– Он не такой, как отец!
– Ну… как знаешь.
Дьярви тяжело поднялся, обнял дочку мощными лапищами и поцеловал в лоб:
– А только… береги своё сердце, малышка. И репутацию. Это по юности думаешь: а плевать, что обо мне говорят. А когда свои детки пойдут, вдруг окажется: не плевать. Ты можешь быть отважным полководцем, можешь побеждать злых бельджуков, покорять пески и всё такое, тебя может усыновить сам великий Тигр Пустыни, но для людей ты навсегда останешься бастардом согрешившей принцессы…
– Я знаю, – Астра сглотнула и зажмурилась.
Отец провёл шершавой грубой ладонью по её голове:
– Я о Джарджате Младшем.
– И обо мне, пап. Я же знаю, – девушка смело заглянула в его рябое лицо. – И я знаю, что ты спас нас с мамой, когда женился на ней…
– Пустое. Не бери в голову. Ты – моя дочь. Просто береги себя, Звёздочка.
– Пап, а имя мне дал ты? Я ни у кого не встречала такого. Это ты придумал назвать меня в честь звёзд?
Дьярви усмехнулся.
– Нет, Астра. Даже не знаю, кто. Наверное, мама. Я вас встретил, когда ты уже была Астрелией. Или не знаю… Мать-то хотела тебя переназвать, кстати. Ей хотелось как-то попроще, но мне понравилось. И звёзды, и цветы… красиво.
– Есть ли кто дома? – донёсся с улицы мужской голос, а затем грохнул дверной молоток.
– Это ещё кто? – коронель нахмурился.
Астра оглянулась в недоумении:
– Не знаю…
Дьярви вышел в коридор и увидел светловолосого аристократа с серо-зелёными чуть раскосыми глазами. Несмотря на простую кожаную куртку то, что юноша из благородных, было видно сразу. Мужчины уставились друг на друга в крайнем изумлении, а затем их руки легли на рукояти сабель.
– Папа, это княжич Элиссар, – Астра поспешила встать между ними. – Ваша светлость, это мой отец – коронель Дьярви.
– Мы знакомы, – процедил Дьярви хмуро. – Правда тогда княжич назывался Зелёным драконом…
Элиссар первым отпустил саблю, вскинул голову:
– А сейчас зовусь хранителем Серебряного щита.
– Герцог, значит, – сумрачно отозвался коронель и скрестил могучие руки на груди. – И что Вашей светлости понадобилось от нашей тёмности?
– Его величество попросил госпожу Астрелию об очередном уроке. Экипаж ждёт нас на улице.
– Астра…
– Пап, – она коснулась его плеча, – всё будет хорошо. Я обещаю. Это мой долг. У нас сегодня астрономия.
– Скажи мне, богини ради, зачем королям наука о звёздах?
– Монарх должен быть самым образованным из своих подданных. Ваша светлость, прошу вас: подождите меня недолго. Я сейчас соберусь.
И она убежала на второй этаж. Дьярви проводил дочь задумчивым взглядом, а затем обернулся к гостю. Тот угрюмо смотрел на него.
– Я человек маленький, – сурово заметил тот, кому повиновалась тысяча лучников, – и я – верный слуга короля. Если Его величество решил разбойника сделать герцогом – его воля. Простить смерти своих подданных и сожжённые замки – воля его. Государю виднее. Но если хотя бы волос упадёт с головы моей дочери, или крошечное пятнышко попытается пристать к подолу её платья…
– Я не слышал последних слов, коронель. Вернее, не понял угрозы, которая в них могла бы таиться. Иначе мне пришлось бы тут же лишить тебя головы.
Они снова яростно уставились друг на друга. Первым вышел из поединка взглядов Элиссар. Черты его лица смягчились.
– Его величество благороден и очень уважает твою дочь. Он скорее отрубит себе руку, чем причинит ей малейшее зло. Не бойся.
– Бояться за дочерей – удел отцов, – философски отозвался Дьярви и снова запустил пальцы в бороду. – Могу ли я спросить о намерениях короля относительно моей дочери? Положим, сам он не коснётся её и пальцем и не помыслит о дурном, но все языки не отрежешь.
Элиссар вдруг светло улыбнулся, тряхнул русой головой:
– Понимаю. Хорошо, я открою тебе государственную тайну: король хочет жениться на твоей дочери. И намерение его вполне серьёзно. Но нужно решение Совета щитов…
– Жениться? Разве это возможно, чтобы король…
– Если государь хочет, кто ему запретит?
