– Как себя чувствуешь? – Его хриплый низкий голос защекотал ухо, а холодное дыхание – шею. – Не желаешь присоединиться?
Люциан оставался спокоен, словно камень, одиноко стоящий в поле во время дикой пурги. Он воспринимал происходящее как издержки своего ремесла.
– Ты их расцепишь или я? – сухо спросил Люций.
Кай коротко хохотнул и отстранился, а потом шагнул к Нарциссе.
– Конечно, я. – Он махнул рукой. – Не хочу, чтобы достопочтенный владыка Луны запятнал себя чужой похотью.
– Мой господи-ин… – с наслаждением протянула Нарцисса, выгибаясь в пояснице и протягивая к Каю когтистую руку. Он остановился у стола и бездушно пожал ее ладонь, явно восприняв жест не так, как она хотела, а потом лениво потребовал прекратить.
– Н-но… господи-ин… – простонала Нарцисса, двигаясь по столешнице взад и вперед под звуки шлепков. – В-вам… ах… не нравится?
– Дело не во мне, – досадливо ответил Кай. – Дело в нем, – он указал на Люциана, стоящего позади него, – и в твоем человеке. Ты должна это прекратить и отпустить его.
– Что? – Нарцисса резко напрягла ноги, заставляя Варнана прильнуть к ней вплотную и сдавленно застонать. Она обхватила его за шею, прижала лицом к груди и, пока он, причмокивая, облизывал ее возбужденные соски, спросила: – С какой стати мне его отпускать?
– Да у него какие-то проблемы в мире живых. Люциан сказал, он почти женат, – пояснил Кай так небрежно, словно пришел посплетничать с подружкой. Его даже не смутило, что она голая и отдается кому-то на столе.
– Семейный статус меня не интересует, – фыркнула Нарцисса под причмокивающие звуки. – Этот человек – мой. Я не отдам его просто потому, что мальчишка градоправителя просит об этом.
«Мальчишка?»
Люциан вздернул бровь, глядя в стену. Он, может, и вошел в кабинет со всей своей решимостью, но смотреть на стол так же решительно не собирался.
– М-м, не понимаю, о ком ты говоришь, – с усмешкой протянул Кай. – Человек за моей спиной может убить тебя, меня и всех, кто находится в этом городе, поэтому лучше возьмись за ум да побыстрее.
Нарцисса потрясенно раскрыла глаза и спросила:
– Этот маг столь силен?
– Он равен мне.
– В-вам? – проблеяла демоница. – Но почему я не чувствую от него этой силы?
Кай наклонился и угрожающе прошептал ей на ухо:
– А ты хочешь почувствовать?
Нарцисса сглотнула, уставившись в черные глаза демона, тьма в которых не имела границ.
Кай врал, не поведя и бровью, врал так убедительно, словно они с Люцианом и правда были одинаково сильны. Даже Бог Обмана не усомнился бы.
Нарцисса отстранила от себя Варнана и велела тому прекратить. Мужчина хоть и был возбужден, но повиновался, словно марионетка.
Люциан продолжал смотреть в стену, чтобы не наблюдать чужой наготы.
Нарцисса села на столе лицом к Каю, прикрыла шелковым халатом пышную грудь и, покосившись на Люциана, спросила:
– Если я отдам ему своего человека, чем буду питаться?
– Найдешь нового, – равнодушно бросил Кай.
– Новых людей найти непросто, в городе их меньше, чем демонов. – Нарцисса лукаво посмотрела на него. – Градоправитель, давайте договоримся? Вы вернете мне Маула, а взамен я отдам Варнана. Заклинатель с лошадиной мордой, которого он поселил в своем доме, только все портит. Не понимаю, чем он так приглянулся… сбоку на рыбу похож, а спереди на коня, но, как бы там ни было, из-за него Маул запечатал храм и никого не пускает. Пусть ваш маг заберет и этого парня тоже.
Услышав, как демоница описывает Эриаса, Люциан растерялся. Конечно, у его друга было немного вытянутое лицо, но сравнений с лошадью и рыбой он ранее не удостаивался. Окружающие обычно считали заклинателей красивыми, но если так подумать, то их красоту оценивали лишь по внешним признакам: крепкое здоровье, белые зубы, отсутствие шрамов и пятен, красивые гладкие волосы и аккуратные ногти, – а индивидуальные черты вовсе не учитывались. Они многим могли не приглянуться, к примеру, таким своенравным и избирательным существам, как демоны. Люциан впервые осознал, что заклинатели не выглядели идеально в глазах всех остальных и считались таковыми лишь потому, что за ними закрепилось данное мнение. Причем закрепилось среди людей, а не бессмертных.
