Блек бросил косой взгляд на Брока, честно пытающегося не рассмеяться над происходящим, и процедил — кажется, его самого так и тянуло все высказать о ненаучности:
— Тогда мы пойдем. Не будем мешать решать высшие, нам не доступные задачи…
— Да-да-да, — махнул рукой Верр, косясь на лейтенанта: — Скотт, и где ваши расчеты с учетом постоянной Аллена для Арселя?! Почему до сих пор они не передо мной?!
Лейтенант вздрогнул и понесся к вычислителям, огибая Брока с друзьями. Он тихонько шепнул:
— И все же Дыхание богов уже было применено в Аквилите.
Брок долго не мог подобрать слов, даже когда они вышли на улицу, всю сиявшую эфирными трещинами. Он честно не знал — орать, ругаться и заходиться в смехе: Верр и военные не опознали в лере де Форе того самого Мюрая. Эван тоже молчал — лишь смотрел на бледного, старательно не шатающегося Блека и… Не мог даже поддержать эфиром — почти выгорел за сегодняшний день.
Блек разбил тишину сам:
— Мюрай, а вы, значит, все же гранд-мастер, оказывается. А я не верил в вывод Ривза, мягких облаков ему… Надо же, вы круче вычислителя…
Клер не удержалась от ядовитой ремарки:
— Зато ты спасаешь котят.
Блек бросил на неё совсем непонятный взгляд — Брок дорого бы заплатил за то, чтобы понять, что произошло между этими двумя в катакомбах. В конце концов он же обещал заботиться и защищать Клер. Блек продолжил:
— Брок, я понял — у вас сегодня был все же кураж, когда вы говорили, что мы можем подружиться. Я понял это, когда вы испугались, что я проболтаюсь о потенците.
— Я не… — начало было Брок, но Блек оборвал его:
— Не стоит ради меня лгать. Кстати, Ренар, пока помню — если важно для расследования: потенцит мы нашли вместе с Фейном в катакомбах. Точнее… Мы нашли включения эленита в породе…
Брок опешил — он не проболтался. Это Блек — пронырливый умник, как и Вики.
— Так… — Блек чуть пошатнулся: — я говорил о кураже. Нам не стать друзьями, но я готов по-прежнему работать с вами ради города. И спасибо за кураж, Мюрай — ваши слова меня сильно вдохновили и помогли продержаться весь этот длинный сумасшедший день.
— Я не лгал вам, Блек. Кстати, меня зовут Брок.
— Я знаю.
Брок уточнил:
— Хорошо, тогда почему не обращаетесь по имени?
— Потому что, Мюрай, о, простите, лер де Фор, вы не давали такого разрешения раньше.
— Дал. Только что. И… Грег, не забудьте — завтра в десять я вас жду. И спасибо, что не выдали. Спасибо, что солгали ради всех нас: меня, Клер, Вики, Эвана.
Блек удивленно посмотрел на Брока:
— Я не сказал ни слова лжи. В штольнях кера Клемента самородки закончились. А то, как поняли мои слова военные — их проблемы. Они вон вас упустили — пусть корпят в наказание над вычислителями.
Брок передернул плечами:
— Без Вики я все равно бесполезен. А Вик сейчас плохо себя чувствует.
Клер равнодушно отвернулась в сторону, рассматривая провал: для неё он не изменился. Она не была магом — не видела ни эфирной модели в зале, ни светящихся трещин тут, как и все военные и почти все полицейские.
Эван заметил её движение и хотел было вмешаться, но тут со стороны часовни раздался громкий крик Одли:
— Комиссар! Комиссар! Тут с вами поговорить хотят!!!
Эван вместе с парнями и Клер обернулся на крик и замер от удивления. Клер не успела ничего понять и даже рассмотреть, заметив всего лишь двух военных, спешащих к ним, как Брок и Блек тут же шагнули вперед, закрывая её своими спинами. Брок шикнул:
— Клерррр… Не высовывайся… А еще лучше — осторожненько иди в сторону…
— Элизабет, — подтвердил Блек, — прислушайтесь к словам Брока.
Та покладисто кивнула и лаской скользнула прочь — только в сторону провала, он был ближе. Брок коротко выругался, Блек ему вторил, глядя, как мелкая худая фигурка спряталась за обломками стен. Эван быстро пошел вперед, чтобы перехватить Шекли с незнакомым лейтенантом как можно дальше от этого места.