Дьярви задумался. И думал, пока к ним не спустилась разрумянившаяся Астра.
– Я готова, – заявила девушка, поправляя сумку на плече.
– Прекрасно, – отозвался Элиссар, решительно сняв с её плеча сумку. – Идёмте. Был рад познакомиться заново с доблестным коронелем… при других обстоятельствах.
Он учтиво наклонил голову, Дьярви нехотя ответил полупоклоном.
– Война – это просто ужасно! – вздохнула Астра, когда карета, наконец, тронулась. – Но меня радует, что Его величество, несмотря на всю серьёзность положения, не забрасывает учёбу. Потому что любая война – закончится, а наука…
Элиссар покосился на неё. Глаза девушки сияли воодушевлением, щёки разрумянились. И невольно память нарисовала герцогу-княжичу другое лицо: чувственно-пухлые губы, надменный взгляд серо-голубых глаз. «Нас никогда не было, Лис» – зазвучал голос, полный презрения. И хранитель Серебра снова задохнулся от боли и злобы. Отвернулся в окно.
Как жаль, что девушек нельзя вызывать на поединок! Как жаль, что единственным человеком, который мог ответить ему за оскорбление, нанесённое коварной принцессой, был его побратим.
Его предплечья коснулись тонкие пальцы.
– С вами всё хорошо? – участливо спросила учительница.
Элиссар обернулся, проследил за её взглядом и увидел собственную руку в чёрной кожаной перчатке, стиснутую в кулак.
– Лучше не бывает, – ответил хрипло.
– Я вас чем-то оскорбила?
Княжич шумно выдохнул, отчаянно пытаясь взять эмоции под контроль.
– Простите. Нет. Это не связано с вами. Война и… Вы правы, это ужасно. Но не волнуйтесь: вряд ли она затянется надолго. Триумвират трёх королевств: Гленна, Тинатина и Элэйсдэйра легко справится с зарвавшимся Персиком.
– Вы его на карте видели? – усмехнулась Астра.
– Кого?
– Султанат? Нет? А я видела. Он огромен. Невзирая на безжизненные пустыни на юго-востоке, которые с каждым годом забирают у Султана всё новые и новые земли. Несмотря на высокие горы с ледяными шапками на юго-западе. Султанат больше, чем все три наши государства, и народу в нём тоже больше. Эта война не будет похожа на прогулку, я вам точно говорю.
Элиссар недоверчиво хмыкнул:
– Мы уже воевали с ними…
– И не победили, не так ли? Султанат – это империя, в нём несколько королевств, которые у них называются эмиратами. Грозный флот. Вы знаете, как персиковчане называют сами себя?
– Персиковчанами?
– Конечно, нет! Их самоназвание – тигры. Вернее, династия Аятэдэтов, которая сейчас у власти, произошла из… скажем так, королевства тигров. Но, как я уже говорила, Султанат это несколько народностей и несколько королевств. Некоторые из них не понимают даже языков друг друга. Свирепые бельджуки, хитрые манелюки… У одних чёрные волосы и узкие глаза, как у детей степи, у других глаза голубые, а волосы почти белые. Одни бреются налысо, а другие заплетают бороды в косы, из волос же сооружают сложнейшие причёски. Они очень разные.
Элиссар задумался.
– Значит, надо посеять внутри них раздор, – сообразил он, спустя время.
Астра кивнула:
– Да. Это было бы неплохо. Именно так сделал лорд Ойвинд, посол короля Ульвара в Благословенном Саду. Именно из-за его усилий, направленных на раздувание пожара внутреннего раздора, Саядет, племянник султана Алмаза, убил дядю, а к власти пришёл не воинственный Джарджат Старший, а более миролюбивый Саядет. Странно, что Младший Джарджат сам не сел на трон, вернув его своей семье, а посадил Тайгану, дочь Саядета. Но, думаю, он просто женится на ней, таким образом загасив давний раздор.
– Джарджат Младший – бастард, – возразил Элиссар. – Пусть персиковый принц и усыновил незаконнорожденного сына своей любимой сестры, но вряд ли тот, кто не знает даже имени своего отца, может стать султаном.
– Возможно, – согласилась Астра.
«У неё красивая улыбка», – вдруг подумал княжич и снова отвернулся.
