— Выходит, что и наши артефакты вы так же воспринимаете? Обидно, — никак не показывая этого, сказала Мира, подмигнув нам.
Подробнейший план разговора с Левшой был составлен ещё вчера. И в нём учитывались все нюансы нашего учителя. Так что мы двигались строго по намеченным промежуточным точкам.
— Что за чушь ты говоришь? — сразу вскинулся Андросий Аванесович.
Больше, чем Лемешевых, он не любил, когда принижают его работу. А раз мы его ученики, то любая критика в нашу сторону — это в первую очередь критика самого Левши, чего он не мог допустить.
— Даже вы, всё ещё толком ничего не знающие и понимающие в артефакторике самые крохи, уже можете уделать опытных мастеров этих выскочек. Вот! И чтобы я больше никогда не слышал от вас таких слов. Если сомневаетесь или не понимаете, как взяться за работу, обращайтесь ко мне. Вместе разберёмся и найдём оптимальное решение.
— Мы и обратились, — многозначительно произнёс я и даже шмыгнул носом для убедительности.
Каспер пару раз хлопнул в ладоши, а потом скривился и заявил, что я полная бездарность. Играю так фальшиво, что даже младенец не поверит. Вот только получается, что Петросян гораздо более доверчивый, чем младенец.
Он быстро, как только возможно с его комплекцией, оказался рядом и подхватил меня за плечи. Ну как за плечи — почти за локти. Просто я был на голову выше.
— Ну что ты, Максим, не нужно расстраиваться из‑за какой‑то ерунды. К тому же я ведь не отказал вам в помощи. Просто сказал, что на данный момент не вижу никакой возможности осуществления задуманного вами заклинания через артефакторику.
Ключевая точка была пройдена. Мира кивнула нам за спиной Левши, и её глаза слегка засветились красным. Хоть и считалось, что как‑либо воздействовать на Петросяна невозможно. У него куча артефактов, защищающих практически от всего на свете, но только не от его учеников. Мы уже давно нашли брешь в его защите, и сейчас эта находка стала решающей в нашей задумке.
— Андросий Аванесович, мы уже всё продумали и даже составили схемы всех необходимых сопряжений. Провели расчёты и установили все возможные корреляции. Даже провели пару модуляций с полной имитацией работы готовых узлов. Вот только у нас всё никак не получается подобрать подходящие материалы.
— И здесь, кроме вас, нам точно никто не сможет помочь, — подхватила слова Миры рыжая. — Уж точно не Лемешевы.
— Куда уж им, — махнул рукой Левша, уже попавшийся в нашу ловушку. — Раз говорите, что проверили столько всего, то давайте сюда ваши расчёты. Посмотрим, чего у вас там. Смещение по оси магической коррекции делали? А фазионные сдвиги учитывали в погрешности выхода из дефрагментированных секторов?
— Вот видите, Андросий Аванесович, вы буквально за несколько секунд нашли то, что мы упустили из расчётов. Вы гений.
— Да, я такой, — вконец сдался Левша, польстившийся на подхалимство Гришки. — Чёрт с вами, давайте будем смотреть, чего же такого вы хотите сделать. Только сразу предупреждаю: если я увижу, что это заклинание может нанести кому‑нибудь потенциальный вред, то все разработки, связанные с ним, сразу же прекращаются.
— Даю слово, — ни секунды не колеблясь, сказал я.
Наше заклинание точно не может принести никому вреда, исключительно польза. И ничего, кроме пользы.
Наши имена навсегда впишут в магическую историю Российской империи, а за место в Новослободской школе магии будут вестись настоящие баталии.
Вот только принимать туда будут, как и прежде, в основном простолюдинов, в которых проснулся магический дар. Аристократы и без этого найдут место, где пристроить своих отпрысков.
* * *
— Вы уверены, что по нам не начнут шмалять системы ПВО? И что Гирос не решит оправиться прямо на какого‑нибудь бедолагу? Хорошо, если там попадётся маг, будет благодарен нам до конца жизни, а если обычный человек? Он же Гришку потом по судам затаскает, — спросил я, глядя на Новую Слободу с высоты птичьего полёта.