Одли, умница Одли спешил вслед за Шекли, который кардинально изменился — вместо кургузой формы лейтенанта на нем сейчас сиял золотом шитья мундир полковника. Не узнать хищных орлов на вороте было сложно — Тайная королевская служба. Вот тебе и вечно сующий нос во все щели хорькоподобный Шекли! Чтоб его!!!
Шекли твердым шагом подошел к Эвану, Одли представил:
— Вот, лер полковник, комиссар полиции Аквилиты Ренар, как вы просили…
Эван поздоровался, внимательно всматриваясь в полковника — куда исчезла угодливость Шекли? Его неловкие движения? Его вечная нервозность? Впрочем, за маской уверенности все же пробивалось небольшое волнение.
Шекли представился:
— Полковник Гордон, Тайная королевская служба, к вашим услугам. Я… — он все же на миг прервался, выдавая свою неуверенность. Эван внезапно понял, что Гордон плотно находился под контролем эмпата, только сейчас сбросив его ярмо. Такого и врагу не пожелаешь. — Я хотел узнать, не нужна…
Он дернул ворот мундира:
— В пекло этикет! Я был сейчас на Маяковом… И я ничего не понимаю, что тут происходит. И я не о провале сейчас. Я о себе, комиссар. Мне было дано некое задание, которое я не имею права разглашать… Я должен был выполнить его еще до Явления и вернуться в столицу. И я искренне не понимаю, что произошло дальше, почему я задержался. Я словно заснул в прошлом году и только сейчас проснулся… Но я докопаюсь до правды, чего бы мне это ни стоило. Ренар, я вынужден срочно уехать — король недоволен моим долгим отсутствием и требует моего личного доклада. Но я еще вернусь, я обещаю. А пока… Лер Гилл останется вместо меня. Собственно, это все, что я хотел вам сказать, Ренар. Хотя нет. Еще — будьте очень осторожны: тут творится что-то странное!
Он внимательно посмотрел на подошедшего и замершего рядом с Эваном Блека:
— Майор… Вас я тоже искал.
— Слушаю? — коротко ответил Блек — все его внимание требовалось для удержания сияния трещин — он заставил потенцитовые маячки вибрировать, создавая эфирное эхо, которое и вырисовывало на поверхности трещины, и нельзя было допустить снижения вибрации датчиков — тогда вся модель рухнет. Блек не был уверен, что у него хватит сил запустить маячки снова.
С непередаваемой брезгливостью в голосе Шек… Гордон сказал:
— На вашем месте я незамедлительно написал бы рапорт об отставке.
— Вы не на моем месте. — Блек твердо добавил: — Я не подам в отставку, даже не надейтесь.
Гордон качнул головой:
— Жаль, что вы не только садист, но и идиот. Не уйдете в отставку сами — сильно подставите своего отца. Я обещаю вам — я прослежу, чтобы вас выбарабанили. Вы готовы пройти строй позора с сорванными погонами? Вы готовы к такому унижению? Вас лишат рода, вас вычеркнут из книги леров Тальмы. Вы готовы к такому падению?
Блек лишь сказал:
— Значит, я это все заслужил.
— Пока я еще добр из-за дружеских отношений с вашим отцом… Идите и пишите рапорт об отставке.
— Еще раз: я не подам в отставку, как бы вам этого не хотелось.
Гордон выдавил:
— Тогда готовьтесь к позору, Блек. Я все сказал. Ваш дружок, лер Фейн оказался куда как сообразительнее — эта крыса сбежала на паромобиле. Надеюсь, он не остановится до края света.
Блек его поправил:
— Края света не существует.
— Тогда желаю ему не останавливаться.
— Тогда рано или поздно он вернется в Аквилиту, лер Гордон!
— Вернется — пожалеет. Очень сильно. Честь имею, леры. Увидимся по возвращению из Олфинбурга. — Гордон, еще явно с трудом соображающий после воздействия эмпата, пошел прочь.
Эван проводил его взглядом — останавливать и сообщать об эмпате почему-то не тянуло. Сперва они все расследуют сами, а потом можно будет и поговорить.
Брок помог Клер выбраться обратно из провала, она уверенно направилась к Блеку — кажется, она тоже все слышала. Он обвел всех пустым взглядом и, опережая любые слова, которые все равно были бы неуместными, сказал:
— Что ж… Вынужден просить у вас прощения, что вы стали свидетелями такой сцены.
