- Не спешу…
Спустя пару десятков минут, за которые меня знатно нагрузили ТТХ Большого Д, мы вернулись в торговый зал.
- Ещё что-нибудь, уважаемый покупатель? — Планета, спаси меня, иначе меня здесь сожрут и защищать тебя придётся кому-нибудь другому.
- Пожалуй, четыре магазина и цинк патронов к нему, — я показал пальцем за плечо, где на ремне висел шинровский автомат, — и по четыре дымовых и свето-шумовых гранат, если есть.
- Ну разумеется есть, — на меня посмотрели с видом оскорблённой невинности, — а что до магазинов и патронов, хм-м-м-м-м, ах, обычный АР-5, м-да, конечно, сейчас всё будет.
Ну и куда делся весь твой задор из глаз? Я даже как-то смутился. Ощущение, будто пришёл в грязной обуви на свидание, и это заметили.
- Молодой человек, учитывая заказанное, плюс одна мишень и один патрон к Софочкиной поделке, с вас 1950 гил, — так, что-то баланс не сходится, а материю я продавать не хочу, пусть будет заначкой на чёрный день.
- Уважаемый Зелиг, Рук просил вам передать, что он замолвил за меня словечко, — в ответ старикан пристально посмотрел на меня.
- Тысяча семьсот и ни на гил меньше, если уж этот наглый мальчишка за тебя слово сказал, то пусть будет так.
- Премного благодарен, — протягиваю почти все оставшиеся деньги и получаю в ответ ножны с мечом и небольшую коробку с патронами, магазинами и гранатами.
- Обязательно возвращайтесь, Большой Донни вас будет ждать, — София на прощание помахала мне рукой.
Выйдя из магазина оружия, смотрю на полосу неба между землёй и платформой — начинало темнеть, а значит, мне пора искать место, где можно перекусить и кинуть кости. И начну я, пожалуй, как приличный молодой человек, который ни разу не связан с Шинрой, что можно понять, посмотрев на мой внешний вид, теперь больше приличествующий средней руки наёмнику, чем дезертиру из компании, со Светлячка, как мне и посоветовали.
«Трущобный Светлячок» представлял из себя деревянное трёхэтажное здание, тщательно выкрашенное в кирпично-красный цвет, с верандой, на которой стояло несколько столиков в окружении стульев. Войдя внутрь, я оказался в некоем подобии трактира — барная стойка, за которой был дверной проём, ведущий на кухню, и лестница с правой стороны от стойки, поднимающаяся на второй этаж. Всё помещение заливал тёплый свет, который подчёркивал тёмно-коричневый древесный цвет интерьера и создавал атмосферу уюта. За стойкой стояла высокая женщина слегка в теле, одетая в фартук и с заправленными в косынку рыжими волосами, которая, внезапно, не протирала стаканы, а просто следила за залом.
- Здравствуйте, комнаты на ночь предоставляете?
- 40 гил, 50 с ужином, завтрак и обед по отдельной плате, — вот же старый засранец, за минуту верчения стекляшек наработал на четыре ночи под крышей с ужином.
- На две с ужином, пожалуйста, — протягиваю свои последние кровные, нажитые непосильным мародёрством.
В ответ мне молча протянули ключ с номером семь и указали на один из столов. Спустя десяток минут та же лаконичная мадам из-за стойки принесла мне пару тарелок со стаканом и всё также молча удалилась. И что же нам Планета на ужин послала? В первой тарелке была нарезка каких-то то ли овощей, то ли водорослей, а во второй здоровый кусок мясо, обильно политый соусом. От стакана же шёл заметный пар.
Ну, помереть я по идее от местных харчей не должен, так что приступим. Водоросли оказались совсем безвкусными, как будто съедобного картона пожевал, а мясо по своей структуре больше напоминало подошву, и даже обилие соуса лучше ситуацию не делало. Блин, и это приличное заведение? Что тогда подают у Хьюи, я и представить боюсь. Запив поданное счастье кипятком со сладковатым привкусом и отнеся посуду на стойку, поплёлся наверх. У нас же тут японское джирпг, почему еда такая параша? Да и город вроде называется Мидгар, а не Лондон.
