Вокруг того места, где они находились, отметки «589,6 м.» на горе Обрыв, романтическим красным цветом заливала всю панораму подсвеченная незаходящим норильским солнцем безжизненная поверхность арктической тундры высокогорья. Ни хрена тут не растет… Вот это служба у хлопцев была! Тут терпимо лишь коротким, особенно на такой высоте, полярным летом, а вот зимой-то каково! В темноте, да на постоянных ветрах нести боевое дежурство, постоянно ожидая нападения вероятного противника…
Редкий мох, еще реже — напуганный ветрами и морозами кустарник, прижавшийся к каменным россыпям. Даже леммингов не видно. Вероятный противник в очередной раз обманул страну — так и не напал. И эту воинскую часть, частицу системы ракетной обороны Норильского промышленного района, расформировали. А ведь, сколько сил и средств сюда вбухали, как ждали его, супостата! Теперь же выясняется, что тут ждали не только ракет и самолетов противника…
НЛО тоже ждали.
И периодически получали ожидаемое.
Достав из нарукавного кармана конфету, Игорь протянул ее Фариде, другую кинул Сержанту, и спросил его же сверху:
— Сам-то что думаешь? Что за раздолбайство повальное, на стенках караульной вышки такие вещи вырезать…
Сержант легонько стукнул ногой по облезлой стойке-опоре из седой лиственницы и уверенно сказал, чувствовалось, что он уже все обдумал:
— Думаю, что офицеры у них ленивые были. Или занятые плотно другими делами. Впрочем, на то и был расчет. Никто не проверял и на вышку не поднимался. А рядовой состав, присягу и подписку давший, запах перемен по телеку уже унюхал и перспективы видел. Вот и хотели ребята для себя информацию сохранить! Типа «независимого расследования» снизу. Будет что вспомнить после дембеля, — он помолчал, загнал окурок в мох и добавил. — Может, и фотографировали что-то втихую. Только, поди, найди их сейчас…
Лапин согласно кивнул. Скорее всего, так все и было.
Стоять и ждать, пока Фарида закончит съемку, ему уже надоело, но и вниз ведь не спустишься раньше нее. Он еще раз сверился с ксерокопией фрагмента подробной карты местности. Далеко же они забрались! Вот гора Шмидтиха, отсюда видно только вершину. Так, а это гора Сидельникова. А это — гора Южный мыс, к юго-западу от них.
Добирались они долго.
Сначала поднялись на «Медвежку», миновали бесконечный ряд технических строений и заброшенных объектов комбината, потом проехали мимо развалин былого поселка и ушли в горы, оставив карьер открытого рудника с левой стороны. Скоро дорога стала похуже. Но не настолько, что бы у проверенной в подобных путешествия «Нивы» и ее экипажа возникли проблемы. И не в таких местах проходили! Первый раз они остановились в самом начале расположения этой воинской части. Внизу громоздилась гора Шмидта — необычный вид с обратной стороны. Бывший «Склад ВВ» под ней. Сфотографировались возле насыпного ДОТ-а — долговременного огневого сооружения.
Потом «Нива» остановилась возле вертолетной площадки с разобранным и вывезенным основанием из крепких бетонных блоков, которые наиболее хозяйственные норильчане растащили на гаражи… Здесь стоило оглядеться. Лапин разглядывал плато в свой непростой бинокль со встроенной цифровой камерой. Дикая вещь. Увидел, нажал, — «щелк!» и готово. Потом скинул кадры через USB-порт на компьютер и пользуйся, изучай. Вражья техника, зависть дядьки «Просто Бонда». Один раз они увидели в паре километров черный джип, и тогда Майер переложил карабин поближе. Черт его знает, места тут глухие… Потом они поехали дальше, оставив за собой центр управления и казармы. Поднялись на срез вершины. Немного поглядели на капониры и пусковые установки ракет. Их было много. Когда эти ракеты нацеливали в небо по тревоге, их силуэты было хорошо видно всем проезжающим по автодороге Норильск — Кайеркан. Здесь Лапин уже бывал и даже утащил домой кусок красного обтекателя боевой части. Так и валяется в кладовке.
Сержант упрямо загонял «Ниву» все глубже в горы, сюда, на границу воинской части. Потом они потеряли дорогу и ехали по мелкому острому курумнику. А еще через десять минут приехали в конечную точку планового маршрута. К колоссальному обрыву, не отвесному, но достаточно крутому. Потому гора «Обрывом» и называлась.
