— Ты сейчас счастлив? — спросила она, и её голос был почти неслышен.
Не чувствовал себя счастливым, но и не был несчастным. Я просто жил, день за днём, пытаясь найти смысл в своём существовании.
— Я надеюсь, что ты найдешь счастье, — сказала она, её глаза были полны печали. — Ты заслуживаешь его.
Мы не можем вернуться в прошлое. Мы не можем изменить то, что уже случилось. Но я хотел бы верить, что мы найдем счастье в будущем, каким бы оно ни было.
— Такова жизнь, — тихо молвила Лань.
— Селяви… — вторю я.
Откинулся на спинку кресла, почувствовав, как тяжесть усталости оседала в плечи. Перед мной стоял стакан с темным вином, его аромат наполнял комнату терпкими нотками. Я делал небольшие глотки, стараясь успокоить нервы.
— Впрочем, Габи всё ещё будет рад тебя видеть. Если ваша миссия увенчается успехом, то хоть живите во дворце, — произнес я, стараясь, чтобы мои слова звучали спокойно и уверенно.
Криво улыбнулся, пытаясь спрятать свою неискренность. До столь своевольного бастарда мне действительно не было дела. Родная кровь, да, но у меня есть обязательства перед отечеством. Я должен был выполнить свою миссию, несмотря ни на что.
Но в её глазах я видел не только радость, но и немую мольбу. Она хотела почувствовать мою поддержку, хотела знать, что она не одна в своей борьбе. Я положил руку ей на плечо, стараясь передать ей хоть какую-то частицу своего тепла.
— Знаю, что ты сделаешь всё возможное, — сказал я, стараясь, чтобы мои слова звучали искренне. — Я верю в тебя.
Вижу, как в её глазах зажглась искра надежды. Она кивнула и пожала мою руку.
— Я не подведу, — ответила она, и в её голосе звучала твердая решимость.
Улыбнулся ей наконец искренне. Я знал, что она сделает всё, что в её силах. Она была крепкой и волевой. Но в глубине души я чувствовал, что наша встреча не просто случайность. Она была неким знаком, неким предопределением. Возможно, нам ещё предстоит пройти через многое вместе. И я был готов к этому.
Её взгляд затуманился, словно она вдруг очутилась в другом месте, в другое время. Губы её слегка приоткрылись, словно она хотела что-то сказать, но слова застряли у нее в горле. Руки невольно сжались в кулаки, словно она пыталась удержать ускользающие воспоминания.
Я видел, как её глаза наполняются грустью, как её лицо становится бледным от нежной печали. Она не слышит моих слов, не видит меня, ушедшая в прошлое, в то время, когда мы были ещё молоды и беспечны.
Воспоминания отнесли её в академию, в тот мир, где ещё не было тяжести взрослых обязанностей, где её жизнь была наполнена яркими красками и радостными встречами. Я видел, как её улыбка становится нежной и грустной одновременно, как она мысленно бродит по коридорам академии, вспоминает шумные вечеринки, бесконечные споры и тайные встречи под луной.
И я не смел прерывать её воспоминания. Я понимал, что в этом мире она находится сейчас не со мной, а с самим собой. И я не мог и не хотел отбирать у нее этот миг ностальгии, это краткое возвращение в то время, когда её жизнь ещё не была запятнана горьким опытом и тяжестью реальности.
Я просто смотрел на нее, на её нежное лицо, и чувствовал, как в моей душе тоже вспыхивает нежное пламя ностальгии. Я тоже вспоминал академию, вспоминал её смех, её яркие глаза и её прекрасную душу. Но я знал, что время не стоит на месте. Мы не можем вернуться в прошлое. Мы можем только идти вперед, в неизвестность, в будущее, которое еще не написано. Впрочем, в её глазах был явно не я, но такова жизнь.
«Когда-то давно и, возможно, неправда».
Яркий свет привычно пытался ослепить, но Габи нежно держал меня за локоток, как и подобает княжичу. Прижавшись к нему вплотную, я услышала, как его сердце забилось сильнее. Бросив на юношу по-лисьи хитрый взгляд, я искренне улыбнулась, тут же получив улыбку в ответ. Габи улыбался крайне редко и с большой неохотой, но это лишь добавляло ему брутального очарования, что прекрасно ложилось на природную харизму и обаяние.