Найдя свой номер, зашёл внутрь и удивился щедрости обстановки — в немаленькой комнате была двуспальная кровать, два кресла со столиком у окна, шкаф со встроенным ростовым зеркалом и дверь, ведущая в небольшой санузел. После ужина я посчитал, что комната будет соответствовать по качеству подаваемой еде, но здесь меня переиграли — обстановка была более чем приличной. Ну вот с чего тогда еда такая отвратительная-то? Хотя, если учесть то, что вокруг пустыня без единого деревца, то становится понятно, откуда проблемы с разнообразием пищи. А от однообразия и малочисленности продуктовой корзины идёт скромность кулинарных возможностей. Вполне вероятно, что это объективные обстоятельства, а не нужда оторвать руки повару. Раздевшись и завалившись в кровать, я почти мгновенно заснул — сегодня был крайне тяжёлый и полный впечатлений день.
Глава 3
-… 198… 199… 200, — отжавшись в очередной раз, я сел на пол, скрестив ноги, и задумался. Спустя две сотни приседаний и отжиманий на мне даже капельки пота не выступило, а вчера, когда я палил на стрельбище, то спокойно удерживал мини-Дору в поднятых руках. Из этого следует что? Что на Олимпиаду меня бы не пустили за чрезмерное использование допингов. Но если серьёзно, то потихоньку начинаю проникаться тем фактом, что я не в полной мере человек, и возможности у меня слегка нечеловеческие. А вот насколько именно это ещё предстоит выяснить.
Встав с пола, расставляю ноги максимально в стороны и начинаю наклоняться вперёд. Коснувшись лбом досок, поворачиваюсь влево и перехожу в продольный шпагат. Покачиваясь вверх-вниз, постепенно опускаюсь до такой степени, что вытянутые ноги составляют ровную линию. Поворачиваюсь корпусом направо и в этом положении ложусь телом на пол, оставляя ноги в шпагате, руки же завожу за спину и выпрямляю в обратном замке. Что-то мне подсказывает, что растяжкой мне отныне заниматься бесполезно — больше человеческие суставы вряд ли способны изгибаться.
Закончив с разминкой, ха-ха-ха, теперь действительно могу называть такое разминкой, подхожу к зеркалу — до сих пор я даже лица своего нынешнего не видел, пришла пора исправить это положение. Подойдя к зеркалу и взглянув на своё отражение, я впал в лёгкий ступор — на меня смотрел Сефирот, а точнее, его более молодая версия, с волосами длиной не до задницы, а всего лишь по основание шеи, и не выпрямленные плойкой, а всклокоченные, как после пожара на макаронной фабрике. Да и если приглядеться, то глаза у меня нормальные, без змеиного зрачка, голубые с зеленоватым отливом. Хотя вот эта как будто прилипшая ухмылочка меня крайне раздражает. А ну хватит. После волевого усилия губы вернулись в нормальное положение. Надо сходить покрасить волосы, а то денег не напасусь за зеркала в гостиницах платить.
Так, ещё кое-что проверить надо. Верчусь по сторонам в поисках несуществующих наблюдателей и не найдя их, стягиваю с себя одежду.
- Вот же ты чёрт поганый, — вроде я как бы радоваться должен, что являюсь пусть и хреновой, но всё же довольно приближённой копией мистера совершенство, но что-то меня заедает. Возможно то, что я лишь «довольно приближённый», а может что Сефирот мудак конченый, пока не разобрался. По крайней мере, точно скажу одно: я не то что не урод, а даже красавчик. Вот только подстригусь и покрашусь, а то меня это пока что не радует.
Ладно, пора экипироваться и иди на работу, БД мне никто другой не купит, а иметь мне его ну очень хочется: при одной только мысли о том, какие дырки в туше Сефирота будут от его выстрелов, я впадаю в лёгкое возбуждение. А заработать такие деньги в короткий срок я смогу одним только образом — награды за головы монстров. Заодно обкатаю новоприобретённые возможности СОЛДАТА. Главное — не помереть в процессе.
Одев всё своё снаряжение, снова подхожу к зеркалу. Серебряный блондинчик в берцах, пятнистых штанах, тёмно-синей водолазке, лёгком бронежилете, с мечом на поясе, автоматом за спиной и с гранатами на разгрузке.
- Ну красавчик, просто машина смерти, как же я хорош, — меняя стойки и крутясь перед зеркалом, я потратил минут пять, ибо вид и впрямь неплох — я производил впечатление смазливого, но опытного наёмника средней руки, а такому просто обязаны навалить гилов полные карманы, не иначе.
