Тигр рассмеялся.
– Потерпи, женщина. Осталось недолго.
«Совсем скоро мне наберут ванную, и я натру кожу ароматной пеной и… и…». Руэри прислонилась затылком к его плечу, не в силах удержать широкую улыбку, от которой губы едва ли не треснули.
– Клянусь! – воскликнула она. – Я до вечера не вылезу из ванной!
– Я тебя вытащу, – пообещал Джарджат.
И в этот миг над ними раздался крик сокола. Тигр вскинул руку, засвистел. Руэри пискнула, когда с неба на них почти упала хищная птица и впилась когтями в кожаный поручень на руке всадника. К его ноге была привязана порядком взлохмаченная ленточка.
Джарджат снял и развернул её. Нахмурился.
– Что случилось?
Он нехотя покосился на жену. Подумал, но, видимо, признал её право знать.
– Ильз, Южный ветер, вошёл в Горный щит. Медовое царство объявило Элэйсдэйру войну.
Сердце Руэри стиснуло отчаяние.
– Мы не выстоим! – прошептала девушка. – И с севера, и с юга… Нам не выстоять!
Тигр привлёк её к себе, нежно поцеловал в лоб.
– Ты забыла, женщина, что я стану союзником твоего брата? Ты останешься в Южных воротах, в безопасности. А я двинусь на север, остановлю тигров и предложу королю союз. Когда Ильз обнаружит, что против него не один твой брат, он отступит. Он неважный воин, Руерьи. И знает это.
– Ты не понимаешь! – прошептала она. – Я думала, против нас – один Риан. И ты, но это… это другое. А теперь я вижу, что Риан не один. А, значит, всё это – план Иштвана. Понимаешь? А если это план хозяина ветров, то против нас не один – четыре ветра.
Джарджат встряхнул руку, и сокол снова взмыл вверх.
– Разумно. Схлестнуть Элейсдейр и тигров, убить короля, а потом самим ввести войска. Всё выглядит умно. Но как Иштван заставил твоего брата отказаться от сватовства?
– Не знаю. Честно, не знаю. Но только это случилось, когда в Шуге был Риан. И это привело к гибели моего отца. Себастиан верит Западному ветру. Я… я тогда была влюблена в Риана и плохо понимала, что происходит вокруг. И слишком поздно догадалась, что ему нужно на самом деле.
– Что?
– Моя рука. А вместе с ней – всё королевство. Ведь я – наследница моего брата, если тот умрёт.
Руэри замерла. «Что я делаю? – подумала испуганно. – Я же сейчас…». Тигр словно почувствовал, её замешательство.
– Руерьи, – позвал мягко. – Мне не нужен Элейсдейр. Всё, что мне было нужно, я взял. Без твоей руки. Я же сказал, что больше не враг твоему брату.
Девушка порывисто выдохнула, виновато взглянула на него.
– Прости. Мне очень трудно верить. Даже тебе. Хотя кроме тебя мне верить больше и некому.
Он не ответил, если ответом не считать поцелуй.
Руэри опасалась встречи с Харааном, но мерзкого визиря нигде не было. Дворец Южных герцогов встретил их приветливой тишиной. Подошёл незнакомый ей персичанин в алой чалме. Поклонился. Поприветствовал.
– Жди меня в этом дворе, – приказал ему Джарджат на родном наречии.
Подхватил жену на руки, внёс в прохладную сень коридора. И Руэри рассмеялась, когда они оказались всё в тех же покоях покойного лорда Рандвальда, с которых и начался её плен. Ткнулась носом в шею мужа.
– Я снова пленница?
Тигр посадил её на постель, присел рядом, серьёзно посмотрел в лицо.
– Нет. Я вернусь через два часа.
– Не торопись. Сделай всё, что нужно, а я пока приведу себя в порядок и отдохну. Мы союзники?
– Да.
– Ты расскажешь обо всём, что произошло, пока я…
– Да. Руерьи, мне нужна твоя помощь. Я умею воевать, но не умею жить. Я умею управлять войском, но не землёй и людьми мира.
Она прислонилась лбом к его лбу, улыбнулась блаженно.
– А я не умею воевать и защищать землю. Но, надеюсь, умею ей управлять.
Не выдержав, поцеловала его в губы.
– Мы – идеальная пара, мой Тигр.
– Я скоро вернусь, – пообещал он, поднимаясь. – Как только смогу.