С ним было по-своему уютно. Тревоги и переживания уходили на задний план. Чувствуя тепло его рук, я ощущала себя как за каменной стеной. Ведь каждая «принцесса» мечтает о своём принце. Но реальная жизнь «немного» сложнее, чем кажется со страниц детских сказок. Да и «принц» может быть неидеален. Но ничто не мешает сделать его «идеальным». Сам же юноша был спокоен и равнодушен ко всему внешне, но вот взгляд княжича был красноречивей тысячи слов.
В глазах княжича так и плескалась любовь с толикой обожания и совсем неприкрытого желания. Но я лишь мило улыбалась в ответ. Ветер нежно ласкал кожу прохладой. Застыв на пару секунд у зебры, я всласть наслаждалась мимолётным ветерком.
Габриэль же смотрел на это с улыбкой, и она была настоящей! Маска аристократа всё-таки треснула, и на миг показался тот, кто скрывался под ней. Работающий рядом коммунальщик с одобрением смотрел на нашу сладкую парочку, опираясь на черенок от штыковой лопаты. Нижний Новгород создавал по-своему домашний уют, и было в нём что-то родное. Зацепившись взглядом за несущийся на огромной скорости автомобиль, я тут же отмечаю, что водитель почти не управляет им, и авто выруливает прямо в нашу сторону.
Почувствовав мою тревогу, княжич бросил мимолётный взгляд и тут же среагировал, закрывая меня своим телом. Мгновение, и дорожное покрытие вспыхивает вязью васильковых рун и за какую-то долю секунды собирается в руке Габи в щит каплевидной формы. Не сбавляя скорости, машина въехала точно в «стену», тут же сложившись наполовину гармошкой. Пребывая в лёгком шоке, я не до конца понимала, что происходит. Но то, что Габриэль без тени сомнения прикрыл меня собой, крайне импонировало.
— Какого чёрта… — из машины показался и водитель со сломанным носом. — Зачем вы встали у меня на пути? Да вы знаете, кто я? — Гавайская рубашка нараспашку и пляжные шорты добавляли ему комичности при проявлении ярости. — Никто не смеет останавливать главного архитектора княжества! — пафосно вещал этот «деятель».
Развеяв свою магию, княжич сделал шаг вперёд, явно желая проучить наглеца.
— Нападение? На государева человека? — архитектор вполне себе искренне возмутился. — Не знаю, парнишка, кто ты… Но задержка чиновника моего уровня будет стоить тебе ой как дорого. Да и девка у тебя неплохая. Эй, чика, не хочешь стать моей музой? — нагло подмигнул этот подонок уже мне. — В качестве хобби я занимаюсь скульптурой. С твоим телом выйдет классная работа в стиле ню. — По всей видимости, он уже «приценивался» и буквально раздевал меня взглядом, полностью игнорируя Габи.
И это было его главной ошибкой. Скрепя зубами и буквально пуская молнии из глаз, Габриэль сделал ещё один шаг и ногой с разворота выбил наглому архитектору челюсть. Не прошло и минуты, как показались ещё три машины, из которых тут же высыпались хмурые люди в костюмах. Быстро среагировав на подобное «неуважение» к государеву человеку, они тут же ринулись в бой.
Но княжич пылал праведным гневом, и казалось, что ему совершенно не важно, сколько людей вышло против него. «Одолжив» у всё ещё стоящего рядом коммунальщика лопату, княжич тут же нанёс сокрушительный удар плашмя, буквально ломая лицо ближайшему охраннику.
Он не сдерживал силу и ударил всё той же лопатой прямо в грудь следующего оппонента, спустя миг я услышала хруст рёбер, и его противник тут же взвыл от боли, падая на асфальт. Новый удар плашмя вырубил третьего. Секунда, и ещё один молниеносный выпад обрубил пальцы следующего противника, что попытался коснуться меня. Князь был смертельно опасен и чертовски соблазнителен, но «традиции» всё портили…
Прошло уже секунд десять, и нас начали грамотно окружать. А в руках охраны мелькнули электрошокеры с длинной ручкой. Видимо, так они разгоняют всех «фанатов» архитектора. Вырубив очередного охранника, Габи и сам получил разряд, тихо рыча, он со всей силы метнул лопату, словно копьё, в ближайшего оппонента. В васильковых глазах князя вспыхнули настоящие молнии, а на кончиках пальцев засверкали искры. Используя какую-то витиевато-матерную конструкцию, он вырубил оставшихся шестерых цепной молнией.
