На эту незавидную роль определили старпома.
Когда первые лодки причалили к борту сухогруза, и захватчики под прикрытием пулеметов всей досмотровой группой карабкались по штормтрапам, Лапин уже не то что бы спрятался, — разумно притаился среди своих баулов. Хотя… Шальная мысль — оказать достойное сопротивление таинственному врагу, завалить гадов, одержать неизбежно удалую викторию с последующим захватом подводной лодки, и торжественным водружением над черной рубкой флага Республики Таймыр не давала ему покоя.
Хотелось восстановить справедливость.
…Если человек не работает в полицейских структурах, не является профессиональным юристом или не является членом преступного сообщества, то ему чрезвычайно сложно осознать, что грань преступного мира проходит рядом с обыденной жизнью, и в любой момент организованный злой умысел может легко поломать жизненные планы мирного человека. А если такой человек еще и достаточно смел, упрям и решителен, то жажда к сопротивлению и восстановлению справедливости, так, как он ее понимает, вполне оправдана и понятна. Однако знание реалий, трезвая оценка ситуации тоже играют свою роль, сберегая от поспешных шагов и необратимых ошибок…
Возможности для эффективной обороны у него были.
В наличии тренированное тело альпиниста среднего роста без признаков застарелого жирка. Отличная выносливость и резкость.
Было у Лапина и оружие. На арктических островах встреча с крупным зверем более чем «не редкость». Огромные белые медведи — страшные охотники Арктики, самые большие сухопутные хищники на планете, ни на день не дадут расслабиться обитателям удаленных береговых и островных поселений! Хорошо наблюдать за симпатичным мишкой с борта ледокола или через иллюминатор вертолета. Меховые увальни легко и смешно перекатываются по торосам, умиляя наблюдателя природной прелестью движений. Другое дело — встреча лоб в лоб, когда зверь голоден и беспощаден!
И заходы росомахи на север Таймыра случаются. Ранее она не отмечалась севернее устья реки Зырянка в Енисейском заливе, не было ее и в окрестностях Диксона. Вероятно, с изменением маршрутов движения северных оленей росомахи следуют за кочующими стадами, отбивая одиночек и больных. В отчетах работников полярных станций отмечены регулярные встречи этого зверя в низовьях рек Нижняя Таймыра, Ленивая и у полярной станции и погранзаставы «Эклипс». Отмечены случаи появления этого хитрого и коварного зверя и на арктических островах…
Бывают тут и олени. Их видели и на островах Гейберга, и на Русском. Это, как правило, небольшие кочующие стада. Для обалдевшего от радости белого медведя это щедрый подарок!
В общем, зверь тут водился, жил своей жизнь, и не собирался мириться с вторжением человека в свой законный ареал. Возможная агрессия прогнозировалась заранее, и на этот случай у Лапина имелся достаточно веский аргумент — полуавтоматический карабин «Архар» калибром 7,62, на базе СКС. Лапин никогда не был записным милитаристом, но что такое хороший ствол, знал не понаслышке. И поэтому, наблюдая за всем происходящим на палубе, Игорь постоянно прикидывал, есть ли у него реальная возможность изменить ситуацию в пользу экипажа «Хараелаха».
Пока что удача не высвечивалась.
Захватчики действовали слаженно и четко!
Они не стали запирать экипаж в трюмах и выстраивать колонны военнопленных посреди палубы. Многочисленные фильмы о чудовищном сопротивлении в закромах современной техники с помощью спрятавшегося в машинном отделении «Рембы» их явно не пугали… Как будто они достоверно знали, что на камбузе не скрылся с тактическим кухонным тесаком в руке зловещий айкидошник — Стивен Сигал, гроза террористов всех мастей. Не встретят они его тут, не познакомятся со знаменитым актером…
Трое старших в бандитской группе просто разогнали экипаж по рабочим местам. Один из них поднялся в рубку, наверное, для разговора с капитаном. Черный десант полностью блокировал палубу возле надстройки и принялся с помощью боцмана и нескольких членов местной такелажной команды оживлять подъемную технику сухогруза, извлекая небольшие аккуратные деревянные ящики с концентратом. И пошла работа. Задействовали только один кран и открыли только один трюм. Гигантские крышки открылись, безропотно отдавая захватчикам самую, пожалуй, ценную, часть судового груза. Нелепое ощущение обыденности грузоперевалочной операции соседствовало со страшной экзотикой черных комбинезонов и автоматов за спинами…
Гремели механизмы, сыпались приказы судовой бригаде. На коротком плече бодро курсировали огромные надувные лодки, перетаскивая драгоценный груз в чрево субмарины. Короткие команды, толковая продуманная работа, все без суеты и спешки.