– Твое условие: избавить Асдэм от мальчишки, которого приютил Хаски?
– В ближайшие дни. – Нарцисса кивнула.
Кай молчал, что-то задумчиво мыча себе под нос, словно принимал сложное решение, хотя Эриас и так уезжал вместе с Люцианом. Но Нарциссе этого знать не стоило.
– Хорошо, – сказал Кай так, словно его владыческую персону обязали самостоятельно положить ложку супа в рот. – Организовать это будет сложно, но я приложу все силы.
Нарцисса удовлетворенно поерзала на столе, а потом спрыгнула и радостно чмокнула градоправителя в щеку. Она игриво скользнула пальцами по его плечу, выражая тем самым удовлетворенность сделкой, и обошла, чтобы приблизиться к Варнану. Усмехнувшись, Нарцисса сказала несколько ласковых слов ему в лицо, потрогала напоследок каменное достоинство и прижалась к его губам в поцелуе.
Люциан не понял этого жеста, но, приглядевшись, увидел, как демоническая магия покидает человеческое тело через рот. Оказалось, крошечная ее часть таилась внутрь Варнана и отравляла разум, как паразит.
– Ты свободен, – прошептала Нарцисса своему смертному. – Эти господа вернут тебя в мир живых.
Варнан встрепенулся:
– Я не хочу! – Он гневно сверкнул глазами, посмотрев сначала на Люциана, а потом на Кая, который лениво прислонился поясницей к краю столешницы в ожидании представления.
Люциан вздохнул, осознавая, что пришло время действовать. Он в мгновение оказался за спиной смертного и поразил несколько акупунктурных точек у него на теле. Мужчина начал падать, и Люциан подхватил его на руки, чтобы тот не разбил голову об пол.
– Модао такой быстрый, – одобрительно протянул Кай. – Попросить кого-нибудь понести этого человека вместо тебя?
– Я сам, – отозвался Люциан и обошел остолбеневшую Нарциссу. Тащить взрослого мужчину на руках было таким себе удовольствием, но не прятать же его в бездонный поясной мешочек? В конце концов, он ведь еще не труп.
Встретив Люциана и Кая на небольшой площади с городским указателем, Эриас сразу протянул руки.
– Ох, давай мне.
– Мне не тяжело, – отозвался Люциан, все еще держа Варнана. Он прошел с ним немалое расстояние от дома Нарциссы до окраины Асдэма. Кай помочь ему не пытался и вместо этого безостановочно подтрунивал, перебрав все колкости мира, которые только смог подогнать под ситуацию. Люциан был ему благодарен: лучше это, чем опекунство.
– Дело не в этом. Как владыка, ты не можешь носить на руках человека, если рядом незанятый страж. Мой долг – служить тебе, так что не нарушай традиций, это меня ранит. – Слова Эриаса звучали искренне.
Люциан тяжело выдохнул. К подобному контраргументу он не был готов, поэтому отдал свою ношу, чтобы не обижать друга.
Он огляделся в поисках третьего товарища, который хотел отправиться с ними за черту города, но, никого не увидел, обратился к Каю:
– Бог Обмана не пойдет?
– А должен? – Демон вскинул бровь, стоя с заведенными за спину руками.
– Он хотел, – неуверенно ответил Люциан.
– Хаски идет с нами? – опешил Эриас. По всей видимости, уважаемое божество никого не оповестило о своем намерении.
– Он хотел… – еще более неуверенно повторил Люциан. Он думал, Хаски будет ждать его вместе с Эриасом, и поэтому не совсем понимал, куда тот запропастился.
– Мода-ао, – протянул Кай, – я чувствую, что сама судьба подсказывает тебе остаться в Асдэме еще на один день. Так ты сможешь спокойно разыскать Хаски.
Люциан фыркнул:
– Не выставляй свои желания как знак свыше.
– Мне больше ничего не остается, – протянул демон. – Если скажу, что привязался к тебе и не хочу отпускать, ты, конечно же, не поверишь.