Летать на Гиросе нам уже не привыкать. А вот над городом это мы делали впервые. Да ещё и на такой высоте, чтобы было видно его весь. Даже самые отдалённые пункты охраны. Без этого нам не составить точной схемы.
Просто наше заклинание оказалось совсем не таким сложным, как казалось изначально.
Оно было в сотни раз сложнее.
И чтобы воздействие оказывалось непосредственно на школьную территорию, необходимо будет составлять ритуал размером со всю Новую Слободу.
— Не уверены, — буркнул Гришка. — Но Гирос в случае чего точно справится. И не навалит он ни на кого. Мы отправились сюда уже после сбора сути. Я больше переживаю за то, что Хранители могут нас не так понять. Начнут паниковать и совершат какую‑нибудь глупость. Всё же мы впервые собрали всех скакунов вместе. Даже Семёна.
— Не совершат. Я попросила Ларису, чтобы она предупредила других хранителей. Да и если решат быкануть, мы им быстро рога пообломаем. Дана и Семён легко со всем разберутся.
Рыжая достала из кармана какие‑то семена, слегка отливающие бронзой, зажала их в кулаке, дунула на него, что‑то быстро сказала и, радостная, швырнула семена над головой, при этом потеряв один ботинок.
Семена тут же подхватил порыв ветра и понёс куда‑то в сторону столицы. А ботинок меланхолично помчался вниз, угрожая какому‑нибудь крайне невезучему прохожему хорошей шишкой.
— Даже не буду спрашивать, что это ты такое выкинула. Надеюсь, что столица после твоих семян останется целой. Как‑то не хочется тратить время на разборки с Романовым, — сказала Мира. — У нас остаётся всего две недели, а ещё столько всего нужно сделать, что даже думать не хочется.
— Не хочется, но думать нужно. Вот, смотрите, я выделил всё, что может попасть в область действия нашего заклинания, если брать в качестве якоря школу, — произнёс я, и выделенные границы засияли золотым.
Отдельно вспыхнула территория школы, а само здание вообще светилось, словно маленькое солнце. Но кроме нашей четвёрки и, возможно, нескольких хранителей, этого больше никто не увидит.
— Гришка, теперь твоя очередь. Левша сказал, что семнадцати фокусов должно хватить с лихвой, но давай возьмём с запасом. Установи тридцать.
План заклинания был у каждого перед носом, поэтому уже через пару минут к моему золотому свечению присоединились тридцать тёмных островков, через которые пройдут силовые линии, и в случае ошибки они просто прервут заклинание.
Теперь наша защита вышла на иной уровень. Никаких ошибок быть не может и не произойдёт. Всё строго в соответствии с планом и заложенными в заклинание алгоритмами.
и не произойдёт. Всё строго в соответствии с планом и заложенными в заклинание алгоритмами.
— Знаю. Я уже работаю, — не дождавшись команды, произнесла Ленка.
Её глаза засияли, по рукам пробежали зелёные искры, начавшие щедро осыпаться вниз и заполнять пространство между золотом и чернотой.
Потребовалось больше часа, чтобы зелёное свечение распределилось равномерно на всём протяжении отмеченных мной границ. При этом мы все помогали рыжей, передавая ей магическую энергию.
Чтобы охватить всю территорию Новой Слободы, не хватит никаких запасов. Потребуется несколько десятков магов с уровнем силы, сопоставимым с моим. А такой вообще был всего один — и тот сидел на первой голове Гироса.
Но сейчас у нас был только первый заход. Так что силы четвёрки для этого хватит. Основа нашего заклинания была практически завершена, когда Гирос принялся чихать.
— У нас гости. Гирос всегда так реагирует на местных хранителей. Аллергия у него на них, — сказал Гришка, но мы уже и без этого прекрасно видели, кого прислал Баюн.
В том, что это дело лап одного умного кота, никто не сомневался. Просто Мойра прилетела, держа в руках переноску, в которой и сидел сам Баюн.
— Чем обязаны? — спросил я, прикидывая, как бы подтянуть Сёму, если придётся драться.
Но так, чтобы ничего не разрушить в городе. Если он резко вымахает в размерах, то серьёзных разрушений не избежать. Оно нам совершенно не нужно. Только не сейчас, когда осталось всего две недели до выпускного и неделя до последнего экзамена.