— Ну, теперь все, здесь мой план выполнен, — Фарида тронула Игоря за плечо и показала на сложенный кофр.
Сержант обрадовано вскинул карабин на плечо и пошел заводить «Ниву», перед этим крикнув им уже издалека:
— Идите пешком! Если уж свалюсь, так хоть один…
Свалиться тут можно было. От края обрыва тянулись две узкие полоски-насыпи. Это были дороги. Они вели к двум острым конусным холмам, торчавшим из глубины пропасти словно рожки огромного каменного животного из древних мифов. На самой горе между этими насыпями чернели остатки строения, где, судя по удаленности, и располагался для постоянного жития служивый люд. Крошечный отдельный гарнизон. Тут же грозно топорщилась единственная уцелевшая вышка местного караула. А на вершинах этих холмов когда-то стояли передвижные радиолокационные станции. Сейчас их не было. Ребят же интересовал именно правый объект.
Дотошный Серёга еще в прошлый раз побывал на левой вершинке, выяснив, что дорога туда перепахана тяжелой техникой. С большим трудом, видать, вояки утаскивали станцию назад, к материнской горе. И утащили ведь таки куда-то.
А вот справа… Справа дорога была целехонька. И стальные колья фиксации целой системы противоветровых растяжек остались, и талрепы. А сам станция валялась внизу, под склоном. Ее и поднимать не стали, ибо не стоила игра свеч. Хотя, из соображений секретности надо бы было это сделать. Видать, слишком торопились зенитные начальники свернуть точку и успеть добыть себе удачное место службы на материке. Вот и хорошо. В смысле, есть теперь на что посмотреть, если поверить Сержанту. А как ему не верить?
Заглушив вполне благополучно забравшуюся на вершинку машину, Майер уже доставал из багажника смаркированные мотки основных веревок — вниз спускаться. Закрепил вокруг сразу двух кольев, да и за «Ниву», на всякий случай.
— Сейчас всё увидите! — загадочно пообещал он напарникам и тут же быстро полез вниз, как в прорубь прыгнул.
Суть они увидели сразу.
Станцию не свалило свирепыми северными ветрами, постепенно стаскивая её к кромке склона. Ее потеряли не по халатности персонала, и не вследствие пожара. Передвижную РЛС буквально снесло, смело каким-то мощнейшим энергетическим зарядом! Импульсом! Сам корпус и раструб локатора были оплавлены с левой стороны так, будто были сделаны из пластика или прикоснулись к плазменному облаку дикой температуры…
Часть локатора просто испарилась, ибо никаких расплавных струй и обломков на склоне и внизу не было. О том, что стало с дежурным персоналом, думать не хотелось…
Внеземной летучий объект ударил по РЛС всей силой своей технологии.
Пекло. Плазма.
— Вот и доследились, ядренть, секретчики… — мрачно произнес Лапин.
— Скорее всего, военные влепили парой ракет по этим «тарелочкам», а те ответили, уж как умели… — высказала свое предположение Фарида, не прекращая фотографировать страшные последствия такого «ответа».
Молчал только Майер. Он и до этого много чего передумал-переварил. Всего он друзьям не сообщал, две недели настырно уговаривая их бросить все свои дела и приехать сюда, к объекту. Они и приехали, с надеждой и эйфорией… и вот теперь подавленно молчали. Неприемлемая для души смесь прикосновения к какой-то великой тайне и к страшной трагедии современного противостояния цивилизаций.
Общее молчание прервал далекий жужжащий звук, несерьезный какой-то, игрушечный. Это и была почти игрушка — мотодельтоплан, медленно приближающийся к ним со стороны поселка Кайеркан. Оранжево-синий треугольник на фоне низких облаков. Идет не слишком высоко, ровно, курс строгий и вполне ясный. Сюда летит.
— Раз в неделю прилетает, — уверенно сообщил Сержант, разглядывая пришельца в свой чудо-бинокль. — Я и в прошлый раз его тут видел. Тоже снимает, похоже — исследователь-конкурент. Но пока мы здесь, низко не спустится… Хорошо бы его найти и познакомиться. В засаду, что ли, нарядиться, по старой памяти?