Два человека обошли периметр судна, осматривая каждый закуток и, естественно, наткнулись на Лапина. Совершенно спокойно, на чистом русском командир досмотровой группы, амбалистый кабан с лысым черепом и светло-серыми бездонными глазами приказал ему подняться. При этом он небрежно повел стволом короткого «узи». У другого был ствол посерьезнее, «калашников». Лапин встал и молча отошел в сторону. Пираты бегло осмотрели наваленное на палубу хозяйство Игоря, затем небрежно попинали надутый «зодиак», прокомментировав, что их лодки куда как круче. После чего старший без всякой агрессии в голосе, но с неизбывным хамством спросил:
— А ты что за чертила такой? Почему не на рабочем месте, или приказа не слышал? Чего тут пасешь? Твои шмотки?
Лапин уже принял стратегию. Войны не будет — не то случай, зароют сразу… Поэтому он старательно разыграл классического «ботаника» и поспешил ответить с легкой напускной дрожью:
— Я — гидролог Арктического отделения Сибирской Академии. Я не член экипажа судна, меня должны были скоро высадить. Это снаряжение исследовательской экспедиции, я прошу вас быть поосторожней, там хрупкие приборы! — В этот момент он мысленно пожалел, что не носит очков, пригодились бы в таком дурацком сценарии…
— А! Паганель… Наука? Ну, давай, наука, сиди тут мертво, как овощ, и не вставай. А то накажу! Вкурил? — с этими словами бандит легко выдернул с шейной подвески небольшой черный нож с цапкими зубьями лезвийной пилы — серрейтора. Легко и резко сделал пугающий выпад без замаха. Клинок прочертил в воздухе перед грудью Игоря черную полосу и так же мгновенно вернулся в пластиковые ножны.
Игорь не успел ни испугаться, ни отскочить. Он еще не вошел в реалии своего нынешнего положения, не смог ни привыкнуть, ни смириться с новой, сплошь виктимной ролью жертвы. Но почувствовал, как острая ненависть начинает заливать ему сердце. Это как-то почувствовал и другой пират.
Человек, не участвовавший в разговоре, закончил осматривать лодку и нарисовался рядом. Это был смуглолицый, генетически обожженный нездешним жарким солнцем азиат, причем Лапин не смог хоть примерно определить родину бандита. Он был похож и на китайца и на вьетнамца, и на афганца одновременно. Но более его лицо запоминалось Игорю крупными формами и толикой европейских черт… Неразборчивая татуировка на правой щеке. На поясе висел тяжелый нож в больших ножнах, похоже, холодное оружие было в почете у этой атомоходной преступной группировки. По форме ножен, рукояти и габаритам ножа можно было допустить, что это что-то типа «кхукри» — национального холодного оружия гуркхов Непала. Висит такой ножище дома у Андрея Донцова, друга детства, соратника по приключениям… На стене висит, гостей пугает. На непальца человек был непохож, уж их Игорь насмотрелся во время туристической поездки в Катманду, все лелеял мечту молодости об теперь уж недостижимом Эвересте. Но это был явно «кхукри», причем не «новодел» от фирмы «Колд Стил», а настоящее, кустарное изделие. Серьезное оружие! Впрочем, Донцов тоже не гуркха и не Тенциг Норгей какой, а подобный рабочий предмет имеет, холит и лелеет. Его наличие, со слов того же Донцова, говорит либо о кровожадных наклонностях владельца, либо о наличии немалой практики применения… Коллекционеры предпочитают более броскую отделку и зеркальный блеск.
