, кто мелькает на заднем фоне и вовремя подает реплики, что подчеркивают брутальность основного персонажа. Вот и сейчас я с тихим уважением произнес:
‑ Круть!
Эдди улыбнулся и вытащил еще один как мне показалось смартфон:
‑ Погоди еще. Смотри сюда...
Он что‑то быстро пощелкал, глядя на изображение улицы, улыбнулся шире, повел пальцем по экрану и я увидел, как из поднятого багажника его Лады медленно вылетает совсем небольшой дрон. Аккуратно пройдя между машиной и забором, игрушка начала медленно подниматься, вскоре оказавшись над крышами домов. На втором устройстве поплыла панорама села, дрон быстро занял позицию прямо над приютившей нас крышей и завис. Мы придвинулись ближе к изображению с камер беспилотника и до рези в глазах всмотрелись в картинку.
Пустые улицы... пустые дворы... вот поваленный забор, перевернутая на бок машина, снова пустые дороги... а вот удаляющаяся от нас стая тварей, идущая плотной массой по одной из улиц. И к нашей радости они уходили прочь. По другой улице им наперерез двигались те четверо охотников, которых мы видели последними. И с собой они тащили мертвых собак, двигаясь при этом не шагом, а быстрым бегом и точно наперерез остальной стае. Охотники возвращаются с добычей...
‑ Откуда они знают где стая? – едва слышно спросил Эдди.
‑ Хотел бы я знать – пробормотал я – Ты записываешь это?
‑ Конечно. Скинуть тебе потом?
‑ Если можно. Перешлю военным и другу. Эта четверка реально четко знает где основная стая... смотрите...
Еще пара минут и охотники влились в общую массу. Вот тогда и брызнула кровь, полетели клочки шерсти, собак за секунды разорвали на куски. Когда стая, числом где‑то в полсотни голов, покинула село, канув в лесополосе, Эдди развернул дрон и вскоре отыскал собачью кодлу. Те обнаружились с другой стороны села, шустро направляясь к пруду, что граничил с нашим поселком.
‑ Вот только этого не хватало! – процедил Денис – Как бы их завалить...
‑ Выстрелами – буркнул Эдди – Не приближаться же.
‑ Шумно. И патроны жалко до боли.
‑ Это да. Но лучше их завалить, чтобы они своим лаем не привлекли угрозу пострашнее. Так... что делаем дальше?
‑ Грабим – и валим! – предложил я.
Мое предложение было встречено короткими кивками и, оставив пока дрон висеть над нами, Эдди убрал гаджеты в карманы разгрузки, а Денис уже добрался до шкафа у стены и распахнул створки, задумчиво изучая висящие там шмотки.
‑ О... я нашел деньги! Раз, два, три... пятнадцать тысяч пятерками.
‑ Выкини – вздохнул я.
‑ Да пусть лежат в кармане. Они ведь невесомые...
‑ И не стоят больше ни хрена – рассмеялся Эдди с другого конца спальни, где стоял древний комод с выдвижными ящиками – Но если верить в светлое будущее... то может и удастся на них однажды что‑нибудь купить... Оп‑па... идите‑ка сюда, мужики... помогите отодвинуть без шума от стены – там вроде как что‑то есть...