И вышел. Руэри откинулась на кровать, посозерцала потолок, безмятежно улыбаясь неизвестно чему. А затем позвонила и приказала наполнить ванную. И только в тёплой, ароматной воде наконец поверила, что самое худшее – позади.
Её побег из Шуга всё-таки не был напрасен. Она нашла то, что искала так отчаянно – союзника. Друга. И… да, и мужа. «Ты бы гордился мной, папа, – думала девушка, чувствуя, как тело расслабляется в неге. – Не знаю, как мы справимся со всем вот этим, но… Я больше не одна».
И вдруг почувствовала, что впервые верит кому-то другому, мужчине, кто не отец. Раньше Руэри доверяла только Ульвару. Даже тогда, охваченная страстью к Риану, она всё равно не верила Ветру до конца. Хотя и доверяла ему больше, чем было нужно.
– Я тебя люблю, – прошептала, не открывая глаза.
И сердце вдруг засияло радостью.
Она родит Тигру тигрят. И научит его быть хорошим отцом. Джарджат не повторит ошибок её отца и её деда. Их дети вырастут в любви и понимании. Все. Какими бы они ни были. Потому что самое важное в семье – доверие. Такое, какое у Ру было к папе. Но чрезмерные требования к сыну, ожидания от него быть тем, чем хотел его видеть отец – это стало катастрофической ошибкой Ульвара.
«У нас всё будет иначе…».
И её затопило ощущение безбрежного счастья. Руэри казалось, что она бежит по зелёному лугу, и ветер колышет траву по колено. Девушка раскинула руки, запрокинула лицо в небо, смеясь.
– Мы будем счастливы! – закричала, кружась.
– Сомневаюсь.
Руэри вздрогнула и обернулась. На тёмном, потрескавшемся камне сидел Риан и холодно смотрел на неё.
– Что ты наделала, Ру? Я же тебя предупреждал. Но ты всё же всерьёз разозлила меня, девочка.
Глава 28. Солёный король
Тени удлинились и стали густо-фиолетовыми. Воздух насытился ароматами мандаринов, уже созревших и пламенеющих маленькими солнышками. В Южных воротах тоже росли эти деревья, однако не в таких количествах, как в Мандариновом городе. И Джарджат вдруг ощутил неясную тоску по самому северному месту своих владений. Странный полу замок-полу дворец с белыми террасами, оседлавший речную скалу, облепивший её, словно стрижиными гнёздами. Множество небольших речушек вокруг половодной Шу, и горбатые мостики над ними. Бело-зелёный город: белые стены, зелёные сады.
Джарджат закрыл глаза и вдохнул прохладный воздух полной грудью.
Завтра они с Руэри выедут в Мандариновый город.
Войска Ильза овладели Горным щитом и вышли в Королевские земли с севера. Жаэрт, наместник короля Ульвара в Шёлковом щите, снятый с должности Себастианом, но сохранивший свой личный авторитет, организовал сопротивление на севере Шёлка. Ойвинд прислал сообщение, что король возглавил Медвежий щит, но выступит не на поддержку Шуга, а против Ильза.
И вот при этом раскладе нужно было бы молниеносно двинуться на север, нанести сокрушающий удар и овладеть столицей… До того, как защитники успеют окружить её валом. Сам по себе вал их не спасёт, но если они сообразят пустить в ров воду… Это несколько осложнит наступление.
Тигр выдохнул.
«Я словно охотничий пёс, которому хозяин запретил трогать выхухоль», – подумал насмешливо.
Все его военные инстинкты звали в бой. В уме разворачивалась карта со стрелочками и треугольниками лагерей. Отдать приказ Золотому лорду Кайелю атаковать Серебряный щит, чтобы войска Элиссара не пришли на помощь Шугу. Выставить воинов Дайоса против армии Ильза. Поднять вверх по Шу в Шуггу и войти в столицу по реке…
«Он – мой брат, понимаешь?». Серо-голубые, словно дождливое небо, глаза…
«И они снова восстановят. Всегда побеждает жизнь». И муравьи, деловито и споро разгребающие засыпанные ходы, несущие соломинки и веточки. Разве они не заслуживают уважения?
«Элэйсдэйр, а вернее то, что мы называем Королевскими землями, богиня создала как сердце, в котором хранится жизнь. И щиты защищают эту жизнь от смерти и умирания. Каждый из них выстроен против одного из семи богов. Каждый из рода древних королей владеет собственной магией, собственным мечом и животным. Жизнь – это любовь».
